О войне, Тегеранской конференции и маршале Рокоссовском. Глазами отца - Сергей Арташесович Арутюнов

Старший Брат. Начало жизни. 1917–1920 годы

Аршак родился в 1899 г. в селе Уз, что в Зангезуре (ныне – Республика Армения), в бедной семье Саркиса Цатуряна. Он рано повзрослел и стал помогать во всем своему отцу. Он брался за любую работу, начиная от мытья посуды и до ремонта дома. В те годы купить что-то новое считалось роскошью для бедной армянской семьи. Например, в семье была одна рабочая лошадь, и даже она была не у каждого крестьянина в этом селе. О его матери известно очень мало. Айни была тихой и скромной женщиной, без каких-либо притязаний на главную роль в семье. Однако все хозяйство вела она. Она была очень добра и терпелива к своему супругу – Саркису, очень любила своих мальчиков…

Старший сын Саркиса рос, постигал жизненные трудности, характер его формировался в нелегких условиях, ведь их семья жила в почти полной бедности. Что уж говорить об одежде, игрушках или разносолах (мясо на семейном столе появлялось один раз в две недели). Аршаку так и не довелось поучиться в школе. Грамоту он осваивал самостоятельно.

В 1914 г. грянула Первая мировая война, которую большевики окрестили «империалистической».

Настал черед Аршака: ему служить, ему защищать южный рубеж империи – родную Армению, на Кавказском фронте.

Его отец Саркис нахмурился немного. По-отечески обнял старшего сына. И долго гладил по голове, не желая отпускать его от себя.

Но первенца своего благословил, причем с легким сердцем. Глаза отца в ту минуту излучали добро. А как же могло быть иначе? Сам Саркис совсем недавно сменил солдатскую шинель на одежду крестьянина.

В эти дни с Аршаком произошел необычный случай. Отец привез его из их горного села на простой телеге в Горис (это был самый крупный населенный пункт поблизости, его и городом нельзя было тогда назвать).

Взял с собой метрику, где значилась запись, как и в метрической книге – 1899 года…

Как только ему довелось переступить порог призывного участка, юноша понял, что здесь все серьезно и он одной ногой уже на «службе государевой». Дальнейшее удивило его очень сильно, оставив определенный и важный след в его судьбе.

Через полчаса его вызвали к уездному воинскому начальнику.

– Прибыл? А чего молчишь, назови себя, по форме, как положено!

«Как положено? По какой форме…» – мысли пронеслись в его голове одна страшнее другой. Ведь он впервые увидел перед собой имперского чиновника, который лихо закручивал усы и слегка улыбался ему.

– Цатурян… Ар… Шак, – так охрипшим от волнения голосом он назвал себя.

– Вот так-то… Погоди, а что за фамилия такая непонятная – Цатурян!? Это кто такой… Цатурян??? – повысил голос уездный начальник.

– Так звали моего деда, Цатуром. И фамилия наша – Цатурян. И в метриках так указано.

– Хм… Нескладно как-то. А как, скажи на милость, звали твоего прадеда, вспомни-ка!

Тут юноша, немного смутившись (зачем усачу все это?), ответил:

– Арутюн, так звали прадеда.

В этот момент усатый чиновник с легкостью в голосе воскликнул:

– Ну! Парень, вот тебе и фамилия: Арутюнов. И звучит красиво. Ведь православный же! Значит, русским будешь.

Очевидно, что такой поворот не мог обрадовать Аршака, но дело было уже сделано. И запись в приписном свидетельстве гласила: «Арутюнов Аршак Саркисович, призван в рядовые»… Метрику, конечно, пришлось исправлять «под Арутюнова».

К сожалению, тот короткий период солдатской службы «в царской армии» (этот термин долго употреблялся в советский период), который значился в послужном списке Аршака Арутюнова (такую фамилию он носил теперь), не зафиксирован в семейной хронике.

Обнародованный в Петрограде печально известный своим деморализующим воздействием на армию «Приказ № 1», еще не дошел до окраин империи (таким было Закавказье, где начал службу Аршак). Этот документ (приказ), изданный во время Февральской революции объединенным Петроградским советом рабочих и солдатских депутатов (Петросоветом) 1 марта 1917 г. (здесь и далее – по старому стилю) по гарнизону Петроградского округа, подрывал основы дисциплины в армии, вводил демократические начала.

Сам Аршак Саркисович не любил вспоминать этот период своей жизни в Баку. Расквартированные части вблизи города оказались под влиянием агитаторов из большевистской среды. Началось открытое дезертирство, в том числе и из того полка, где он служил. Аршак и еще двое его товарищей, понимая, что их часть утратила боеспособность, решили податься в город. Один знакомый социал-демократ помог получить новые гражданские документы.

Денег почти не было, но он на казенные копейки отправил письмо в деревню, чтобы отец и мать не волновались: «Я жив, останусь в городе. Будьте здоровы все и Арташес тоже». Приходилось подрабатывать: то грузчиком в бакинском порту, то разнорабочим на фабрике.

Но вскоре переход из регулярной русской армии в Красную гвардию стал для молодого Аршака событием, перевернувшим всю его жизнь.

«Власть – Советам!», «Мир – народам!»… Разве эти лозунги могли оставить равнодушным эмоционального юношу! В его понимании это было не чем иным, как рождением Нового Мира. Хотя, здесь мы остановимся, и попробуем рассказать подробнее о жизни этого юноши.

У меня нет точных сведений о том, когда Аршак Арутюнов вступил в ряды защитников революции. Более ста лет