Воздушная кавалерия. Том 7 - Джек из тени

Тяжелая артиллерия отступила. Князь Ростов, этот древний, как мир, лис, и мой новоиспеченный тесть, генерал Воронцов, растворились в гуще гостей, унося с собой гнетущую ауру власти и невысказанных угроз. Воздух, до этого наэлектризованный до предела, словно после близкого удара молнии, внезапно разрядился. Гости, до этого замершие в почтительном страхе, снова загомонили, зазвенели бокалами, оркестр, опомнившись, грянул какой-то бравурный марш. Праздник, поставленный на паузу, снова сорвался с цепи.

Я позволил себе выдохнуть. Медленно, со свистом, выпуская из легких напряжение последних минут. Елена, моя жена, как же странно и до сих пор непривычно было это осознавать, почувствовав мое расслабление, тут же упорхнула, словно бабочка, к стайке своих подруг, которые уже махали ей, предвкушая порцию свежих сплетен. Я же проводил девушку взглядом, на мгновение залюбовавшись тем, как она, смеясь, что-то им рассказывает. Моя. Теперь точно моя!

Но долго предаваться сантиментам мне не дали. С двух сторон меня подхватили под руки, и я оказался в плотном кольце своей «группы поддержки».

— Ну что, ваше благородие, отстрелялся? — зычно пробасил Матвеев, мой верный сержант и теперь уже начальник личной охраны. От него ощутимо несло хорошим коньяком, но это было обманчивое впечатление, глаза ветерана Корпуса были все так же острые и постоянно ощупывали толпу.

— С божьей помощью, выдюжил, — хмыкнул в ответ, пожимая протянутую руку Семена. Этот парень, которого я вытащил из курсантов-штрафников, сейчас был моей правой рукой на верфи и выглядел в своем новеньком, с иголочки, гражданском костюме почти респектабельно. Почти, потому что из кармана пиджака предательски торчал уголок фляжки. И это при огромном раздолье на столах…

— Не то слово, шеф! — подхватил кто-то из моих бывших курсантов, а ныне инженеров верфи. — Мы тут ставки делали, когда старый хрыч Ростов тебя на клыки пробовать начнет. Я ставил на тост после горячего, а он, видишь, почти до десерта дотерпел.

Вокруг дружно, но негромко, чтобы не привлекать лишнего внимания, засмеялись. Здесь, в этом кругу, я был своим. Инженеры, офицеры, простые мужики, которые прошли со мной через грязь и кровь учебных полигонов, через саботаж и бандитские налеты. Мы сгрудились у одного из дальних столов, подальше от главного помоста, где уже начинались какие-то официальные тосты. Разговор потек легко и непринужденно. Обсуждали новый проект легкого штурмовика, который мы собирались запустить в серию, спорили о преимуществах новой системы охлаждения для пулеметов, травили соленые армейские анекдоты. Я слушал их, кивал, улыбался, но чувствовал, что чего-то не хватает. Какая-то тонкая, невидимая стена отделяла меня от их бесшабашного веселья. Я был здесь, но в то же время не с ними.

Я поднял свой бокал с шампанским, который мне кто-то сунул в руку еще полчаса назад, и сделал большой глоток. Прохладная, колючая жидкость безвкусно скользнула по горлу. И тут до меня дошло.

— Алиса, твою дивизию! — мысленно взвыл я. — Какого черта⁈

В мозгу тут же материализовалась ехидная мордашка хвостатой. Сегодня она была в образе чиби-ангелочка с крошечным нимбом над головой, который, впрочем, не мешал ей сидеть, закинув ногу на ногу и с циничной ухмылкой ковыряться в зубах воображаемой зубочисткой.

— Все претензии к врачам, дорогой хозяин, — пропела Алиса ангельским голоском. — Согласно протоколу «Предсвадебный», утвержденному лично твоей супругой и заверенному тремя медицинскими светилами, твой организм должен находиться в состоянии максимальной боевой готовности. Уровень алкоголя в крови ноль целых хрен десятых. Нервная система стабилизирована, реакция обострена. Ты должен быть готов в любой момент отразить нападение, произнести сорокапятиминутную речь о роли воздушного флота в укреплении имперской мощи или станцевать мазурку с тещей. То есть, с обеими.

Я мысленно застонал. Так вот оно что! Я был трезв. Абсолютно и оскорбительно трезв посреди этого всеобщего праздника жизни. Пока мои друзья уже доходили до кондиции, я сидел и анализировал сопромат балок шатра. Неудивительно, что чувствовал себя инородным телом.

— Алиса, дорогая моя, бесценная призрачная заноза в заднице, — начал как можно более вкрадчиво. — Протокол «Предсвадебный» официально завершен. Мы поженились. Факт свершился. Поэтому я, как твой непосредственный командир и, не побоюсь этого слова здесь и сейчас, хозяин, приказываю: отменить протокол к чертовой матери! Снять все блокировки и дать организму расслабиться!

Ангелочек на моем внутреннем экране на мгновение перестал ковыряться в зубах. Нимб над ее головой мигнул и погас. Вместо него на голове появились маленькие, аккуратные рожки.

— То есть, ты хочешь нажраться? — уже своим обычным, ехидным голосом уточнила она.

— Я хочу почувствовать себя человеком, а не биороботом на светском приеме, — почти взмолился. — Давай, чудовище хвостатое! Не заставляй применять на тебе три закона робототехники.

— Да, шеф! Отключаю систему фильтрации и нейтрализации этанола, — отрапортовала Алиса. — Расчетное время до достижения легкой степени опьянения при текущем темпе потребления двадцать две минуты. Рекомендую увеличить темп. И да, Кирилл, не забудь закусывать. Не хочу завтра утром заниматься детоксикацией твоего драгоценного организма.

Алиса исчезла, а я, почувствовав себя так, будто сбросил невидимые оковы. Рьяно схватил со стола полную рюмку водки, которую кто-то из парней притащил «для храбрости», и залпом опрокинул ее в себя. Обжигающая волна прокатилась по телу, и я, наконец, почувствовал теплую, расслабляющую тяжесть, растекающуюся по венам. Шумно выдохнул, занюхал рукавом, как последний портовый грузчик, и подхватил со стола кусок соленого огурца.

— О, ваше благородие в норму приходит! — одобрительно крякнул Матвеев, наливая мне вторую. — А то сидишь, как неродной, ей-богу!

— Работа, Семеныч, работа, — туманно ответил ему, с удовольствием принимая новую порцию. — Не отпускала от слова совсем. А теперь отпустила…

Вторая рюмка пошла еще легче. Мир вокруг качнулся и обрел краски. Шум банкета перестал быть просто фоновым гулом, он превратился в веселую, праздничную какофонию. Лица моих друзей стали еще более родными и симпатичными. Я полностью расслабился, впервые за последние дни.

И это было моей главной ошибкой. Потому что именно в этот момент, почувствовав, что грозный барон «оттаял», ко мне потянулись те, кого я до этого успешно игнорировал. Парад халявщиков, как метко окрестила их Алиса, начинался.

Первым, словно стервятник, учуявший запах падали, ко мне подкатился некий барон фон Шпильман, пузатый, потный аристократ с бегающими глазками и влажными ладошками. Судя