Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Газ-66 зарычал, медленно отчалил от ужовского жд вокзала и, переваливаясь на ямах и колдобинах, сохранившихся здесь видимо еще со времен мамаева нашествия, неторопливо заскрежетал по столбовой трассе Горький-Саранск к месту отбывания трудовой повинности студентов первого курса Горьковского же политехнического института имени А.А.Жданова (сколько же помнится мучений стоило многим поколениям студентов политеха выведение заглавной буквы Ж на чертежах — преподавателям всю дорогу казалось, что мы ее рисуем недостаточно тщательно и без должной любви к бывшему руководителю обкома).

В кузове на скамеечках кроме меня сидел еще 21 студент, гендерный состав при этом поделился ровно пополам-напополам, 11 мальчиков на 11 девочек. Никого из них я еще по идее не должен знать, вместе мы только 3 часа в поезде ехали, но при этом я их всех знаю как облупленных, да. По часовой стрелке от кабины — Витек-Жорик-Валерон-Славик-Танюха- еще одна Танюха-Светка-Марина, ну и так далее. Вот такая амбивалентность, граждане. Тут вы наверно спросите меня, отчего же ты, Сергуня, их всех знаешь и делаешь при этом таинственное лицо? А я вам отвечу, что попаданец я, граждане, прости господи, провалился в этот 1977 год от Рождества Христова из 2017-го, прямо вот не сходя со своего рабочего места взял и попал. Только что рисовал динамику продаж и отпускных цен и составлял бизнес-план на последний квартал текущего года, закрыл глаза, чтоб отдохнуть от циферок, а когда открыл, сидел уже в кузове 66-го Газона в кирзачах, трениках и телогрейке и лет мне уже было не 57, а 17, да…вот и вся хронология попадалова, граждане судьи.

А мы тем временем проезжаем значит Починки, районный центр, состоящий по большей части из деревянненьких избушек, в самом центре впрочем имеют место пара каменных домов — райком и Дом культуры наверно. Далее Пеля-Хованская, вот уж имечко так имечко, но запоминается на раз, непонятно только от кого же и с какой целью ховалась эта самая Пеля? Сворачиваем на грунтовку и через 5–6 км она, цель нашего путешествия, деревня Анютино (Почему не село? А церкви нету, значит именно деревня), большая, под сотню домов, пруд справа, к нему ручей, через него хилый мостик. Поля налево, поля направо, до самого горизонта, не люблю я все-таки такие места, когда лес есть, приятнее глазу. Тпру, приехали…

— Здесь Анюты наверно живут? — осторожно решил пошутить я, обращаясь к соседям.

Разгружавшиеся из кузова соседи впрочем не отреагировали на это никак, да и вообще держались они все довольно напряженно, ну их можно понять, 17 лет, большинство первый раз от маминой юбки в большой мир попали, напряжешься тут… А вон там наверно магазин, он же сельпо, судя по покосившейся надписи.

— Не ходи ты в магазин, там не купишь портвеин, — сделал я второй заход и опять неудачно. Отозвался один Славик в смысле, ну какой сейчас магазин, разместиться по хатам сначала бы надо, что в общем и целом было совершенно справедливо, но скучно.

Кстати насчет размещения вскоре подошел старшОй, вспомнился он мне смутно, аспирант это был с кафедры ТОЭ (теоретические основы электротехники), если не соврать, крутил всю жизнь хвосты динамо-машинам, роторам-статорам и другим экспонатам для студенческих лаб, в принципе-то не самый хреновый мужик из всей возможной преподавательской гаммы нашего факультета. Звать его было Пал Сергеичем, если официально, но народ в основном быстро переходил на Павлика, а он не обижался.

— Значит так, — сказал Павлик, — делимся на пятерки и заселяемся по 5 душ во-он в те четыре избы, с 15 по 21 номера. В последние 2 избы по 6 душ, — добавил он, подумав, — а то все не влезете.

— Мальчики естественно с мальчиками и наоборот, чтоб не смущать противоположный пол видом своего нижнего белья, — еще добавил Павлик. Девчонки захихикали.

Начали делиться, ну а мне-то все равно было, с кем жить, так что никакой инициативы я проявлять не стал, стоял себе как майская роза и ножкой ковырял грязь в колее. Поделились и без меня — я попал в компанию к упомянутому уже Славику плюс Валерыч, Витек и Жора-грузин. На грузина кстати Жорик всегда обижался и уточнял, что он просто живет в Грузии, а так-то он грек. Ну грек, значит грек, хотя на грузина он конечно больше походил.

Пошли устраиваться на ночлег в избу бабы Кати, крепкой еще такой женщины между 40 и 50, с ней жил еще сынуля по имени Антоша, нашего примерно возраста, тоже крепкий пацанчик с лицом, не обезображенным так сказать интеллектом (напрягшись, вспомнил разборки с ним на абсолютно пустом месте). Поздоровались, баба Катя повела в большую комнату, сказала, чтоб мы выбирали места — там стояли 2 кровати, на них по двое можно спать, сказала, а один сюда, на кушеточку. Я сразу рюкзак на эту кушеточку и поставил (спать с мужиком под одним одеялом это для меня, испорченного пропагандой 21 века, было как-то чересчур), возражений вроде не последовало. Остальные согласились на койки, все железные, с пружиной внизу и шариками сверху, классика развитого социализма.

Еще в этой комнате имел место проигрыватель типа Мелодия и куча пластинок рядом, Антоша видимо увлекался (я мельком проглядел пластинки — советские исполнители типа Поющих гитар плюс Мирей Матье плюс пара миньонов Высоцкого), этажерка в углу, вазочка с искусственными цветами на окне, икона, задернутая занавесочкой, печка голландка, в дополнение к основной на кухне-столовой, все вроде… а нет, еще кошка серо-белого цвета выглядывала из-за голландки. Хозяйка предупредила, что кошка полудикая, так чтоб не лезли гладить — мышей-то она ловит, но руки и все остальное расцарапает мигом, если приставать будем. Ну не гладить, так не гладить, ок.

Поинтересовались насчет удобств, в смысле где сортир с умывальником — умывальник в сенях показали, а сортира как такового, сказали, нету, любое место на огороде выбирайте. Ну бывает и так конечно.

Все вроде разместились, все вроде утряслось, время далеко за полдень, надо бы вроде и пищу какую принять — спросил у пробегавшего мимо Павлуши насчет пожрать, он отмахнулся, что мол в первый день сухим пайком обойдетесь. Где брать сухпай, он сказать не успел, быстро очень пробегал. Ладно, присел на завалинку нашей избы, вот уж чего-чего, а завалинок у нее с