Хроники боли Я.АНГЕЛ - Айрин Блэйк

Вселенная Земли.

Привет. Мое имя Виктория. Так звала меня моя мама, еще будучи в положении. Детство мое, скажем прямо, не задалось. Став в одной интеллигентной семье уже вторым ребенком, я пришлась на период перестройки. Строго говоря, стоило от меня избавиться, ведь, этот период принес в страну разруху, нищету и голод. Было очень непросто.

К моей маме вопросов нет, она пахала на трех работах ради того, чтобы прокормить двоих детей. А еще себя и довесок в виде отца содержать, хотя сама была еще, по сути, ребенком. Но то долгая история и уже не столь значимая. В отличие от нижеизложенной.

С возрастом я становилась все недоверчивее, депрессивнее и пофигистичнее. Любви и заботы отца я не знала, оттуда и складывалось мое личное представление, какого человека я бы хотела видеть рядом по жизни - максимально не похожего, х-ах. Среди круга общения я так и не встретила того самого и, в какой-то момент, просто оставила это на волю судьбы. Занялась своей жизнью, хобби, карьерой. А также ушла в работу с головой.

“Абсолютно ничего значимого и особенного в моей жизни уже не произойдет. Ну, и наплевать. Не всем же быть героями великолепных историй.” - уверила себя я. И ничего волшебного и интересного и не происходило. Ровно до того момента, пока не настали события, которые кардинально перевернули мой мир с ног на голову. Меня едва не сбил автомобиль. И так бы я и закончила свой унылый серый путь, если бы из-под этих колес меня не выдернул один молодой мужчина, появившийся, буквально, из ниоткуда. Тогда-то все и началось…

2015 год. 17 марта.

Москва.

Неподалеку от метро Новокузнецкая.

Вторник, обычный рабочий день, такой же, как вся прочая серость. Погода в дневное время радовала солнышком, однако, вечером температура опускалась чуть ли не до нуля, вынуждая либо одеваться с утра теплее, либо морозить немаловажные части организма вечером. Я про конечности, а вы о чем подумали?

Так как днем было довольно тепло, а до самого вечера оставаться вне любимых стен арендованного жилья я и не планировала, я обошлась бежевым кардиганом поверх лонгслива и любимыми черными джинсами. Предполагалась беготня, поэтому только белые кроссовки, никаких каблуков. Боги, как же девушки на них перемещаются в течение всего дня? Я ума не приложу, как можно променять максимально комфортные кроссовки или стильные кеды на каблуки. Б-р.

Нет, женственность это хорошо и прекрасно, но тогда, когда эту женственность есть кому охаживать. А пока ты вкалываешь на работе, подрабатываешь и всерьез рассматриваешь вариант обзавестись второй полноценной работой, потому что жизнь в столице с каждым годом дешевле точно не становится, тут уже не до женственности, выжить бы.

Через плечо на мне болталась моя почтальонка с любимой рок-группой с ноутом внутри и плевать, кто там что подумает — я еще молода и имею полное право забить на мнение окружающих по данному поводу.

Пока я ждала просвета в движении транспорта, не заметила, как под один из чарующих музыкальных треков мыслями улетела очень далеко от реальности. В голове сразу стали возникать картинки эпичных битв, где бравые воины сражаются за то, во что они верят. Ну, и, разумеется, должна быть у такого воина избранница. Знаете, как в старых добрых сказках, та самая и для него она лучшая на свете, не взирая на ее характер. Почему? Ну, потому что добрая и чистая душой, потому что умная и надежный друг. Необязательно, чтобы он пресловуто спасал ее из башни, охраняемой драконом, но можно представить, что ее взял в плен недруг, чтобы добраться до храброго воина. И в финале, воин обязательно должен одержать победу, а как же иначе. Нет, еще можно воина убить для трагичности или героиню, или вообще обоих. А что? Это моя голова, мои мысли и мои уши слушают эпический трек. Что хочу, то и творю со своими героями.

Заметив, что движение на дороге дает возможность преодолеть пешеходный переход, я ступила на проезжую часть и поспешила перейти дорогу, все еще находясь мыслями очень далеко от бренной суеты. Нет, я слышала рев мотора и краткий визг тормозов, только спорт — это не моё, и бегать я не люблю. А потому оставалось положиться на удачу.

Я ощутила, как мою талию обхватили руки, сменяя мою траекторию, убрав с полосы движения психа за рулем и придав попутно мне ускорения. Никакой красоты и изящества — я рухнула, как мешок картошки, задев коленом асфальт и смягчил мое падение только мужчина, который оказался прямо подо мной, когда мы долетели до тротуара.

— Да что ж ты все по сторонам не смотришь! — помог он мне подняться и уже отряхивал мои разорванные на колене джинсы, которые проверили прочность асфальта в конце нашего полета.

— Вообще-то я шла по пешеходному переходу! — парировала я, любуясь новой ссадиной на колене, — Ну вот…

— Ты… Будто первый день на свете живешь! Каждый раз одно и то же, — восклицал он и уже доставал из кармана небольшую аптечку.

— Чего? В смысле? А это вообще откуда? — указала я на аптечку в его руках.

— Да потому что… — вдруг, прервался он, — Спортсмен я! Вот потому и аптечка у меня всегда с собой! Понятно?

— Ладно-ладно. Понятно! Зачем так реагировать? — скривилась я, отвернулась и направилась в сторону лавки, — По-моему, это меня чуть не сбили, а не тебя.

Он отправился вслед за мной, держа в руке свою аптечку. Мы разместились, и он наклонился, чтобы оценить, нанесенный несчастным случаем, ущерб, в процессе открывая молнию на чехле со средствами первой помощи. Пока он осматривал мое колено, сидя на корточках, я ощутила неприятный саднящий зуд и обнаружила еще одну ссадину, но уже на руке.

— Да твою ж налево… — сперва возмутилась я, а после начала хохотать, — Знаешь, последний раз я такие вот ссадины получала, когда с велосипеда падала. Лет в двенадцать, наверное, если не раньше.

Мужчина взглянул на меня, усмехнулся и продолжил.

— Погоди, надо хорошо промыть рану от пыли. Сейчас, все сделаю, — невозмутимо сообщил он и принялся с легкостью