Жизнь, которой не было. Том 4 - Денис Палимов

Фиорис Деогран очень переживал, отправляя своих дочерей на императорский бал. Казалось усы, за которыми он с такой заботой ухаживал, превратились в нечто невнятное, настолько часто маркиз их теребил, стараясь унять нервы. Он прекрасно понимал, как люди в империи Эрдения могут относиться к нелюдям. Пусть его дочери и не были полноценными представителями этой расы, но их отличительные черты могли заставить большое количество аристократов как минимум плеваться.

Да и сами девочки крайне стеснялись своих особенностей. Ульса с детства носила с собой платок, чтобы хоть как-то прикрыть очень заметные клыки. Синтэс постоянно прятала руки за спиной, чтобы никто не мог рассмотреть длинных когтей, а Марита просто убегала подальше от людей, чтобы просто не смотреть никому в глаза.

Когда он был рядом со своими девочками, то никто не мог и косо взглянуть в их сторону, но стоило им расстаться, как к нему возвращались крайне расстроенные дочери, которые не могли прийти в себя ещё несколько дней.

Конечно, маркиз всегда мог сорваться и разобраться со злопыхателями, но портить отношения со знатными семьями тоже не слишком хотелось. Да и чего ждать от нынешнего императора ему было неясно. Вполне возможно, он не встанет на его сторону, как делал до этого прошлый правитель.

Отправиться на императорский бал самому у маркиза не получилось, всё-таки пираты сам себя не поймают. Да и торговые отношения с нелюдьми удавалось поддерживать лишь в летние месяцы. Поэтому маркиз рискнул отправить девочек одних. Он бы с радостью оставил дочерей дома, но это был их первый крупный бал. Да и не отправить представителей своей семьи в место, где будет лично присутствовать император, было бы большой ошибкой. Поэтому маркиз решился на этот шаг.

Когда была жива их мать, он всегда мог оставить подобные путешествия на неё. Она была крайне самоуверенной и не видела проблем в том, чтобы вступать в конфликты с кем угодно. Даже то, что её внешние особенности выделялись куда больше, чем у дочерей, — роли не играло. Но одно дело противостоять недовольным аристократам, а совсем другое сражаться с болезнью. Это сражение его жена выиграть не смогла.

Но, как бы то ни было, маркиз крайне переживал за своих девочек. А быстро добраться до них, чтобы как-то поддержать, он не мог. Путь от поместья до императорского дворца занимал пару недель даже при условии использования телепортов. Соответственно, дочери отсутствовали уже месяц.

Мысли с каждым днём всё больше и больше одолевали Фиориса. А вдруг их там обидят? Или нападёт какой-нибудь сумасшедший противник нелюдей? А что, если император окончательно сошёл с ума и в одностороннем порядке расторгнет все их договоренности? Возьмет его детей в заложники, и что делать дальше?

Маркиз уже десять раз пожалел, что вообще отправил куда-то своих дочек. Да, с ними были слуги, но неужели они смогут защитить их от гнева аристократов? Лучше бы он увидел недовольство императора, не послав туда девочек, но хотя бы не томился в ожидании.

И вот, наконец-то, к поместью, что находилось довольно близко к берегу моря, подъехало несколько карет. Фиорис сразу же понял, что это кареты, на которых его дети и покидали данное поместье. Да и иных гостей он у себя не ждал. Семья Деогран в целом была не слишком гостеприимной.

Маркиз тут же выбежал из дома, чтобы встретить дочерей, отложив в сторону все свои дела. Сейчас нужно было убедиться, что они не вернулись в ужасном настроении. А то ещё что похуже.

Первой из кареты выскочила Ульса. Она тут же заметила отца и с довольной улыбкой кинулась ему в объятия.

— Я так соскучилась, папуль! — вскрикнула девушка, когда маркиз обнял её и слегка поднял над землёй. Его старшая дочь всегда старалась быть максимально серьёзной, видимо, взяв на себя роль матери для сестёр. Но и она могла позволить себе иногда побыть хохотушкой, особенно когда было подходящее настроение.

— И я тоже, — с довольной улыбкой ответил Фиорис, опустив дочь на землю.

— А меня? Меня тоже! — вдруг влезла Синтэс, недовольно ткнув отца в рёбра довольно острым когтем.

— Ну, иди сюда, — с такой же радостной улыбкой подхватил её маркиз. — Ты как будто даже подросла за этот месяц!

— Ой, пап, знаешь, я уже совсем стала большой. Скоро сеструху обгоню. Она, конечно, довольно высокая, но и я не собираюсь отставать. Думаю, к шестнадцати годам буду уже ростом с тебя, а к восемнадцати не смогу пролезать в дверные проходы. Как ты думаешь, возможно ли такое? Я вот думаю, что вполне. Особенно если учесть, что когти на руках продолжают увеличиваться, то вполне возможно, и я сама стану очень и очень большой. Придётся тебе делать для меня отдельный дом, как для великана, — радостно щебетала Синтэс, пока отец не поставил её на землю. Она всегда очень любила поговорить. Причём даже не вести диалог, а именно извергать из себя весь поток мыслей, не надеясь получить никакого ответа. К этой её забавной особенности отец уже давно привык, поэтому лишь с теплотой слушал очередные измышления дочери.

Последней к нему подошла Марита. Маркиз тут же подхватил её на руки. Благо она ещё была не слишком большой. Всё-таки полгода назад ей лишь исполнилось двенадцать.

— Никто вас не обижал? — спросил Фиорис, когда девочки наконец-то успокоились.

— Ты наверняка сомневался, но на балу было довольно неплохо. Нам даже потанцевать удалось, — с улыбкой сказала Ульса.

— Ничего себе. Неужели привезла с собой жениха? — хитро улыбнулся маркиз, переведя взгляд на кареты.

— Да нет, пап, — хмыкнула девушка, легонько стукнув его по руке. — Никто особенного внимания не привлёк. Да и я как-то никому не приглянулась, — вздохнула она, слегка раздосадованно.

— А как же Эдиус? — вдруг спросила Синтэс.

— В смысле? — удивилась старшая дочь. — Ему даже десяти не исполнилось. Что ты говоришь ерунду?

— Ой, да ладно тебе. Зато он нас совсем не смущался и не боялся. Можно и подождать годков пять, — хмыкнула она, о чём-то задумавшись.

— Он-то явно тебя ждать не будет, — рассмеялась Ульса.

— Да ну тебя, — надулась Синтэс. — Я же шучу, а ты так реагируешь!

— А