Ночная смена. Подписка на жажду - Алекс Рауз

Серия «Инсомния»

VK-сообщество издательства „Молодость“

Сайт автора

© Алекс Рауз, 2026

© Издание и оформление. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2026

Молодость ©

День, когда Кир умер, начинался слишком обычно.

С первыми утренними лучами он плотно задернул шторы. Едва зарозовевшее небо скрылось за мраком черной ткани, и в спальне вновь воцарилась ночь. Будь его воля, рассвет бы никогда не наступал. Но жизнь не любит проигрывать.

В очередной раз тишину разорвала настойчивая трель будильника. Ну кто придумал эту гадость? Какую мелодию ни поставь, уже на следующий день ты ее возненавидишь. Кир вслепую потыкал кнопки громкости на телефоне, чтобы звуки смолкли, и только успел блаженно расслабиться, как дверь распахнулась, впуская внутрь блондинистый вихрь по имени Виктория.

– Восстань, воин мрака! – Она с хохотом распахнула шторы и встала напротив кровати. – Царство света пришло к тебе!

– Вик, ну минуточку еще… – Кир спрятал лицо под одеялом и поглубже закопался в самую удобную на свете подушку. Стоит ли говорить, как сильно он ненавидел ранние подъемы?

Но рука уцепилась за другой край покрывала и резко сдернула его. Желтые лучи залили всю постель и резанули глаза сквозь сомкнутые веки.

– Ты изверг, – прохрипел Кир беззлобно.

– Я ему кофе сделала, а он обзывается…

– С корицей? – Кир приоткрыл один глаз. Вика жизнерадостно улыбалась, словно и не она каждое утро затевала эту битву с его сном. Сил ей было не занимать – она всегда побеждала.

– Ага, и с мясной подливой. Вставай, засоня, мы на работу опоздаем.

Кир открыл второй глаз, изображая покорность судьбе, даже слегка привстал. А потом поймал прохладную руку и рванул на себя. От неожиданности Вика не удержалась на ногах и рухнула в теплую постель, прямо в раскрытые объятия.

Кир тут же сомкнул руки и с наслаждением зарылся лицом в пышную копну, пахшую полевыми цветами.

– Попалась, – нежно прошептал он, обнимая еще крепче.

– Уже восемь, мы опаздываем! – завопила Вика, но Кир слышал в ее голосе улыбку, да и сопротивлялась она не всерьез.

– День от нас никуда не убежит… И ты теперь тоже.

Он нашел губами ее шею, ласково коснулся легким поцелуем. Вика вздрогнула и бросила попытки вырваться. Такое утро нравилось Киру гораздо больше, такое он готов был пережить и повторять почаще. И лишь новая трель неугомонного будильника заставила их прерваться.

– У меня сегодня совещание с генеральным, помнишь? А ты всю прическу испортил, – грустным ее голос не был, и поднималась Вика с неохотой.

– Так ты еще красивее. А совещание в двенадцать, не опоздаешь. – Кир хмыкнул и потянулся за штанами.

Пора выбираться в промозглую московскую осень, становиться Кириллом Сергеевичем, младшим офис-менеджером в фирме, принадлежавшей отцу его девушки. Положение изначально незавидное, и Кир в равной степени не любил полную форму своего имени и работу, на которой только уборщицы не смотрели на него косо. Но кредит за обучение по гейм-дизайну ему платить еще пару лет, а пристроиться на другую работу до конца курсов он не мог.

Поэтому Кир терпел и ждал. К двадцати семи годам всё, что он умел, – это ждать. Казалось, вот сейчас, еще немного, и начнется та самая жизнь, которая настоящая. Сначала универ, потом первая разочаровывающая работа, подработка курьером, попытка заняться киберспортом всерьез, теперь эти курсы и эта работа… Когда в детстве Кир представлял свою будущую жизнь, она искрила красками, полнилась приключениями и путешествиями, а каждый новый день был незабываем – это показывали в рекламе и в любимых фильмах. Ему так тепло улыбалась мать, когда забирала со школы. Она возвращалась к нему из чудесного мира взрослых людей, наполненного событиями, и Кир мечтал когда-нибудь стать его частью.

Но однажды его мать ушла и не вернулась. Он слышал, как бабушка ругалась с ней по телефону несколько месяцев кряду, но не вслушивался в разговоры. Он не обиделся на маму, не обиделся на отца, который бросил их еще раньше, и на бабушку, которая, как ни старалась, мрачнела с каждым днем всё больше. Кир просто начал ждать.

Это ожидание было серого цвета, как и вся жизнь вокруг. Оно пропитало его дом, его дни и даже сам воздух, которым Кир дышал. Но он умел терпеть и верить, что когда-нибудь его жизнь тоже станет настоящей.

К двадцати семи годам Кир уже догадывался, что терпел он не ради светлого, загадочного будущего, не ради приключений и путешествий или куда там еще отправилась мать, которая уже много лет даже не звонила. Что он просто терпел, а вся серость вокруг и была его «настоящей жизнью», а ожидание пропиталось запахом тлена, но он по инерции продолжал делать то, что делалось, и куда-то идти, периодически что-то менять. Старую, детскую веру не так легко убить даже взрослым цинизмом.

А пару лет назад появилась Виктория, такая яркая и искрящаяся, наполненная жизнью и светом настолько сильно, что Кир отряхнул пыль со старой мечты и принялся ждать еще усиленнее. Ждать настоящей жизни, которая вот-вот начнется с ней.

По утрам, после совместной победы над сном, они садились в ее машину, ехали в офис, где в перерывах Кир искал курсы и ловил ее улыбки. Вика не ждала, Вика планировала, и он с удовольствием соглашался на ее планы. А с премий откладывал на первый совместный отпуск в Тае.

Поэтому и сегодня, как обычно, он сел в машину на пассажирское сиденье, плотнее закутался в пальто, которое подарила Вика, и стал ждать, когда салон прогреется. Она что-то бодро щебетала, глядя то на него, то в телефон, но Кир не слушал. Серые тучи заволокли огромное небо в считанные минуты, и дождь по стеклу стучал так громко, что заглушал все остальные звуки. Почему-то в голову закралась дурацкая мысль, что он слышит финальный отсчет, но непонятно, где его начало, а где конец. И что же он отсчитывал? Мысль не желала выходить из головы.

– Кир, ты меня слушаешь?

– Да, да. – Он с усилием переключился на ее голос. – Завтра пятница, мы идем в бар.

Она уже несколько дней повторяла это, и понять, о чем был разговор, не составило труда.

– Я позову Ксюшу с Витей, – укоризненно повторила