Бессмертный - Андрей Евгеньевич Первухин

В последнее время дела у Матери езодов шли неважно, если провал за провалом можно было так назвать. К сожалению, сказывались века их безграничной власти. Они расслабились и растеряли былое могущество, за что сейчас приходилось расплачиваться огромными потерями. А самой большой неприятностью было то, что невозможно найти грамотного командующего. Казалось бы, один из её талантливых командующих Талаз показал себя грамотным полководцем, но только против жителей морей и океанов, а против людей он ничего сделать не смог.

Была собрана огромная армия, которая могла раздавить повстанцев как насекомых, в результате из земель людей смогла вырваться лишь небольшая горстка магов и жрецов, а ещё несколько сотен простых бойцов. Как ей доложили, они прорывались небольшими группами. Даже не отступали, а просто убегали, это было не поражение, а полный разгром.

А ведь планировали покончить с людьми раз и навсегда, для этого даже сняли часть сил с морских рубежей, чем сразу же воспользовались морские жители. Эти подлые твари тут же устроили набег, вырезав немалую массу езодов. И почему только морским тварям дана возможность также дышать воздухом, находясь на суше довольно продолжительное время. Хорошо, что для них губительна пресная вода, иначе они могли бы наносить удары с самых разных направлений.

Матери было прекрасно известно, почему морские жители так ополчились на езодов. Когда езоды со своими богами проникли в этот мир, то в первую очередь начали уничтожать местных богов. У морских обитателей их было всего пять, двух из которых убили, а трое смогли укрыться, кроме этого они восстановили своё могущество. Как это ни печально, создатели езодов не могли сражаться на глубине морской пучины с тройкой сильных богов. Их преимущество в этой стихии слишком велико, поэтому отступились, моря им были не особо нужны. Опять же, всё внимание было сконцентрировано на суше, где гремели постоянные сражения, гибли огромные армии, езоды захватывали мир.

Морские обитатели своих богов почитали, поэтому их убийство не простили. Они восстановили свою численность и уже много веков досаждали езодам своими набегами. Само собой, езоды не могли перекрыть всё побережье, поэтому иногда удары были крайне болезненными.

Сейчас ещё людишки подняли голову. Матери быстро доложили, что в их мир пришёл какой-то посланник людских богов, но она не посчитала это серьёзной угрозой. Что мог сделать один пусть и необычный маг против целого государства, да ничего, по крайней мере, раньше ей именно так и казалось. Жрецы утверждали, что этот маг не так уж силён, среди езодов были одарённые намного сильнее него. Однако с появлением посланника люди как будто обезумели и тут же начали поднимать восстания.

У этого человека как будто шило в заднице, прямо-таки не мог усидеть на месте, при этом наглел всё больше и больше. Его людей замечали уже по всему материку, они смущали умы рабов, подбивая их на восстания. Да ещё и служители людских богов начали проявлять активность, что тоже плохо сказывалось на общей обстановке. Материк как будто бурлил, каждый день происходили стычки. Приходилось ставить заслоны, чтобы бегущие на восток люди не вливались в ряды повстанцев. Но отряды всё же пробирались лесами, а перекрыть весь материк полностью езоды не могли.

Мать корила себя за то, что сразу не согласилась заключить мир с этим посланником, который уже стал среди людей главным. Она надеялась разгромить армию повстанцев, но этого не случилось, пришлось снова унижаться и отправлять посла, чтобы теперь уже на самом деле заключить мир. Что ни скажи, а людям тоже нужна передышка, чтобы закрепиться на новой территории. Езодам мир также не помешает, хотя бы для того, чтобы подтянуть свежие силы и заготовить припасы для армии во избежание голода, как в прошлый раз. Не помешало бы привести в порядок крепости, их не ремонтировали уже десятилетия, зачем, если нет никакой угрозы.

— Мать, к вам пришёл верховный жрец, — голос слуги отвлёк правительницу от тяжких раздумий.

— Пусть войдёт, — проворчала она в ответ.

Через пару минут в просторный зал вошёл верховный жрец всех богов езодов. Его лицо выглядело недовольным, явно пришёл не с хорошими новостями.

— Боги пока не станут вмешиваться в нашу войну с людьми, — огорошил верховный жрец. — Мы должны победить их сами.

— В нашу войну? — Переспросила Мать. — А она только наша? Их служители делают то, что хотят, а человек вообще приносит мой народ в жертву своим богам. И ты называешь это нашей войной? Он же делает людских богов сильнее!

— И, тем не менее, богам вмешиваться рано, мы должны справиться сами, точнее вы, — сказал жрец. — Мы и без того влезли в дела, которые нас не касаются.

— Они вас обязательно коснутся, когда вас самих принесут в жертву! — Выкрикнула Мать. — Неужели боги людей такие сильные?

— Не надо кричать, — проворчал верховный жрец и тяжело вздохнул. — Они пока не могут вмешаться, повторюсь, пока не могут. А вообще боги очень недовольны, нас больше, а мы терпим одно поражение за другим.

— Как бы потом для нас не стало слишком поздно, — проворчала Мать.

— Наши одарённые уже смогли придумать, как лучше противодействовать тем чудищам, которых создаёт пришелец? — Спросил верховный жрец, он тоже был в армии езодов, благодаря чему удалось увидеть, насколько опасны эти здоровяки, причём не только для простых воинов, но и для одарённых.

— Они думают, — вздохнула Мать, — обещали найти решение.

— Тогда нужно заключить мир, — тут же заявил жрец. Сейчас отдадим территорию, которую они просят, а потом отвоюем всё обратно. Просто нам нужно более тщательно подготовиться.

— Ага, нужно, — усмехнулась Мать. — Беда лишь в том, что люди тоже не станут сидеть без дела и будут готовиться. Как мне кажется, этот пришелец и зимой не прохлаждался, а создавал своих чудовищ. К сожалению, наша разведка ничего узнать не смогла, все пути наглухо перекрыты.

— Нужно заключить с ними мир, — повторил жрец, — а после тщательной подготовки бросить все силы на подавление мятежников, сняв полки с побережья.

— Морские твари этим воспользуются и тут же пойдут в набег, — сказала Мать.

— Ничего страшного, покончим с людьми, выдавим их снова, не в первый раз. А там