Измена. Плата за наивность - Лилия Акс

— Мама, он выживет? — Самое страшное, что мне приходилось слышать.

— Конечно, Паш. — Обнимаю сына в коридоре и не могу поверить в происходящее. По спине вдоль позвоночника проносится неприятный холодок. Смотрю в одну точку, сейчас бы расплакаться, внутри все рвется, но рядом сын, которому недавно стукнуло десять, и я понимаю, что надо оставаться сильной.

Какого черта я ответила на звонок в машине по громкой связи? Сейчас бы спокойно оставила сына дома, позвала маму, а сама спокойно уехала в больницу. Обнимаю его и не перестаю себя винить.

Стоим в коридоре уже минут десять, ждем, когда подойдет врач. Все, что нам известно, это то, что Денис попал в аварию и сейчас ему делают операцию. Мозг не соображает, как действовать дальше.

Так, Паша не должен знать все подробности, ему это ни к чему. Присаживаемся на стулья в коридоре:

— Малыш, я боюсь, что на ночь здесь можно оставаться только совершеннолетним. Я сейчас позвоню бабушке и скажу, чтобы она забрала тебя. Вы вместе вернетесь домой, и ляжете спать. А утром я уже буду дома и сама отвезу тебя в школу. Хорошо?

— Я уже давно не малыш, мам. Я должен знать, что с папой.

Когда он успел так вырасти? Разговаривает почти на равных.

— Знаю, Паша. Прости, если чем — то тебя обидела. Пойми, сейчас самое главное нам оставаться сильными, я присмотрю за папой, а ты за мной, когда я вернусь домой. Обещаю, что не буду от тебя ничего скрывать… Как тебе такая идея? — Пытаюсь хоть как — то дать понять ему, что считаюсь с его мнением и вижу в нем взрослого человека. У самой нервы как оголенные провода, и если он сейчас не кивнет головой, а выдаст что — то протестующее, я сорвусь и начну орать. Пожалуйста, Паша, пожалуйста, просто согласись со мной.

— Хорошо, мам. — Выдыхает. И я вместе с ним.

Слава Богу. Вижу, что ему тоже тяжело. Он переживает. Набираю маму, прошу приехать, вызываю ей такси. Десять минут. Умоляю, пусть эти минуты пролетят быстро, и врач не успеет подойти за это время. Молюсь всем богам.

Подъехала, выдыхаю, провожаю сына к выходу, сажаю к маме, отдаю ей ключи. Отъезжают. Захожу ватными ногами, иду по коридору, голова начинает кружиться, перестаю себя сдерживать и начинаю плакать навзрыд. От страха и неизвестности. Руки трясутся так, что не могу себя контролировать и успокоить.

В коридоре тускло и прохладно, на душе точно так же. Вспоминаю, как Дену позвонили и срочно попросили приехать на работу, а мне пришлось самой забирать Пашу из школы.

Проходит еще двадцать минут, мне удается кое — как унять дрожь, когда, наконец, из операционной начинают выходить врачи. Не подбегаю, стою, жду.

— Валерия Дмитриевна Мезенцева? — Подходит один из них спустя время.

— Да. — Говорю тихо, боясь содрогнуть тишину и услышать что — то страшное.

— Скажу как есть. Ваш муж в очень тяжелом состоянии, мы сделали что могли, теперь все зависит от него, от особенностей организма, силы воли и желания выжить.

— Что это значит?

— Удар пришелся в голову, случилось кровоизлияние. Мы предотвратили последствия, остается ждать.

— Спасибо. — Опускаюсь на стул, врач уходит. Никто, конечно, и не думает церемониться со мной. Я остаюсь одна и продолжаю плакать, пока не подходит молоденькая медсестра.

— Валерия Дмитриевна, вам нет смысла оставаться здесь на ночь, может быть, вы выспитесь и придете уже утром?

Поднимаю голову.

— А к нему можно? — Риторический вопрос, конечно.

— Сейчас нельзя.

— А когда можно?

— Когда придет в себя очевидно. В любом случае, это нужно обсуждать с доктором.

— Хорошо. — Говорю я, не слыша свой же голос.

— Валерия Дмитриевна, — продолжает медсестра. — Я понимаю, что сейчас вам не до этого, но не могли бы вы пройти на ресепшн.

— Хорошо, — выдаю снова без лишних вопросов. У стойки администратора меня поджидает мужчина и по корочке, которую он демонстрирует, понимаю, что это следователь. Представляется, но я ничего не слышу. Прошу дать мне минутку. Держусь за виски, отпускает.

— Прошу прощения. Слушаю вас.

— Валерия Дмитриевна, понимаю ваше состояние, но у меня есть несколько вопросов.

Начинает спрашивать про Дениса, отвечаю машинально, не отрывая глаз от пола. Понимаю, что это стандартная процедура и ее надо просто перетерпеть. Не вникая в суть вопросов, киваю или мотаю головой.

— Вам знакома девушка, с которой ехал ваш супруг? — Ударяет в виски, и я словно трезвею.

— Что?

— Вам знакома девушка, с которой ехал Денис? — Повторяет следователь.

— Какая девушка?

— В салоне автомобиля на момент аварии была девушка. При ней нет документов и телефона, поэтому личность пока не установлена. Девушка еще не пришла в себя, она тоже в реанимации.

Холодные, ледяные мурашки проносятся по всему телу. От непонимания накатывают слезы.

— Нет.

Дальше он задает уточняющие вопросы, на которые я бесцеремонно отвечаю «нет», мы прощаемся и я подхожу к администратору.

— Могу я забрать личные вещи мужа? Телефон, например? Мне нужно сообщить в его отдел о произошедшем, его могут потерять.

Медсестра поднимает палец вверх, предупреждая, что надо подождать. Стою в больничном коридоре, тело сжато от тревоги. Шумные разговоры и шаги медсестер, неясные звуки за дверями, только усиливают напряжение. Медсестра, внушающая одновременно сочувствие и строгость, слегка поджимает губы.

— Минутку, я уточню, — говорит она, уходя за закрытые двери.

В этот миг время словно останавливается. Мысли роятся в голове, изображая сцены из жизни: Дену звонят, он вылетает из дома.

Я едва понимаю, что она вернулась, и что — то говорит, пока я всё ещё погружена в свои думы. Берёт меня за локоть, мягко, но решительно, и ведёт по коридору.

Останавливается у небольшого стола с ящиком, открывает его и начинает собирать вещи. Сначала появляется его телефон, он то мне и нужен. Затем медсестра передаёт мне кошелёк с его личными вещами. Он ощутимо холоден в руке, и этот холод проникает в сердце. Вдобавок она протягивает какие — то мелочи — ключи от машины, несколько монет.

— Спасибо, — произношу тихо и направляюсь к выходу. Выхожу из больницы, сажусь в холодный салон автомобиля. Достаю его телефон. Пароль. Ничего себе. И давно? Перебираю две комбинации, которые не подходят. Понимаю, что могу заблокировать. На скидку ввожу дату рождения Паши, получается.

Сразу захожу в список входящих. Нахожу по времени нужный. Неизвестный. Тут же зачем