Вампирская академия. Холодная страсть - Нина Любина

Я чувствовала его взгляд спиной, когда шла между рядами. Он сидел в кресле у окна в секции редкой литературы, перелистывая фолиант с таким видом, будто был хозяином не только этой академии, а всего мира. Красивый до зубной боли. Темные волосы, точеные скулы, и эта ленивая, хищная грация, с которой он поднял на меня темные чарующие глаза.

— Потерялась? — его голос, низкий и тягучий, словно патока, разлился по коже. — Люди редко здесь ходят без сопровождения, обычно бояться, что их кто-то покусает без разрешения.

Он очаровательно улыбнулся, демонстрируя белоснежные зубы и острые клыки. Я моргнула, изображая смущение. Опустила ресницы, потом снова подняла, глядя на него максимально невинно.

— Я ищу отдел мифологии, — сказала я тихо, чуть закусив губу. — Но я совсем запуталась.

Врала. Я шла сюда посмотреть на тех, кто не тусуется в компаниях. Удачно. Ведь нашла одного такого. Он, правда, еще не в курсе, что попал в мои сети.

Он усмехнулся, и в уголках его губ мелькнуло что-то опасное. Но глаза зажглись интересом.

— Мифология? Хочешь почитать сказки про нас? — он плавно поднялся, оказавшись почти на голову выше меня. — Я провожу. Если пообещаешь не убегать.

— А стоит убегать? — Я сделала большие глаза, изображая смесь испуга и любопытства. — Вы кажетесь милым.

Последнее произнесла таким невинным голосом, что самой тошно стало. Он рассмеялся. Коротко, но искренне. От этого смеха у меня мурашки побежали по позвоночнику.

— Милым, — повторил он, смакуя слово. — Меня еще никто не называл милым. Я Александр.

Он протянул мне руку. Я отметила про себя, что его пальцы были красивыми, длинными и изящными. Я пожала ему руку. Та оказалась холодной, а вампирская кожа удивительно гладкой при прикосновении.

— Селена, — ответила я, позволяя ему взять меня под локоть.

Он вел меня вглубь библиотеки, туда, где свет почти не проникал, а воздух становился плотнее. Я чувствовала его взгляд на своем лице, на шее, на губах. Он играл в кота, а я — в мышку. Но мы оба пока еще не знали, кто здесь настоящий охотник. Он, потому что, вероятно, не ожидал подвоха. А я потому что играть с огнем всегда опасно, ведь одно неловкое движение и можно обжечься.

— Здесь так тихо, — прошептала я, когда мы свернули в проход между стеллажами, заставленными древними книгами. Библиотека была огромной. А студентов в академии не так уж и много. Так что неудивительно, что мы никого не застали. — А если я закричу?

— Зачем тебе кричать? — он развернул меня к себе, прижимая спиной к книжной полке. — Я еще ничего тебе не сделал.

— А сделаете? — выдохнула я, глядя на него снизу вверх с таким выражением, будто он решал мою судьбу.

Его рука легла мне на талию. Сквозь тонкую ткань блузки я чувствовала ледяной жар его ладони. И внутри все сжалось от предвкушения.

— Ты дрожишь, — заметил он, наклоняясь ближе. — Замерзла?

— Нет, — мой голос сел до шепота. — Просто вы очень близко.

Читая правда. Ведь он наклонился ко мне. Его глаза горели.

— Тебе это мешает?

Я медленно покачала головой, не отводя взгляда. В моих глазах — испуганная лань. Внутри — дикий восторг охотника.

Я ожидала, что он остановится, но он впился в мои губы поцелуем. Жадно, нетерпеливо, собственнически. Я ответила. Это было интересно. Я-то думала, что он передумает, когда решит, что напугал меня достаточно. Но не упускать же мне такой шанс полапать такого красавчика? Я привстала на цыпочки, вцепилась в его плечи, приоткрыла рот, впуская его язык. Он на мгновение замер, будто не ожидал такой страсти от «испуганной» первокурсницы, а потом зарычал мне в губы, прижимая сильнее.

Мне было интересно, отступит ли он, или будет играть до конца. Меня накрыл азарт охотника, я не собиралась отступать первой.

— Ты пахнешь… — выдохнул он, отрываясь от моих губ и проводя носом по моей шее. — Сладко. Горячо. Люди так пахнут, когда…

— Когда что? — прошептала я, откидывая голову, подставляя шею.

— Когда хотят, чтобы их съели, — усмехнулся он, и я почувствовала, как он кончиками пальцев, провел по моей ключице. Не больно. Дразняще.

— А вы кусаетесь? — я округлила глаза, изображая испуг.

Он рассмеялся. Этот смех пугал и заводил одновременно.

— Только если меня очень попросят.

Я провела ладонью по его груди, чувствуя, как напрягаются мышцы под тканью рубашки.

— А если не попрошу?

— Тогда придется искать другие способы тебя занять, — он продолжал смотреть мне в глаза, пока медленно расстегивал пуговицы на моей блузке.

Я физически ощущала, что он ждет, что я напугаюсь его напора и убегу. Но стояла неподвижно.

Когда он закончил с блузкой, то усмехнулся мне. Потом с вызовом во взгляде он положил ладонь мне на плечо и словно случайно скинул лямку лифчика.

— Упс, — сказал он, нисколько не раскаиваясь.

Я так и смотрела на него, ничего не предпринимая. В его глазах читалось легкое замешательство. Мне это нравилось. Потом он усмехнулся и потянул лифчик вниз. Мне стало слегка прохладно, но мурашки по коже пошли от возбуждения. Он наклонился к моей груди и его рот сомкнулся на моем соске, и я закусила губу, чтобы не застонать слишком громко. Но маленький, сдавленный звук все равно вырвался.

— Тише, — выдохнул он мне в кожу. — Или хочешь, чтобы нас нашли?

Я прикусила палец, глядя на него из-под ресниц. В моем взгляде читалась покорность. Внутри же ликовал азарт. Я хотел его прямо сейчас. И хотела, чтобы он хотел меня.

В последнем сомневаться не приходилось. Не отрываясь от груди, он запустил руку мне под юбку.

Хорошо, что я не надела колготки, иначе ситуация была бы менее удобной. Я оперлась спиной на шкаф. Пару книг упали на пол, но не остановили нас. Я приподняла ногу, чтобы Александру было удобнее удовлетворять меня, и вцепилась в его плечи, чтобы не упасть.

— Какая послушная, — усмехнулся он, проводя ладонью по внутренней стороне бедра. — И уже такая мокрая.

— Это ты виноват, — выдохнула я, кусая губы.

Он расстегнул ширинку, и я почувствовала, как головка его члена скользнула по моим складкам, дразня, мучая.

— Александр, — прошептала я, вкладывая в это имя всю мольбу, на которую была способна. — Пожалуйста…

— Что «пожалуйста»? — Он чуть отстранился, глядя мне в глаза. В его зрачках плясало алое пламя. — Скажи. Я хочу услышать.