Питер - Ал Коруд

Солнце блеснуло в проходе потоком яркого света, раздвигая мрачные тени в стороны и даря надежду на скорое тепло. Патрульный полицейский лениво потянулся, прошёлся взад-вперёд и устроился рядом с напарником за выступающим фронтоном. Здесь не так поддувало. Ранним утром, да ещё в апреле, в центральном туристическом месте северной столицы шаталось ещё относительно мало народу. Зато промозглый ветерок с Невы пробирал буквально до костей в любое время дня. Петербург на самом деле крайне неприятное место для жизни. Больше нигде в мире в схожих климатических условиях нет подобных ему по размеру мегаполисов. Даже просто крупных городов на пальцах руки пересчитать. Но бешеный норов великого Императора начертал — Быть! По сему и вышло.

Затем внимание молодого полицейского привлекли две молоденькие девушки, идущие в его сторону. Явно туристки. Но ведут себя несколько странно, как будто туристические достопримечательности им не так интересны, как место прибытия. И обе как нарочно яркие блондинки. Первая — высокая и крепкая, вышагивает вперёд длинными ногами решительно. Молодой хмыкнул — хороша девица, вон как плечи развёрнуты, уверена в себе на сто процентов! Патрульный сам с детства занимался спортом и не раз видал таких барышень в спортзалах. Камуфляжные штаны вполне гармонировали с полувоенной курткой «Акулья шкура» защитного цвета. На голове — военное кепи, они сейчас по причине войны в моде. Разве что на рукаве красовался неуставной шеврон со странным знаком — что-то явно древнее, славянское.

Её подруга ниже и худощавее, но также подтянута. Разве что несколько ярче и неформальнее одета. Что их связывает, интересно? Полицейский в будущем хотел перейти на оперативную работу и потому любил разгадывать разные загадки. Обе блондинки, что характерно, без косметики, надутых губ, огромных наклеенных ресниц. Провинциалки? По одежде непонятно. Туристический район службы научил патрульного определять стоимость одежды на вид. А прикид у них явно недешёвый. Так что или приличные девочки из богатого региона, или местные неформалки. Спортсменке надутые губки точно не нужны, а у второй взгляд серьёзный — на меланхоличку не похожа. Студентка чего-то престижного? Патрульному стало по-настоящему интересно — скучно просто так торчать на улице. Пойти, что ли, проверить для проверки своих догадок документы? Глядишь, и познакомится. Чем чёрт не шутит — можно после службы где-то встретиться. Барышни точно не из пафосного сословия.

— Опять?

Голос напарника заставил молодца обернуться:

— А что такого?

— Догуляешься! Нарвёшься на проверку.

— Народу на патрули не хватает — кто тут будет нас проверять? Да ну тебя!

Когда полицейский обернулся, девчонок уже след простыл. Куда они могли подеваться? Он удивлённо подошёл к боковому проёму, где барышни недавно стояли, — дальше шла несвежая кладка. Многие туристы путались, считая, что тут есть проход. Патрульный покачал головой и вернулся обратно. Видимо, они куда-то быстро сквозанули дальше, к Невскому. Но идти в ту сторону расхотелось — это уже не их участок. Ладно, скоро пойдут туристические автобусы, и будет чем заняться. Его натуре претило торчать тут просто так.

— И на кого такие фокусы дешёвые рассчитаны?

Наталья покосилась в сторону полупрозрачного заграждения. Вернее, непрозрачного полностью с наружной стороны. Да и пройти сквозь эту призрачную завесу мог далеко не каждый. Но для того и дадены им конторские обереги-пропуска. Широкий арочный проход вёл к давно некрашеной стене, в которой виднелась монстрообразного вида дверь. Старший архивариус Трескина невольно зевнула. Какая банальность! Могли бы что-то оригинальное придумать.

— Вот мы и прибыли. Рейс больно ранний — есть ли кто там на службе?

Капитан ФАПСИ Седых с ней согласилась. Но командировка вышла неожиданной для них обеих. Да и кто в здравом уме откажется от халявной прогулки в Петербург? Отчего-то их два северных города были крепко связаны друг с другом. Если архангелогородец ощущал себя в Москве неуютно, то в северной столице такого не случалось вовсе.

Марфа Васильевна как-то обронила по этому поводу:

— Много поморской крови на родах града Петрова пролито. Кровь она заговоров завсегда сильнее.

Их специалист по аномальным явлениям происходила из потомственного рода ведуний, потому знала, о чём говорила.

Внезапно от стены прохода отделился удивлённый донельзя охранник в серой форме. Как сюда занесло этих странных туристок? «Ворота», что ли, сломались?

— Дамочки, сюда проход за…

Неуловимое движение Палашиной рукой — и страж застыл на месте. Седых покачала головой:

— Могли бы просто показать корочки?

— Ты не понимаешь, Наташа. Думаешь, нас просто так не предупредили?

Руководитель силового прикрытия Поморской Опричнины отмахнулась.

— Да забыли просто! Обычное дело.

— Это в нашей-то службе? Нет, подруга, тут всё не так просто, как кажется.

Палаша показала на висящие наверху камеры и подошла к двери, изучая её замок. Наталья наблюдала за коллегой с неясной тревогой. И куда только делась неуверенная в себе вчерашняя студентка? Хотя они столько всего пережили за последний год. Тут или станешь сильнее, или склеишь ласты. Такая уж у них служба.

— Давай просто позвоним.

— Нет, питерских стоит проучить. Нашли над кем проказничать. Иначе уважать не будут, — штатная ведунья отдела достала из рюкзака какой-то металлический предмет. — Не завидую их охране — прилетит им обязательно.

Седых ухмыльнулась. Она уже прознала о шкодливом характере подруги. Но всё равно сомневалась, что ей удастся взломать защиту одного из крупнейших отделов Опричнины. Трескина провернула одну из секций короткого сборного штыря из бронзы, затем внимательно осмотрела набалдашник и нажала на рубинового оттенка камень. Затем приложила магический гаджет к замку. Там что-то ярко сверкнуло, запахло озоном и горелым металлом.

— Вуаля!

Седых восхитилась:

— Ну ты даёшь, подруга! А банковский сейф откроешь?

— Смотря сколько там будет денег, Наташа.

Так, посмеиваясь, они прошествовали через короткий тёмный коридор, открыли дверь тамбура и оказались в хорошо освещённом служебном помещении перед стандартной на вид вертушкой. Сидевший в кабинке дежурный службист заполошно подскочил с места, попутно уронив на пол бутерброд с сыром. На его лице застыло безмерное изумление, граничащее с испугом.

— Доброго утра. Плохо вы встречаете гостей, коллега.

Пелагея нарочито по-северному окала. Охранник же покраснел, как свёкла, и отмер, попутно включив «режим вахтёра».

— А в-в-вы кто? Сюда нельзя! Это служебный проход!

— Любезный, ознакомьтесь,