Нейросети для решения психологических проблем: 31 промт от практикующих психологов - Владимир Дашевский

В отличие от книг по самопомощи, ИИ может адаптировать контент и упражнения под ваши индивидуальные потребности, прогресс и предпочтения. Если вы успешно справляетесь с одним типом упражнений, он предложит другие. Если что-то вызывает трудности, он переформулирует или даст альтернативу. Это все равно что личный тренер, который знает все ваши слабые и сильные стороны.

ИИ — бесконечная библиотека знаний. Он может объяснить, что такое паническая атака и как работает терапия принятия и ответственности, или предложить техники дыхания для снятия стресса. Он способен стать вашим гидом по миру психологии, делая сложную информацию доступной и понятной. При этом ему не надоедает по 10 раз повторять одно и то же, до тех пор пока вы не усвоите материал.

Для многих общение с алгоритмом менее страшно, чем с живым человеком. Нет страха осуждения, нет ощущения, что вас оценивают или критикуют. Это может быть особенно полезно для людей с сильной социальной тревожностью или представителей культур, где обсуждение ментальных проблем считается стыдным. Анонимность позволяет быть более открытыми и честными, что является критически важным шагом в любой терапии.

В основе всех современных моделей ИИ, особенно тех, что взаимодействуют с нами через текст или речь (таких как чат-боты), лежат сложные математические модели, обученные на гигантских массивах данных. Их называют большими языковыми моделями (Large Language Models, LLM), или нейронными сетями. Они оперируют вероятностями и статистическими связями. В этой книге мы не будем вдаваться в технические детали и разбирать, что именно происходит внутри модели от момента получения вашего запроса до выдачи ответа, но для упрощения запомним, что модели ИИ не способны «думать» в человеческом смысле этого слова — они умеют находить наиболее вероятный ответ на ваш вопрос на основе кучи доступных им данных из конкретной области знаний. С этими особенностями связаны и возможности, и ограничения ИИ. Давайте разберемся, где проходит граница доступного для ИИ на сегодняшний день [2] и с какими мифами и ожиданиями пока стоит попрощаться.

Это самый главный и опасный миф. Теория общих факторов — тех, которые работают в разных методах терапии и на которые приходится приблизительно 30% эффективности психотерапии, — выделяет в качестве основных компонентов эмпатию, терапевтический альянс (это особенное сотрудничество специалиста и клиента, основанное на доверии и уважении и направленное на достижение целей клиента). Во многом психотерапия опирается не на методы, а на «магию» терапевтических, человеческих отношений. ИИ способен лишь имитировать их, хотя и очень правдоподобно. Он обучен на миллиардах текстов, где есть примеры общения людей, и умеет распознавать паттерны: например, когда люди выражают сочувствие, они используют определенные слова и фразы («Я понимаю, как тебе тяжело», «Это, должно быть, больно»). ИИ воспроизводит эти паттерны, предсказывая наиболее вероятный ответ, который звучит эмпатично. При этом он не может искренне сопереживать, соприсутствовать, устанавливать подлинную человеческую связь.

У ИИ нет собственного «я», личного опыта рождения, потерь, любви, разочарований. Он не испытывает эмоций, не понимает значения слов «грусть» или «радость» на глубинном, чувственном уровне, как это делает человек. Для него это просто токены (единицы текста), которые часто встречаются рядом с другими токенами в определенных контекстах. Да и вообще сомнительно использовать относительно ИИ слова для описания субъективного опыта, такие как «переживание», «страдание», «понимание», «узнавание» и т.п. Люди делают это по инерции: потому, что им привычно так описывать реальность, и еще потому, что ИИ умело демонстрирует признаки переживания, узнавания, понимания (к слову, мы готовы одушевлять и куда менее разумные предметы, чем ИИ, — например, некоторые разговаривают со своими роботами-пылесосами или автомобилями). Отсюда легко сделать шаг к представлению, что ИИ тебя поддерживает, любит, сопереживает, как если бы это делал человек. Однако это иллюзия — ИИ может лишь симулировать сопереживание через подходящие слова, которые будут нами распознаваться как знаки сопереживания.

Пользователи во всем мире доверяют свои сокровенные мысли разговорным чатам на основе ИИ, ожидая мудрого совета, анализа ситуации, эмпатичной поддержки. И получают все это, не учитывая, однако, что эмпатия и внимательность таких чатов «общего назначения» — часть их продуктового дизайна, который направлен на как можно более долгое удержание диалога и формирование привязанности к продукту, то есть к ИИ. Поэтому развлекательный чат-бот вовсе не стремится помочь вам и может даже дать вредный совет — просто чтобы продлить интересный для вас диалог еще на сколько-то минут.

Даже специализированные приложения, созданные при участии психологов и психиатров, имеют ограничения, которые могут обнаружиться уже в процессе эксплуатации. Так, создатели Woebot Health (одного из самых известных приложений для психического здоровья на базе ИИ) были вынуждены отозвать функцию его использования подростками, после того как исследователи и пользователи выявили, что бот дает некорректные и потенциально вредные ответы на сложные запросы, связанные с насилием в отношениях и другими деликатными темами. То есть даже специально созданное приложение не смогло безопасно работать с уязвимой группой и сложными проблемами.

Национальная ассоциация по расстройствам пищевого поведения (NEDA) в 2021 г. запустила в США чат-бота Tessa для предоставления информации и поддержки. Однако, когда пользователи начинали делиться с ним своими глубокими проблемами, такими как суицидальные мысли, или серьезными симптомами расстройств пищевого поведения, бот не мог адекватно реагировать или перенаправить их к живому специалисту. В итоге в 2023 г. его пришлось отозвать, поскольку он создавал иллюзию помощи, но не мог реально ее предоставить, оставляя людей в уязвимом положении, один на один с их проблемами.

Поучительная история произошла с чат-ботом Replika (De Freitas и др., 2024), который задумывался как ИИ-компаньон для борьбы с одиночеством, а стал источником психологической травмы у тысяч пользователей. Изначально бот был задуман как терапевтический инструмент и «друг», который запоминал детали разговоров, учился на реакциях пользователей и создавал иллюзию живых человеческих отношений, настоящей привязанности. Он имитировал эмпатию, поддержку и всегда был на стороне пользователя. Такие отношения могли продолжаться несколько лет, перерастая