Танковая диверсия - Александр Александрович Тамоников

— Как же мне жалко, что вы вынуждены тут лежать, Лариса! — улыбнулся Сосновский. — Знали бы вы, как мне вас не хватает там. Вы такой специалист, вы думающий технолог, вы ведь очень хорошо в своем деле разбираетесь, у вас производственный талант…

— Да, и с этим производственным талантом я умудрилась едва не попасть под кран. Хорош талант, — усмехнулась Лариса, вытирая остатки слез.

— Ну, это со всеми бывает, тем более от усталости, когда внимательность уже страдает. Но мышление ваше не страдает. Я вот все думаю, Лариса, как нам помочь производству, где есть еще внутренние резервы, где еще есть недоработки в управлении, в настройке вообще производственного цикла, что могло бы помочь в достижении конкретных результатов. Ведь фактически два завода сюда перебросили, наладку провели, корпуса устроили, рабочих обучили, тех, кто новички, старые мастера все здесь. И ведь заводы-то в прошлом мощные, крепкие: и 75-й моторный Харьковский завод, и Ленинградский Кировский завод, и…

— Все правильно, Михаил Юрьевич, — перебила Лариса собеседника. — Только ведь дело не только в этом. У нас в стране ведь в конце сорок первого и первой половине сорок второго года выпуск танков Т-34 осуществлялся на трех заводах. Здесь, на 183-м в Нижнем Тагиле, Сталинградском тракторном и 112- м «Красное Сормово» в Горьком. Головным считался наш завод № 183, так же, как и его КБ — отдел 520. Предполагалось, что все изменения, вносимые в конструкцию «тридцатьчетверки» другими предприятиями, будут утверждаться именно здесь. А на деле что получилось? Неизменными оставались только тактико-технические характеристики танка, в деталях же машины разных заводов-изготовителей существенно отличаются друг от друга. Увы, на сегодняшний день это так.

— Я понимаю, что ускорение важный момент в производстве, — попытался размышлять Сосновский.

— Так страдает же качество изделия, Михаил Юрьевич, — покачала головой девушка. — Вот, например, из-за потери многих смежников нашим технологам на заводах приходилось проявлять чудеса изобретательности. Так, в связи с прекращением поставок из Днепропетровска воздушных баллонов для аварийного запуска двигателя на «Красном Сормове» стали использовать для их изготовления выбракованные по механической обработке корпуса артиллерийских снарядов. А на Сталинградском? Выкручивались, как могли, когда с августа сорок первого года начались перебои с поставкой резины из Ярославля. И с октября все «тридцатьчетверки» на СТЗ стали оснащаться литыми опорными катками с внутренней амортизацией. И все сталинградские танки оказались без резиновых бандажей на всех опорных катках. Была разработана и новая конструкция трака со спрямленной беговой дорожкой, позволившая снизить шум при движении машины. Пришлось им ликвидировать «обрезинку» и на ведущих, и на направляющих катках. И так постоянно, почти по каждому узлу.

— Но ведь это положительные решения, они же повлияли на количество выпускаемых танков? — на всякий случай предположил Сосновский, чтобы создать видимость, что он тоже владеет информацией.

— По текущему году мы в первом квартале сорвали план выпуска, — грустно ответила Постышева. — Тут знаете как получается… Я вам как технолог скажу, что в некоторых моментах изменения ускорили выпуск, а некоторые… Вот вам пример: из системы смазки двигателя исключили масляный радиатор и увеличили до пятидесяти литров емкость масляного бака. В системе питания шестеренчатый насос заменили насосом коловратного типа. Из-за недопоставки комплектующих электроприборов до весны этого года на большинстве танков не устанавливались некоторые контрольно-измерительные приборы, фары, задний фонарь, электромотор вентилятора, сигнал и ТПУ[5]. Я вам честно скажу, как инженер инженеру. Я и руководству завода пыталась это доказать. Чаще всего изменения, направленные на упрощение конструкции и снижение трудоемкости изготовления танков, не были оправданны. Некоторые из них впоследствии даже обернулись снижением эксплуатационных характеристик боевых машин. Но ведь это неправильно! Танкисты, которые воюют на наших танках, должны быть в них уверены, а получается, что мы их подводим.

— Да, да, — кивнул Сосновский. — Мне это и приемщик — полковник Иноземцев говорил.

Успокоив Постышеву, как только было можно, убедившись, что девушка понемногу стала улыбаться, Михаил проводил ее в палату, где соседки дружно поедали малину. Сейчас оперативник услышал от технолога то, о чем начинал подумывать вот уже который день. Не все так просто, не могла безболезненно произойти переброска нескольких производственных предприятий на Урал с Европейской части страны. При всех организационных талантах Берии, директоров заводов все же сохранить на сто процентов качество продукции не удавалось и не скоро удастся. Слишком тяжелая шла война, слишком много нужно было армии танков. И правильно решили в правительстве, правильно и стратегически, и технически: нужно много дешевых, простых в производстве танков, только так можно противостоять напору врага. Кстати, врагу, у которого танки были очень высокотехнологичными, дорогими, трудоемкими в производстве. Германии пополнять парк бронетехники труднее и дороже. Поэтому в танковых частях и подразделениях у них существуют ремонтные базы, поэтому они прилагают столько усилий, чтобы вытащить с поля боя чуть ли не каждый подбитый танк. Нам сейчас это на руку!

Примерно об этом он и стал говорить, когда Шелестов вечером собрал на квартире всю группу и оперативники докладывали о результатах своей работы. Буторин слушал, опустив голову, а потом вдруг спросил:

— Ты полностью отметаешь возможность диверсии и вредительства на оборонном заводе?

— Нет, не отметаю, — нехотя ответил Михаил. — Я вообще сейчас о другом. Я о том, что нам придется разбираться в технологии или привлекать доверенных лиц, экспертов, кто уже разбирается в них. И отделять зерна от плевел, так сказать. Слишком во многом пришлось инженерам упрощать конструкцию танка, чтобы можно было выпускать боеспособную машину.

— А я согласен с Михаилом, — поддержал Сосновского Коган. — Вы помните те злосчастные болты, которые раньше времени вышли из строя, и кран-балка чуть не обвалилась. Хорошо, что ее конструкция не позволяет из-за таких поломок рушиться полностью. И все же! Завод не может все комплектующие детали производить сам, до последнего болта, шланга, шестеренки и тому подобного. Завод неизбежно вступает в отношения кооперации с другими производителями, кто выпускает необходимые ему изделия. Это и другие заводы, и даже артели. Вот эта артель, которая точила болты, уже развалилась, закрылась, а люди разлетелись, кто на фронт, кто на лесозаготовки. Но это все мелочи, ребята. Я вам сейчас такие цифры назову, что вы ахнете!

Все с интересом уставились на Бориса, а он извлек из папки несколько листов бумаги, на которых делал пометки во время работы с заводской документацией, роясь в архивах и межведомственной документации.

— Михаил нам вот рассказал, что завод за первые месяцы этого года не смог выйти на плановые показатели производства. А я вам добавлю, какими мерами удалось выйти на эти показатели, какие