Корпорация Правосудие - Кеннет Робсон

Бенсон наклонился вперед. Его лоб коснулся спинки одного из сидений и замер. Его плечи слегка подрагивали в последней крайности мучений.

И все это время на его лице не дрогнул ни один мускул. Ни единой черточки! Ужасно было видеть это мертвое лицо, такое неизменное, несмотря на бушующее за ним торнадо.

Через это отверстие, в черную воду на тысячи футов ниже...

В тот момент, когда он стоял, содрогаясь, беспомощный, как ребенок в своем колоссальном горе, темная фигура прокралась в самолет, стоявший позади него у ангара.

В обычных условиях тысяча маленьких нервов должна была бы почувствовать крошечный сдвиг самолета на его больших посадочных колесах, когда к нему прибавился вес человека. Обычно чудом обострившийся слух улавливал слабый шорох движущейся одежды. Но подойти к стальному авантюристу с мертвенно-холодными глазами было так же легко, как подойти к слепому.

Фигура за спиной Бенсона на мгновение замерла. Затем его рука поднялась. Свет блеснул на тяжелом гаечном ключе. Рука опустилась...

***

В отеле "Эли" Макмерди ждал в вестибюле. Он отправился по адресу друга, который дал ему Бенсон. Под мышкой у него был небольшой, но тяжелый пакет. Макмерди не знал, что находится в пакете. Он ждал, что Бенсон придет, заберет его и расскажет, если захочет, о том, что узнал на летном поле.

Но Бенсон не пришел. И суровые голубые глаза Макмерди стали еще более холодно-голубыми, чем прежде.

Что-то в этом человеке с мертвенно-белым лицом, с которого ледяным взглядом смотрели бледные глаза, задело одинокого шотландца. Отсутствие Бенсона беспокоило его не меньше, чем если бы он знал этого человека не несколько часов, а лет десять.

За столом возникла суматоха. Макмерди посмотрел в ту сторону. Водитель такси спорил с клерком.

— …посмотрел назад, но парня там не было. Всю дорогу до аэропорта и обратно по счетчику. Я хочу получить свои деньги.

Макмерди встал и подошел к стойке. Клерк сказал что-то, чего он не расслышал.

— Он сказал, что он должен приехать сюда, в отель "Эли". Он должен быть зарегистрирован здесь. Нет, я не знаю его имени. Но я хочу получить свои деньги за поездку в аэропорт и обратно.

Бугристая, похожая на молоток рука Макмерди опустилась на плечо водителя.

— О ком ты говоришь, мон?

— Какой-то парень, похоже, с Запада. Подобрал меня возле портновской мастерской в центре города. Попросил отвезти его в аэропорт. А потом он сдулся где-то между воротами и этим местом. И я застрял за проезд.

— Как он выглядел?

— Я мало что помню, кроме его глаз. Они были очень светло-серые.

Костлявая рука Макмерди сжималась до тех пор, пока водитель не вскрикнул, затем ослабла.

— Какой счет?

— Четыре доллара и десять центов.

Макмерди достал старинный кожаный кошелек с защелкой. Он открыл его, достал четыре однодолларовые купюры, пятицентовик и пять пенни.

Он аккуратно пересчитал их в руках мужчины.

— Ты разбрасываешься деньгами, давая чаевые, не так ли? — язвительно сказал водитель.

— Только дурак расточителен в своих деньгах, — ответил шотландец. — А теперь ты отвезешь меня в аэропорт, как только успокоишься.

Он передал небольшой тяжелый пакет клерку.

— Держите это до нашего с мастером Бенсоном возвращения.

Ему захотелось мрачно добавить: — Если мы вернемся. — Но он этого не сделал.

***

Он вошел в ворота аэропорта из такси, низко надвинув шляпу. Его уволили отсюда. Его не пустили бы, если бы увидели.

Он прошел мимо офиса и вышел к ангару. Они выкатывали один из больших бортов. На его носу красовалась надпись S402. Один из механиков помахал шотландцу рукой. Он им всем нравился, когда работал здесь. Но другой механик, парень с темными волосами, растущими на лбу, и слишком близко посаженными темными глазами, отстал от Макмерди, а затем побежал в сторону административного здания аэропорта.

Макмерди подошел к самолету. Человек, который махал ему рукой, усмехнулся.

— Так они тебя отшили, Мак? — спросил он. — Что случилось? Опять напился?

— Я не трогаю дух виноградной лозы, как ты знаешь, Томми, — сказал Макмерди. — Это были личные разногласия. Это S402? А откуда у него дюралюминиевые вставки в крыле и шины "Данлоп" на посадочных колесах, как у S404?

— Ну, раз уж ты об этом заговорил, — сказал Томми, глядя на него, — Ты прав! Забавно! Тут на днях один парень красил машину, подправлял номера. Интересно, не мог ли этот дурень перепутать... Эй, Сток.

Сток был главным механиком. Макмерди с напряжением мышц ждал ответа на зов. Но ответа не последовало.

— Сток!

— Его здесь нет, — сказал другой мужчина, выходя из-под крыла транспорта. — Парню поплохело в ангаре недавно. Какая-то птица, которую я никогда раньше не видел. И Сток забрал его — к врачу, наверное. Как бы то ни было, он не вернулся.

Макмерди слушал так, словно от улавливания каждого слога его большими, выдающимися ушами зависела жизнь.

— Парень, которому поплохело в ангаре? Кто?

— Не знаю. Говорю тебе, я никогда его раньше не видел. Кто-то с улицы. В последний раз я видел его около этой лодки, S402. Потом Сток и еще один парень вышли, поддерживая его, как будто он упал в обморок. Не знаю, что случилось и куда они делись, но Сток еще не вернулся...

Из офиса вышли агент и двое мужчин, державших руки у подмышек. Макмерди увидел уголками своих мрачных голубых глаз. И Макмерди ушел. Быстро!

Он двинулся к воротам аэропорта, а трое двинулись его перехватывать. Они добрались до ворот примерно одновременно.

— Макмерди! Какого дьявола ты делаешь...

Шотландец не стал отвечать агенту. Он не стал дожидаться, пока двое других мужчин вытащат руки из-под лацканов.

Эти двое были маленькими и похожими на крыс. У них было только одно средство борьбы — оружие. И они были ограничены в возможностях, потому что не могли решиться применить их в присутствии стольких служителей аэропорта.

И вот, пока они жевали губы, длинные костлявые руки шотландца взметнулись вверх.

***

Каждая рука, похожая на окорок, схватила человека за воротник. Он рывком развернул обоих вперед, а затем отбросил их назад, поставив огромную правую ногу