Навстречу Вечности - Валерий Аркадьевич Ильичёв
Музыканты сыграли первые мелодии, но еще не разогретые посетители не спешили покидать свои столики и танцевать. Из кухни вышла певица и, тяжело ступая по ступеням, поднялась к микрофону. Она лениво оглядела зал, и, поняв, с кем в этот вечер будет иметь дело, кивнула скрипачу. И тот заиграл мелодию из далеких советских времен. К удивлению Сомова, у певицы оказалось дольно приятное сопрано, и песня о ландышах зазвучала вполне приемлемо.
Внезапно Сомов почувствовал, как резко изменилась обстановка в зале. По-прежнему звучала знакомая мелодия, слышался шум застолья, звенели бокалы, но по всему ресторану густо разлилось напряжение. По залу с видом хозяев жизни шли трое парней. И Сомов безошибочно определил:
«Местная братва. Одеты прилично, но повадки и наколки на руках дают понять, что они все побывали на „зоне“. Похоже, их тут многие знают и не ждут ничего хорошего. Но мне нет дела до местного криминалитета. Посижу еще немного, послушаю музыку и свалю отсюда».
Но уже в следующую минуту он понял, что его планы на мирное проведение вечера могут сорваться. Один из парней, с перстнем на большом пальце, небрежно смахнул со свободного столика табличку с надписью «заказ» и вместе со спутниками шумно расселся на стульях. К ним поспешил пожилой администратор с багровым от волнения лицом. Сомову хорошо было слышно, как он извинительно попросил:
— Слушай, Обух, я тебя и твоих друзей уважаю. Ты это знаешь. Но, вон за тем столиком, у самой сцены, вашей компании будет уютней и к кухне ближе. А эти места зарезервировал наш постоянный уважаемый клиент.
— Да мне плевать. Твой кабак находится на нашей территории, и мы сегодня здесь гуляем. Уважь и прикажи приготовить все, как обычно. Мой друг Ремень сегодня с «зоны» откинулся. Мы это хотим отметить. Так что не зли меня.
И администратор отступил. По его сигналу музыканты заиграли мелодию «Одесса — жемчужина у моря». И Ремень высокий парень со злыми раскосыми глазами внезапно направился к соседнему столику, где сидела молодая пара. Он бесцеремонно схватил за руку девушку и силой заставил подняться. Ее спутник запротестовал и попытался отстранить навязчивого ухажера в сторону. Но Ремень с силой оттолкнул защитника и рывком подтянул девушку к себе. Та испуганно вскрикнула. А Обух, взмахнув радостно рукой, с хохотом призвал:
— Давай Ремень покажи, что за пятерик не разучился с бабами обращаться.
И Сомов понял, что для него вечерний отдых закончился. Не раздумывая, как это нередко с ним бывало, он ринулся заступаться за слабых интеллигентов. Сомов жёстко сдавил плечо уголовника и задиристо предложил:
— А не хочешь вместо нее со мной потанцевать?!
В зале ресторана разом наступила тишина. И было слышно, как Обух свистящим угрожающим шепотом спросил:
— Тебе, мужик, жить расхотелось? Похоже, ты гость в нашем городе и не знаешь, с кем дело имеешь? Могу тебя по этой причине простить и отпустить.
— А я полагал, по своей наивности, что это я могу милостиво закончить дело миром.
Высокий Ремень отстранил девушку в сторону:
— О чем ты базаришь, малохольный? Взгляни сначала на себя в зеркало и поешь немного.
Эти слова Сомов перед дракой слышал часто. Он в прошлые годы часто выступал на первенстве флота в легком весе, и одежда скрывала от окружающих его рельефную мускулатуру. И в данном случае ему предстояла не очень тяжелая задача:
«Сейчас я с одного удара отключу верзилу, затем ногой съезжу по физиономии Обуха. А вот отключение сознания третьего крепыша потребует осторожности. Парень хорошо накачан, и не знаешь, что от него ожидать. Надо использовать момент неожиданности».
Сомов резким ударом по печени заставил Ремня присесть на корточки. Тут же в прыжке ногой сбил со стула Обуха. И перехватив руку с ножом крепыша, резко сломал ее в локте. Он не любил, когда в любительской бытовой драке использовали оружие. Крепыш истошно вскрикнул. Нож из его руки со стуком упал на пол. Сомов с азартом носком ботинка отбросил его, словно мяч, под дальние столики.
Теперь надо было срочно покидать поле сражения. Он не хотел раньше времени светиться перед местной полицией. Подойдя к своему столику, Сомов демонстративно положил на стол деньги за заказанную еду. Затем быстрым шагом направился к выходу, не обращая внимания на корчащихся от боли хулиганов.
Едва он выскочил на улицу, издали раздался вой сирены полицейской машины. И избегая незапланированной встречи с коллегами, Сомов быстро скрылся за углом ресторана. Пробежав наугад по каким-то дворам, он оказался в темном переулке. Вызывать дядю Колю после схватки в ресторане было нельзя. И он принял решение ехать на квартиру, снятую для него начальством недалеко от гостиницы «Наука». И он, подняв руку, начал ловить попутную машину. К его удивлению на его призыв не останавливалась ни одна машина. Внезапно одна из иномарок затормозила и подала назад, к стоящему на тротуаре Сомову. Водитель мужчина лет пятидесяти, резко спросил:
— Далеко собрался?
— На Проспект Космонавтов, гостиница «Наука».
— Так и полагал, садись быстрее.
Машина тронулась, и водитель с излишней агрессивностью пояснил:
— Вас иногородних за версту видно. Не удивлюсь если из самой столицы к нам приехал.
— Какое же клеймо у нас на лбу высвечено?
— Это у вас в Москве не успеешь руку поднять, как «бомбилы», словно мухи на мед слетаются. А у нас город, относительно, небольшой. Тут местным таксистам развернуться негде. Если заметят баловство с левым подвозом, то машину разобьют или самого покалечат. Да и сотрудники ГИБДД любят подловить нелегальных извозчиков. Так что в следующий раз выходи на проспект и ищи стоянку такси. Так будет вернее.
— А почему же ты решился меня взять?
— Для приватной беседы. Чужому человеку легче свою беду