Зарубежный детектив 2026-36 - А. Дж Квиннел
Между разделяющей перегородкой и стеной оставили небольшое пространство, где мог протиснуться маленький ребенок. Скрываясь от отца, Окхва почти все время проводила в этой гостинице и однажды, обнаружив за шторой ту самую щель, рассказала о ней Кёнэ. А та попросила хозяйку в будущем сделать ремонт и все убрать. Особой пользы в перегородке не было. Но Окхва смогла проявить смекалку и, услышав разговоры, тут же пролезла через нее в лабораторию Кёнэ.
– Голодная? – спросила девушка, но Окхва не ответила, молча сидя в углу.
Кёнэ несколько раз предложила чай со сладостями, но девочка лишь покачала головой. Она выглядела грустной. Кёнэ смутно догадывалась о причине такого состояния.
Чувство потери. Что может быть хуже? Чувство отчаяния от того, что уводят из-под носа все, во что ты верил и мог унести с собой. Его можно сравнить с душевной болью, возникающей, когда тебя изгоняют с родного места, ставшего частью тебя. Кёнэ верила, что бабушка ее любит, но у той были другие приоритеты. В груди защемило от боли.
Кёнэ удалось убедить Окхву выпить горячего чая с медом. На все другие предложения она лишь качала головой, а потом и вовсе ушла в свою комнату. Кёнэ, обессиленная, упала в кресло. Возвращаясь в Корею, она предполагала, что это будет непросто. Но она так думала лишь о трудностях, которые могут возникнуть во время путешествия по стране в одиночку в окружении бесчисленного количества насекомых, которых еще нужно поймать и распределить по видам. И уж точно никто не предполагал, что придется переживать это чувство неопределенности. Но то, что старший брат будет вставлять палки в колеса, было вполне ожидаемо.
Вдобавок ко всему еще и Чон Огёп. Возвращение на родину случилось в самый тяжелый период. Кёнэ вздохнула, откинулась на спинку стула и закрыла лицо руками от света. В темноте перед глазами проплывали лица людей. Убитая Сона, инспектор Сато, он же Ким Ханён, Тона и лицо бабушки. Она, будто насмехаясь, то появлялась, то исчезала.
«Преступник не пойман», – крутилось в голове. Она пыталась убедить себя. Верила или нет в это Чон Огёп, значения не имело. Важно было то, что они по-разному смотрели на ситуацию. Кёнэ предстояло выяснить причину. То ли у них сложились разные точки зрения, то ли бабушка знала что-то, чего не знала Кёнэ. Убийца все еще был на свободе, спокойно гуляя по улицам города.
Надо было еще кое-что сделать. Это было так же важно, как поймать убийцу. Кёнэ, поглядывая на дверь комнаты, где жила Окхва, села за стол, достала лист бумаги и принялась писать письмо.
1 апреля, утро
Последнее, что запомнила Окхва в тот день, был потолок комнаты. Мокрый, он раскачивался из стороны в сторону, как морские волны. Открыв глаза, она поняла, что заснула на какое-то время, а теперь проснулась. Солнце было уже высоко. Окхва потерла опухшие от слез глаза.
Когда отец пришел в гостиницу, он не сразу озверел от злости. Он искал ее. Приехал в Кёнсон, провел свое расследование и в итоге узнал, что в гостинице около Тондэмуна живет похожая по описаниям девочка. Они встретились, и отец предложил ей вернуться домой. Окхва первая начала злиться и задавать вопросы, почему он не отпускает ее в школу. С этого момента ситуация стала накаляться.
Как только появляется мысль, что во всем виноват ты сам, становится невыносимо от угрызений совести, которые изъедают твою душу. Кто знает, может быть, отец и изменил бы свое мнение, если бы с ним поговорили спокойно. На этот раз ситуацию пережили, но теперь было непонятно, что делать дальше. Тетушка заплатит за учебу, на церемонию в честь начала учебного года Окхва придет, но что делать, если разгневанный отец придет в общежитие и заберет ее оттуда? А если устроит скандал, ее выгонят из школы. Ведь в каждой школе есть свод правил, которым должны следовать все учащиеся без исключения.
«Значит, теперь я не смогу пойти в школу», – думала Окхва.
После таких мыслей ей захотелось умереть, в глазах стояли слезы. Кто-то постучал. Пока она шмыгала носом, Кёнэ, не дожидаясь ответа, открыла дверь и вошла в комнату.
– Проснулась?
Окхва быстро вытерла слезы. Кёнэ подождала немного и продолжила:
– Одевайся, давай сходим куда-нибудь.
Весь день был полон неожиданностей. Когда они пришли в гостиную, стол уже был накрыт. Здесь было все, что любила Окхва: жареная селедка, аппетитное тушеное мясо, суп. В завершение обеда подали чай. Окхва забыла о том, что у нее не было аппетита, и съела все, что предложили.
После обеда они отправились в кино. Это было большое здание с залом на пятьсот мест. Окхва была удивлена, что рядом с гостиницей есть такое место. Она смотрела украдкой на высокие потолки, разглядывала широкие кресла, понимая, что эта атмосфера