Зима возмездия - Андреас Грубер

Эвелин перевела взгляд на бумаги Фло. Под именем Дрёгера значились адрес и номер телефона. Она схватилась за мобильный.

— Кому ты звонишь?

— Угадай с трёх раз.

Эвелин жестом велела Фло замолчать: трубку взяла женщина.

— Дрёгер?

На заднем плане кричали дети. Эвелин нажала отбой.

— Кто-то дома. Либо его мать, либо сестра, либо жена.

Фло заглянул в распечатку.

— Он единственный ребёнок, мать умерла несколько лет назад. Зато женат, и есть маленькие девочки-близнецы.

— Значит, самое время нанести визит госпоже Дрёгер.

— Прямо сейчас?

— Конечно. И желательно до того, как она выйдет из дома.

— А не стоит ли сперва изучить финансы этой семьи?

— На это ещё будет время.

Эвелин допила кофе и поднялась.

— Но как ты собираешься её разговорить? — засомневался Фло.

— Это уж моя забота.

Через четверть часа они сидели в метро. В этот час народу было немного, и в конце вагона им достался целый четырёхместный отсек.

На Эвелин было пальто и чёрный деловой костюм; ярко-красные очки для чтения она подняла на волосы, а сумочку сменила на узкий элегантный портфель. Фло был одет свободнее, но перед выходом успел привести себя в порядок в её ванной.

Теперь он вытащил из наплечной сумки ноутбук с USB-модемом и открыл программу, выглядевшую так же замысловато, как и его хакерские. Пока поезд громыхал от станции к станции, Фло что-то набирал и щёлкал по тачпаду.

— Что ты делаешь? — испуганно спросила Эвелин, узнав логотип одного интернет-банка.

— Хочу взглянуть на движения по счёту Дрёгера, — шепнул Фло, постукивая по клавиатуре.

Господи! Эвелин на мгновение отвела взгляд, но в следующую секунду снова с любопытством впилась глазами в экран.

— А так можно?

— Если знаешь, как взломать онлайн-банкинг частного счёта, — едва слышно прошептал он.

— Поторопись! Нам выходить на следующей.

— Сейчас, ещё чуть-чуть.

Поезд уже тормозил.

— Идём, нам пора!

— Подожди! — Фло вскинул глаза и развернул ноутбук к Эвелин. — У Дрёгера на счёте пусто, но похоже, что его жена получила крупный перевод. Смотри!

Полтора миллиона евро! Эвелин едва не присвистнула.

— И это явно не случайность. От кого же?

— К сожалению, в этой программе видно лишь строку платежа и то, что деньги пришли с лихтенштейнского счёта.

Пока поезд въезжал на станцию, Эвелин не отрывала взгляда от экрана. Кредит с погашением в конце срока, значилось там, а ниже — название банка и плательщика: «Banque Cantonale AG» и «Risk Management Vaduz».

Скорее всего, фирма-однодневка, почтовый ящик. Ловко придумано. Чистый кредитный договор в руках госпожи Дрёгер подтверждал законность суммы, а заодно играючи обходил нормы по борьбе с отмыванием денег.

После заблуждения насчёт пластической операции это был её второй просчёт. Геральда Дрёгера никто не шантажировал и к подмене не принуждал — ему за это заплатили.

С утра Пуласки сделал несколько телефонных звонков и, вместо того чтобы отправиться на обед, поехал в велнес-оазис «Blue Beach» на южной окраине Лейпцига.

— У вас есть полотенце, тапочки и халат? — поинтересовалась дама на ресепшене, когда он расплатился за дневной билет.

— Получите рядом с раздевалками. Всё входит в стоимость, только за банную сумку с вас тридцать евро залога.

Пуласки протолкнул купюры в денежную щель.

— Сезонный абонемент не желаете?

— Нет, я здесь только сегодня.

Десять минут спустя, уже в халате, он вышел в зону саун и огляделся. Не сразу, но он заметил того, кого искал. Доктору Клеменсу было шестьдесят — высокий, поджарый мужчина с лысиной, зато с густыми седыми бакенбардами. Он как раз застёгивал на бёдрах банный килт на липучке, клал очки на полку и скрывался за дверью кабины.

Финская. Девяносто градусов. Аромаобливание со льдом через пятнадцать минут.

Пока что Клеменс был внутри один. Пуласки повесил халат на крючок, обмотал бёдра полотенцем и подошёл к двери. Перевернул табличку над ручкой так, чтобы виднелась красная сторона — «Парение — пожалуйста, не входить!», — и шагнул в кабину следом.

Там он вынул из деревянной шайки черпак и заклинил его в ручке так, что снаружи дверь было уже не открыть.

Клеменс сидел на самом верху, на своём полотенце, опершись локтями о колени, и наблюдал за вошедшим.

— И что это будет, когда вы закончите?

— Небольшая мера предосторожности. Чтобы нам никто не помешал, — ответил Пуласки и устроился рядом.

— Вас тут забьют камнями. Через четверть часа парение.

— Через десять минут мы уже закончим.

Пуласки провёл тыльной стороной ладони по лбу. Любителем саун он не был никогда, и пот уже стекал по лицу.

— Дежурный уголовный розыск Лейпцига. Удостоверения при себе как раз нет, но…

— Пуласки, я знаю, кто вы, — перебил прокурор Клеменс.

— Вы меня помните?

— Господи, да кто бы вас забыл? Вы служили в земельном управлении уголовной полиции Дрездена, когда я вёл свои первые дела. Откуда вы знаете, что я здесь?

— Ваша канцелярия любезно подсказала, где вы проводите выходной.

— Вот именно — выходной! Запишитесь ко мне на приём в понедельник.

— Боюсь, дело столько ждать не может.

Клеменс раздражённо посмотрел на собеседника.

— Хорошо. У вас ещё семь минут — потом сюда войдут начальник полиции, двое из БНД[43] и Ведомства по охране конституции[44] и судья Кунеш. Наш пятничный банный клуб! Заодно обсудим ваше отстранение от службы.

— Мне пятьдесят шесть, и я страдаю астмой. Поверьте, этим вы окажете мне большую услугу.

— Пуласки, выкладывайте уже. Что вам от меня нужно?

— Дело Клауса Хинце, на мой взгляд, ещё не закрыто.

— Это был несчастный случай. Все причастные меня в этом заверили.

— Вы знакомы с владельцем мотеля «АвтоРест», — заметил Пуласки.

— Знаком. Но это здесь ни при чём. Я сам, ознакомившись с материалами, пришёл к тому же выводу: несчастный случай. Что такого знаете вы, чего не знаю я?

— По моим сведениям, Клаус Хинце не раз встречался с девушками из эскорт-сервисов в разных мотелях.

— Пуласки, бросьте! Кто из нас не грешен?

Я, например. Вслух же он сказал:

— Я понимаю, это не преступление. Но Хинце был женат и имел дочь.

— Полагаете, убийство из ревности?

— Нет, не это. Но в мотеле он был не один — с женщиной.