Взаперти - Юсси Адлер-Ольсен

Он яростно зашипел на Асада и сделал знак замереть, когда по кустам хлестнула резкая, сухая пулеметная очередь, заставившая обоих мужчин буквально вжаться в землю.

Карл поднял голову и увидел, как вертолет министерства обороны резко завалился на крыло и начал спешно уходить из зоны обстрела. Стреляли именно по нему. Карл решил воспользоваться замешательством врага, вскочил и преодолел последние пятьдесят метров одним мощным рывком, направляясь к точке, откуда велся огонь.

Яркие вспышки дульного пламени из автоматического оружия выдали позицию стрелка, засевшего в густом кустарнике. Карл, не колеблясь, сделал несколько быстрых выстрелов в том направлении, после чего снова повалился на землю, отчего его ребра отозвались адской вспышкой боли.

С той позиции, где он находился, до серого «Мерседеса» оставалось не более двадцати метров. Машина стояла, уткнувшись боком в заросли. Карл затаил дыхание, тщательно прицелился и сделал два хладнокровных выстрела по колесам. Автомобиль с глухим стуком осел на голые колесные диски.

После этого он замер и стал ждать. Мужчина, который только что вел огонь по вертолету, больше не подавал признаков жизни. Но где был второй?

Позади него снова послышался хруст сухих листьев — это Асад на животе подползал ближе к его позиции.

— Ты видел тень? — едва слышно прошептал он.

— Какую тень?

— Мне кажется, второй ушел вдоль забора в сторону дороги.

— Уверен?

— Первого ты точно достал, я вижу его руку, она безжизненно вывалилась в сторону пашни.

Карл перекатился на бок, всматриваясь вглубь кустов. Действительно, из зарослей лесополосы неподвижно торчала человеческая рука. Она не шевелилась.

— Асад, ты меня слышишь? — из лежащего на земле мобильника приглушенно доносился голос Плоуга, но Асаду было не до него. Он уже перебирался через кусты, прорываясь обратно к проезжей части.

— Давай за мной, Карл! Я вижу его, он бежит вон там, по открытому полю на той стороне дороги!

Беглец находился уже примерно в трехстах метрах от них. Он быстро бежал по замерзшим комьям вспаханной земли, высоко вскидывая колени и держа курс на комплекс небольших фермерских построек, разбросанных далеко впереди.

Карл быстро пересек дорогу, вскинул пистолет и выстрелил, но расстояние было слишком большим для прицельного огня из пистолета.

И тут над их головами раздался знакомый, противный жужжащий звук. Телевизионный дрон, сделав крутой вираж над лесополосой, завис в воздухе прямо над ними.

— Лицо закрой, не дай им снять твое лицо! — отчаянно крикнул сзади Асад.

Но было уже слишком поздно.

— Мать твою за ногу! — раздался из динамика яростный, оглушительный крик Плоуга. — Ты соврал мне, Асад! Это же Карл Мёрк! Он стоит там в армейской куртке и палит по беглецу! Черт вас дери, вас сейчас в прямом эфире по News вся Дания видит!

Четверг, 7 января 2021 года

ФЕМКЕ

После пары часов тщательного осмотра просторного дома Фемке взяла Марику за руку, чтобы они обе могли немного подышать свежим воздухом. Море за окном казалось буйным и неприветливым, поэтому они поднялись на самую вершину дюны и принялись считать чаек, пока Марика увлеченно подражала их редким крикам.

Фемке была одновременно счастлива и глубоко опечалена. Без доходов Эдди этот год, скорее всего, станет последним, когда они могли назвать этот уютный дачный дом своим. Обслуживание, страховка, счета за электричество и отопление никогда не были её заботой, и, честно говоря, она даже смутно не представляла, во сколько обходится содержание этого кусочка рая, хотя интуитивно догадывалась, что суммы огромны.

Глядя в сторону пустынных улочек городка, она отчетливо понимала, что прекрасное, беззаботное время в её жизни безвозвратно ушло.

Но они были живы. И даже если ей так и не удастся отыскать тайную золотую жилу Эдди, у них с Марикой оставалось самое главное — они были друг у друга. Откинув грустные мысли, она весело крикнула дочке, что они бегут наперегонки к задней стороне дома. Марика, забавно размахивая руками и ногами, счастливо закричала по-чайкиному, а Фемке всю дорогу бежала так, чтобы лишь слегка отставать от неё, позволяя малышке победить.

Дом стоял перед ними, такой родной и уютный, и смотрел на неё светящимися окнами, словно кошачьими глазами. Марика с разбегу захлопала ладошкой по деревянной обшивке, празднуя свою победу, а Фемке внезапно замерла на месте. Почему-то теперь задняя сторона здания выглядела совсем не так, как она её помнила. Стоя там и задумчиво пересчитывая вертикальные доски между окнами, она поняла, что безупречное чувство симметрии Эдди на этот раз будто бы дало странный сбой.

Ну же, мам, быстрее! — звонко крикнула Марика.

Фемке ничего не понимала. Она подошла вплотную к двум окнам и заглянула внутрь рабочего кабинета Эдди. Оба окна муж в свое время установил с таким расчетом, чтобы во время работы всегда иметь возможность смотреть на морской прибой. За одним окном стоял его массивный письменный стол со шкафом у торцевой стены, а через другое открывался вид вдоль стены с книжной полкой и дальше, вглубь столовой.

Она покачала головой, мысленно ругая себя. Она ведь никогда не разбиралась в строительных чертежах и замерах — это всегда было суверенной территорией Эдди, умевшего идеально сопоставить любые детали.

Она снова бросила взгляд на его опустевший письменный стол, чувствуя, как к горлу подступает тяжелый комок. Без него всё вокруг казалось пугающе пустым.

Они вошли внутрь через садовую дверь, и Фемке тут же заперла её на ключ — Марика слишком уж заглядывалась на бескрайние, опасные зимние дюны. Затем они устроились в уютной кухонной зоне, чтобы дочка могла перекусить, пока та продолжала то и дело издавать победные чайкины крики.

«Интересно, за сколько я смогу продать этот дом?» — подумала Фемке, искренне надеясь, что недвижимость не обременена долгами. Она поднялась, прошла в кабинет Эдди и достала из шкафа пару тяжелых папок, рассчитывая отыскать документы на собственность и информацию о возможной задолженности по ипотеке.

К её облегчению, в этих делах у Эдди царил образцовый порядок. Перелистав несколько страниц, Фемке с облегчением выдохнула: дом был абсолютно чист. Последний взнос был выплачен более десяти лет назад, а за все последующие пристройки они расплачивались