Бегство в пустоту - Александр Чернов

Я попятился к автомобилю и одной рукой открыл заднюю дверцу со стороны водителя, успев при этом окинуть взором поле битвы и прилегающие к нему окрестности. Четверка малость протрезвевших мужиков стояла в напряжении, явно разочарованная тем, что добыча, изрядно потрепавшая их, ускользает. На крыльце дома Игнатьевых я заметил Анну и еще двух молодых женщин, может быть жен, а может быть, и подруг жизни кого-то из пьянствовавших с Семеном друзей. Из-за невысокого забора с левой стороны дороги торчали три головы семейства соседей – мужская, женская и подростка. Невдалеке на дороге тоже стояла небольшая толпа зевак. Повеселили мы публику, однако, знатно. Хорошо хоть полицию никто не вызвал.

– Ну, ладно, повоевали и будет! – сказал я, задом уселся в машину, а когда она тронулась, выбросил корягу и захлопнул дверцу.

Ксения вырулила из деревеньки на шоссе, проехала немного по трассе и, свернув на обочину, остановилась. Она обернулась назад и стала насмешливо разглядывать мою побитую физиономию.

– Здорово они вас… – наконец сказала она, оценив ущерб, нанесенный моему лицу.

– Можно полюбоваться? – попросил я, кивнув на зеркало заднего вида.

Девушка села ровно, поправила зеркало так, чтобы было видно мне, и снова обернулась, положив руку с длинными пальцами на спинку кресла водителя.

Я чуть наклонился вперед и критически оглядел себя в зеркале. Под правым глазом был синяк, губа разбита, нос немного покраснел, остальное вроде все целое.

– Вы уж простите меня, Ксения, – сказал я, потрогав пальцем губу, которая слегка припухла. – Я вовсе не хотел устраивать драку. Как-то само так получилось.

Мимика у Ксении была богатой. Она закатила глаза и движением лица выразила, что всякое в жизни бывает.

– Ладно, чего уж там… – сказала она, и по губам ее скользнула усмешка. – Главное, что вас не убили, а так ничего страшного.

– Ну, как же, – я шмыгнул носом и, вдыхая, подергал им, принюхиваясь. Да нет, вроде все в порядке, нюх не потерял. – Мы вроде приехали к другу вашего брата поговорить, узнать, не приезжал ли Илья, а я такое учинил.

– Да ладно, – Леденева махнула ладонью так, будто смахивала со стола хлебные крошки. – Не берите в голову. Главное мы все же узнали: Илья был у Семена и куда-то уехал.

– Это точно, – согласился я, повернув к зеркалу одну сторону лица, потом другую. Нет, фингал тональным кремом не замаскировать – синева будет проступать, да и глаз стал заплывать. Потребуются солнцезащитные очки. Для таких вот случаев у меня они имелись в бардачке.

– А вы неплохо деретесь для частного сыщика, – признала Ксения, убрав двумя пальцами прядь волос, лезшую в глаза.

Мне хоть волосы не лезли в глаза, я, запустив в них пятерню, провел ею ото лба к затылку, приглаживая растрепавшуюся во время драки прическу, и заявил:

– Частный сыщик не основная моя профессия. Сыском я занимаюсь так, скажем, из любви к искусству.

– Правда? – Глаза девушки чуть расширились, в них вспыхнуло любопытство. – И кто же вы на самом деле?

Я вообще-то горжусь своей профессией и спортивными достижениями. Но кто знает, как хорошенькие женщины относятся к спортсменам. Многие из них считают спортсменов тупыми, поэтому я, отбросив хвастливый тон, буднично сказал:

– Обычный тренер по вольной борьбе в Детско-юношеской спортивной школе.

Как в воду глядел. Ксения, видимо, относилась к той категории хорошеньких женщин, которые не жалуют спортсменов. «Фи» она, правда, не сказала, но покривила в усмешке губы и с шутливым осуждением иронично проговорила:

– Надо же, тренер! Педагог! И такой бузотер!

Я склонил голову.

– Каюсь!

– Ладно, Игорь… как вас по отчеству?

– Степанович.

– Игорь Степанович, голова-то после драки не болит? – поинтересовалась Ксения уже серьезным тоном.

– Думаете, сотрясение? – не поднимая головы, я взглянул исподлобья.

В подтверждение моих слов голова Ксении с платинового цвета волосами покачалась, будто головка одуванчика.

– После стольких ударов можно не только сотрясение получить, но и ушиб головного мозга заработать.

Я на всякий случай ощупал голову руками, но кроме небольшой шишки ничего там не обнаружил.

– Да нет, все в порядке, – заявил я довольно бодро. – Фейс вот только немного подпортили.

– И приложить-то к глазу ничего холодного нет, – посетовала девушка и, проявляя сочувствие, поинтересовалась: – Болит?

– Болит, – признался я, поглаживая двумя пальцами подбитый глаз.

– Может быть, в аптеку заедем? – спросила Леденева и положила подбородок на лежавшую на спинке кресла водителя свою руку. – Купим кое-какие медикаменты, я вам обработаю лицо и сделаю обезболивающий укол. Что скажете, Игорь Степанович?

Я сделал удивленные глаза.

– Я вижу, вы с медициной на «ты». Медсестра что ли?

Ксения, не убирая с руки подбородка, отрицательно покачала головой.

– Нет, не медсестра.

Выражение лица девушки было настолько милым, что мне хотелось в шутку легонько щелкнуть ее по носу. Однако я удержался от соблазна, подумает еще, что заигрываю.

– А я думал, что вы медик – так хорошо разбираетесь в медицине.

Леденева в знак согласия прикрыла глаза.

– Медик, медик, но только не медсестра, а врач.

– Врач?! – сказал я тоном приятно удивленного человека. – Всю жизнь мечтал иметь жену доктора, чтобы не стоять в очереди в кабинет к врачу.

Ксения распрямилась в кресле, убрав подбородок с руки, а потом и саму руку со спинки кресла.

– А женились на ком?

Все же Ксении нравятся спортсмены, раз она интересуется моим семейным положением, сделал я вывод из ее вопроса. Но-но, Игорек! Не забывай! Не надо смешивать служебные обязанности с личной жизнью!

– Жена была у меня инженером, – проговорил я, отметив, что на лице девушки промелькнула выражение легкого разочарования.

– Была жена или была инженером? – уточнила она.

– Нет, инженером она осталась, а женой моей была, – я притворно вздохнул. – Теперь я снова один – никому не нужный, неухоженный мужик с разбитой мордой.

– Ну, ладно, пофлиртовали и хватит, – отбросив фривольный тон, проговорила Ксения. – Перейдем к делу.

– Охотно. – Я подался вперед, положил руку на то место, где недавно лежала рука Ксении, и пристроил на ней подбородок. – Может быть, на «ты» перейдем? Не такой уж я старый, чтобы Игорем Степановичем меня величать и «выкать».

Леденева секунду подумала и согласилась:

– Что ж, давай, я не против.

Я обаятельно улыбнулся:

– Вот и отлично, Ксюша. Тебя можно так называть?

Девушка, выражая неуверенность, повела плечами, словно поежилась от холода.

– Не знаю. Как-то уж больно интимно звучит.

Я