Без шансов уцелеть - Юнь Хуянь
Ван был откровенно удивлен: он прекрасно знал, что Чу Тяньин никогда не признавал за собой слабости, в ежегодных аттестациях по криминалистике стабильно занимал первое место, а на соревнованиях по саньда[26] бился до тех пор, пока не получил чемпионского титула провинции.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Как вы недавно заметили, в центре любого дела стоит человек. Это применимо не только к преступникам и фигурантам по делу, но и к тем, кто задействован в расследовании. Самые сложные дела должны вести самые лучшие полицейские, – сказал Чу Тяньин. – Осмотр места преступления требует, разумеется, усердия, скрупулезности, безупречного профессионализма, но, кроме этого, необходима еще одна вещь – талант. Примерно как с трехмерной стереокартиной: одним нужно долго всматриваться, чтобы увидеть спрятанное изображение, другие не разглядят вовсе, а эксперт высочайшего уровня не только распознает картинку с первого взгляда, но и воссоздаст каждый штрих художника.
– Так что же ты все-таки хочешь сказать? – Ван слушал и становился все более озадаченным.
– Я… – выдавил Чу Тяньин, и вены на его шее вздулись, словно ее сжали чьи-то невидимые пальцы. Он вскинул голову: – Я хочу запросить, чтобы для помощи в расследовании прислали одного человека. Однако будет необходимо, чтобы провинциальное управление направило официальный запрос в Пекин.
Ван смерил его внимательным взглядом с ног до головы.
– Кого же?
– Лю Сымяо!
– Исключено! – решительно пресек его предложение Ван.
Чу Тяньин обомлел, лицо его мгновенно запылало.
– Начальник Ван, не поймите меня превратно! Я искренне считаю, что это дело требует ее участия. Она читала мне лекции, познакомила с работой на месте преступления, я изучил каждую ее книгу, а ее техника криминалистической экспертизы не имеет равных во всей стране.
– Исключено! – рявкнул Ван, и его ярость оборвала слова Чу Тяньина, сдавив ему горло железными тисками.
Водитель и секретарь, стоявшие рядом, невольно вздрогнули.
Чу Тяньин продолжал смотреть прямо на Вана, и в его взгляде плескалась глубокая печаль.
– Тяньин. – Ван сменил тон, голос зазвучал глубоко, строго, так отец наставляет сына. – Я понимаю твои намерения. Пусть твой запрос о переводе Лю Сымяо продиктован исключительно интересами следствия, нельзя отрицать и другого: твоя цель еще и в том, чтобы спасти ее из нынешнего положения. А она ведь сейчас отстранена от должности, идет разбирательство… В общем, ты не должен навлечь на себя беду, понимаешь?
Сказав это, он резко развернулся, нырнул в машину, секретарь захлопнул за ним дверцу.
Машина тронулась.
В зеркале заднего вида еще можно было различить, как Чу Тяньин застыл на месте, точно одинокое дерево, забытое посреди бескрайней степи.
9
Упитанный техник-криминалист гулко топал по лестнице, спускаясь вниз. Ху Вэйдун, повиснув на перилах, спросил его:
– Ты куда это собрался?
Тот обернулся и поправил очки в черной оправе.
– По нужде. Ваш сортир в участке уж больно грязный!
Ху Вэйдун неловко улыбнулся.
– На улице-то еще хуже, тут ведь деревня… Ну, если приспичило, прямо где-нибудь в сторонке и справь.
Техник-криминалист вышел за ворота, ступил на изрезанную трещинами бетонную дорогу, долго шел на юго-запад. Наконец он вытащил телефон, мельком глянул на экран и, обогнув высокую кучу серо-желтых дров, наткнулся на давно заброшенную глинобитную стену у шоссе. За стеной стояла облезлая серая «Джетта».
Техник-криминалист встал к машине спиной, лицом к стене, расстегнул ширинку…
Окно «Джетты» медленно поползло вниз, оставив узкую щель, слишком узкую, чтобы разглядеть человека внутри.
Техник-криминалист шепнул одно слово:
– Да.
Повисла тишина, а потом из машины прозвучал голос:
– За стеной.
И вдруг гулко загрохотало, «Джетта» вырулила из-за стены, выскочила на шоссе и, набирая скорость, помчалась вдаль.
Под разлитым синим небом серый автомобиль скользил, рассекая зеленые волны безбрежной степи, становился все меньше и меньше, пока не превратился в точку и не исчез совсем.
Упитанная тень накрывала землю, длинная струя хлестнула по глинобитной стене, подняв облачко то ли пыли, то ли пара, а где-то в трескучих сухих ветках раздался звонкий хруст.
Струя становилась все слабее и, наконец, иссякла.
Тень вздрогнула, и застежка молнии стремительно рванулась вверх.
Техник-криминалист обошел стену, долго шарил в бурьяне у самого ее основания, вытащил конверт, смахнул с него землю, раскрыл, мельком заглянул и быстро сунул во внутренний карман куртки.
Одно слово – десять тысяч. Обмен состоялся.
Оно того стоило!
Глава 2
Великий кошмар
Нужно искать того, кто извлекает выгоду из преступления.
1
Пекин.
Двадцать седьмое октября, полдень, отель «Ханьно».
У витрин шоколадного цвета тянулась шеренга темно-вишневых дубовых столиков, почти все они пустовали. Лишь за одним столиком сидела красивая девушка с распущенными вьющимися волосами, она зачерпывала блестящей металлической ложечкой ледяную красную фасоль и внимательно читала что-то на экране ноутбука. На экране светилась страница: «Дело о массовом убийстве в закрытой комнате 24 октября».
Текучие переливы фортепиано струились по первому этажу отеля, в кафе «Холодные десерты», кажется, звучала композиция Still Water в исполнении Максима Мрвицы.
«Дело принимает слишком широкий размах!» – подумала Го Сяофэнь, и от этой мысли даже ее любимый холодный десерт из красной фасоли на вкус показался пресным.
Первая статья по этому делу появилась 25 октября в «Северной городской газете», автором значился Хао Вэньчжан – имя журналиста врезалось в память Го Сяофэнь. «Северная городская газета» – одно из самых тиражных вечерних изданий северного района, и эта статья, помещенная на второй полосе, спровоцировала бурный резонанс.
Го Сяофэнь, известный репортер «Вестника права», смотрела на новости немного иначе, чем рядовой читатель, и потому сразу уловила неладное.
Обычно репортажи о криминальных делах – особенно об убийствах – по понятным причинам скупы на детали: чтобы преступники не получали информации о ходе следствия, полиция блокирует доступ к данным до раскрытия дела. Взять для примера «Дело о массовом убийстве 24 октября»: 25 октября в полдень, после рассмотрения первичного отчета, Чу Тяньин, встретив наплыв журналистов в полицейском участке Хулинцзы, в письменном виде сообщил лишь две вещи – преступление произошло в Хулинцзы, жертв – шесть. Кроме этих двух пунктов, не прозвучало ни слова, и, естественно, публикации всех СМИ ограничились этими данными. Однако удивительно было то, что в статье Хао Вэньчжана помимо официальных комментариев прозвучало еще два значимых факта:
«По словам осведомленных лиц, убийство произошло в помещении с
Ознакомительная версия. Доступно 20 из 98 стр.