Мы сотрем ваше прошлое - Анита Гамильтон

Через минуту Люси уже сидела за кухонным столом. Бабушка Эл молча пододвинула к ней тарелку с яичницей и беконом, а сама устроилась напротив, подперев подбородок кулаками.

— Ну? — Эл победоносно хмыкнула. — Открывай Пандору, девчонка. Посмотрим, что предлагает нам твой британский лев.

Люси открыла папку и пролистала первые страницы.

— Конфиденциальность, юрисдикции, тарифы… Пока ничего интересного.

Она перевернула еще один лист и остановилась.

«Приложение № 4. Протокол публичного позиционирования и физического взаимодействия (Раздел: Фиктивный союз)».

Люси поперхнулась беконом.

— Что там? Нам запретили воровать серебро?

— Хуже, Ба…

— Что может быть хуже?

— Он внес это в официальный контракт.

— Что именно?

Люси придвинула лист ближе.

— Слушай.

«4.1. Исполнитель (мисс Л. Спринг) обязуется сопровождать Заказчика (мистера Г. Сноу) на всех официальных, закрытых и светских мероприятиях, предусмотренных графиком поездки. В рамках создания убедительного образа „фиктивной пары“, Исполнитель обязуется демонстрировать лояльность, вовлеченность и видимую привязанность к Заказчику».

— Ну, логично, — пожала плечами Эл. — Ты же не можешь ходить за ним с лицом, будто тебе тухлую рыбу под нос сунули. Дальше что?

Люси сглотнула и прочитала следующий пункт:

«4.2. Для поддержания достоверности легенды перед третьими лицами (включая любой обслуживающий персонал), стороны допускают следующие уровни тактильного соприкосновения:

а) Удержание под руку, объятия за талию или плечи — в течение всего времени нахождения в публичных зонах (без ограничений).

б) Тактильный контакт «рука в руке» — по взаимному согласию сторон, либо инициированный Заказчиком в ситуациях повышенного контроля со стороны третьих лиц.

в) Поцелуи: исключительно в щеку или руку. Поцелуи в губы допускаются в экстренных случаях (для отвлечения внимания, создания алиби или при прямой угрозе раскрытия легенды). Каждый подобный инцидент тарифицируется отдельно, согласно Приложению № 1 (Пункт «Особый тариф за форс-мажор»)».

Люси захлопнула папку.

— Ба.

— Что?

— Он оценил поцелуи в губы как форс-мажор.

Эл прыснула.

— Не смешно! Он это в контракт вписал!

— Я вижу.

— Это все из-за субботнего ужина. И той чертовой десертной ложки.

Эл потерла ладони.

— О-о-о, девочка моя… А британец-то оказался с перчинкой. Он взял твои же правила игры и обернул их против тебя. Ну-ка, садись обратно.

— Я не буду это подписывать! — Люси скрестила руки на груди.

— Подпишешь, еще как подпишешь, — отрезала Эл. — Но сначала мы внесем туда наши правки. До вторника времени полно. Если этот бриташка хочет играть в контракты с телесными соприкосновениями, мы устроим ему такой юридический ад, что его Блэйз сам приползет умолять о пощаде. Пиши пункт 4.3: «В случае несанкционированного объятия за талию со стороны Заказчика без присутствия третьих лиц, Исполнитель оставляет за собой право применить удушающий прием или вонзить шпильку в его лакированную туфлю. Компенсация за ремонт обуви Заказчика не выплачивается». Пиши, Лю, пиши! Посмотрим, как у твоего миллионера выдержка сработает, когда он это прочитает во вторник!

Люси посмотрела на бабушку, потом на папку.

— Ладно, Ба… Доставай ручку. Будем добавлять перца в британскую кухню.

К трем часам дня стол был завален исписанными листами, кофейными чашками и крошками от гренок. Эл расхаживала по кухне с сигаретой, а Люси записывала очередную поправку.

— Так, деточка, пиши дальше! — скомандовала Эл, активно размахивая дымящейся сигаретой. — Пункт четыре-два-точка-один. Ограничения по пункту «б» — тактильный контакт «рука в руке». Пиши: «В случае, если Заказчик сжимает ладонь Исполнителя дольше тридцати секунд без видимого присутствия третьих лиц в радиусе пяти метров, Исполнитель имеет право применить к его пальцам захват типа „розовая смерть“. За каждый лишний сантиметр пальцев Заказчика на талии Исполнителя взимается пеня в размере стоимости одной серебряной ложки по курсу ломбарда в Сохо».

— Ба, ты серьезно? — Люси едва сдерживала смех, аккуратно занося безумную формулировку в блокнот. — Мы превращаем криминальный контракт в прейскурант провинциального борделя с элементами рукопашного боя!

— Глупая ты девчонка. Мы не прейскурант пишем. Мы выставляем флажки. Этот твой британец думал, что ты будешь послушно ходить с ним под ручку на приемах? Вот пусть во вторник почитает наши правки. А теперь переходим к самому сладкому. Поцелуи! Пункт четыре-два-в.

Люси замерла с ручкой над бумагой. Перед глазами стоял образ Сноу.

— Пиши-пиши, не красней, — съязвила Эл, безошибочно уловив паузу. — «Поцелуй в губы, инициированный Заказчиком в качестве „форс-мажорного отвлечения внимания“, должен длиться не более пяти секунд. Каждая последующая секунда контакта расценивается как несанкционированное посягательство на суверенитет Исполнителя и карается немедленным ударом локтем в под дых. Исключение составляют случаи, когда в Исполнителя целятся из снайперской винтовки крупного калибра. В таком случае время контакта увеличивается до десяти секунд, но тариф удваивается».

Люси со смехом откинулась на спинку стула, закрывая лицо руками:

— Он убьет нас, Ба. Или Блэйз закатает нас в бетон прямо на верфях Квинсборо.

— Не закатает, — отрезала Эл. — Он азартный. Такие мужчины, как Сноу, засыпают от послушных леди. А от наших правок у него кровь заиграет похлеще, чем от его миллионов.

В это время Генри был в офисе «Snow & Co». Он просматривал на планшете графики поставок в порт Роттердама, когда вошел Блэйз.

— Доставил?

— Так точно, шеф. Передал лично в руки. В девять утра.

— И какова была реакция нашей дорогой мисс Спринг? Паника? Или она сразу попыталась сжечь документы?

— Никак нет, мистер Сноу. Объект находился в… домашней пижаме и с растрепанными волосами. Кроме того, присутствовал старший родственник. Пожилая женщина.

— О, бабушка Эл. Она пыталась накормить тебя беконом или угрожала сковородкой?

— Сковородкой, шеф. Тяжелой, чугунной. Мисс Спринг забрала папку. Сказала, что вернет с правками во вторник.

Генри усмехнулся.

— Позаботься, чтобы во вторник в офисе было лавандовое печенье.

— Печенье, шеф?

— Да.

— Так точно.

Блэйз вышел.

Генри вернулся к планшету.

Через минуту он все еще смотрел на одну и ту же страницу.

Do I Wanna Know? — Arctic Monkeys

Понедельник прошел в относительном затишье, если не считать трех гневных сообщений от Стью, который клялся, что «этот британский мафиози еще попляшет». Люси просто заблокировала его номер до вечера вторника — нервные клетки перед подписанием века нужно было поберечь.

Ближе к полудню телефон Лю снова пиликнул. На экране высветилось сообщение от скрытого номера:

«Жду вас завтра в одиннадцать утра в своем офисе, Люси. Дресс-код: кэжуал. Будьте готовы к долгому дню. Если мы подпишем контракт, домой вы вернетесь только к ночи. Г. С.»

Она хмыкнула. Кэжуал так кэжуал. По крайней мере, не придется снова перерывать шкаф в поисках платья, которое сошло бы за подходящее для светского общества. Люси выбрала бежевые брюки