Зарубежный детектив - Мэри Хиггинс Кларк

— Лори и Лео могут заниматься всем, чем они хотят. Просто, как это ни печально, я считаю, что это не поможет нам найти Джонни. Я не хочу давать вам ложную надежду. И да, вот еще что — вчера я говорила вам о том, что сегодня вам надо будет дать пресс-конференцию. Именно этим нам и надо сейчас заниматься.

* * *

Когда Марси вернулась в свой люкс, в руках у нее было триста новых экземпляров листовок с призывом найти Джонни. Ее муж тотчас же встал с дивана. Лори и Алекс также находились здесь.

— Слава богу, — сказал Эндрю и на несколько секунд заключил ее в объятия. — Мы уже начинали беспокоиться о тебе.

— Этот визит в салон быстрой печати занял целую вечность. — Еще одна ложь.

— Я отправил тебе несколько сообщений.

— Тут плохой сигнал. — Это не было ложью. По словам Лори, сотовая связь в Хэмптонс была известна тем, что она то и дело дает сбои. — Простите, что я вас напугала. А где девочки?

— Лео вызвался отвезти их в Монток и показать им тамошний маяк. Чтобы дать им ощущение, что все нормально, как и советуют специалисты. Надеюсь, ты не против. Об этом я и писал тебе на телефон. Кроме того, хотя я и не хочу на тебя давить, я тут думал о пресс-конференции. Мне кажется, нам надо ее дать.

— Ты читаешь мои мысли, — ответила она, чувствуя себя виноватой из-за того, что она уже попросила детектива Лэнгленд организовать для них эту встречу с прессой.

Пятнадцать минут спустя Лори положила трубку телефона, стоящего на письменном столе в номере Алекса. Она решила звонить отсюда, потому что Тимми в ее собственном номере, расположенном по соседству, все еще спал. Алекс смотрел на нее со своего углового кресла, ожидая ее комментария.

— Добиться от Бретта Янга добра на то, чтобы мы занялись этим делом, оказалось проще простого — просто, как никогда, — объявила она.

— Да, если судить по тому, что говорила ты, все идет хорошо. — Голубовато-зеленые глаза Алекса блестели, и Лори вдруг поняла, как ей не хватает его в работе над ее шоу. — Значит, он «за»?

— Более чем. Он сказал, что поддерживает меня обеими руками и что я могу использовать все возможности студии, чтобы получить необходимые нам ответы.

— Возможно, у твоего эгоцентричного и раздражительного босса все-таки есть сердце.

— А возможно, он просто хочет сделать выпуск нашего шоу, посвященный этому делу, побыстрее, чтобы наши рейтинги взлетели до начала следующего квартала финансового года. У него прямо слюнки потекли от перспективы участия в шоу такой многообещающей иконы стиля, как Дэррен Гантер, новое расследование дела которого будет вести дочь полицейского, отправившего его за решетку. Но каковы бы ни были его намерения, главное состоит в том, что он дает мне зеленый свет.

— Но тебя все еще беспокоит ощущение наличия конфликта интересов, да?

— Да нет, не очень. Если есть шанс, что Гантер причастен к исчезновению Джонни, я должна его разоблачить. Пока это только подозрение, но у меня больше возможностей разобраться с этим делом, чем у полиции. Если надо, я всегда могу остановить процесс. Бретт будет в ярости, но наш главный приоритет — это найти Джонни. Теперь остается молиться, чтобы Гантер оказался достаточно самовлюбленным, чтобы проглотить наживку.

— Есть только один способ выяснить, так это или не так. — Алекс протянул ей свой айпад. На экране был открыт сайт Трэйси Махоуни, адвоката по уголовным делам, которая недавно согласилась бесплатно представлять интересы Дэррена Гантера в рассмотрении его ходатайства в суд о пересмотре его неправомерного осуждения. — Номер ее телефона дан здесь же, внизу. Если мне не изменяет память, когда ее нет в офисе, звонки передаются прямо на ее мобильник.

* * *

Оказалось, что Трэйси Махоуни находится сейчас у себя в офисе, и ее секретарша соединила Лори с ней после того, как Лори объяснила, кто она и что она звонит по поводу Дэррена Гантера.

— Миз[170] Моран, какой сюрприз! Или теперь вас следует называть миссис Бакли?

Хотя Лори и старалась не распространяться о своей личной жизни, ее не удивляло, что новость о ее помолвке с Алексом так быстро разлетелась среди местной адвокатуры, поскольку Алекс был широко известен в этих кругах.

— Во-первых, зовите меня Лори. Во-вторых, мы с моим женихом еще не дошли до алтаря, но я в любом случае не стану менять мою фамилию. — Она приняла это решение после нескольких недель не свойственных ее натуре колебаний. Когда она вышла замуж за Грега, она была молода и еще не достигла таких высот в своей карьере. Она решила взять фамилию Грега, потому что хотела, чтобы у всей ее семьи была одна и та же фамилия, и потому, что ей как журналистке не помешало бы носить иную фамилию, чем ее отец, хорошо известный блюститель закона. К тому же ей казалось, что имя «Лори Моран» красиво звучит. Теперь это была фамилия, которую носил Тимми и которая напоминала ей о его отце. Когда она сообщила Алексу, что не хочет ничего менять, он удивился тому, что она вообще рассматривала альтернативный вариант.

— Правильно, — одобрила Махоуни. — Я сделала то же самое, но фамилия моего мужа Мэйси, так что принять такое решение мне было легко. Вы можете себе представить, как бы это звучало? Трэйси Мэйси — ничего себе! К тому же мы живем в такое время, что, возможно, это мужчинам следует брать фамилии жен. Ведь теперь именно женщины делают дела, что, разве не так?

Алекс уже рассказал Лори то, что ему было известно о Трэйси Махоуни. По его словам, она была легка в общении и обладала хорошо развитым чувством юмора, однако, несмотря на внешнюю покладистость, являлась «истинно верующей» в высокое предназначение адвокатуры. По убеждению Махоуни, система уголовного правосудия была глубоко порочна. В то время, как Лори признавала, что даже самые лучшие полицейские департаменты могут и должны совершенствовать свою работу, Трэйси Махоуни как-то раз сравнила полицейский департамент Нью-Йорка с мафией. Алекс сказал, что Махоуни на редкость умелый адвокат, настолько умелый, что она смогла бы заработать состояние, защищая корпорации и финансовых воротил-мошенников. Однако вместо этого она каждый год бралась только за небольшое число денежных дел, и только затем, чтобы иметь возможность защищать остальных своих клиентов бесплатно, дабы исправлять то, что она считала проявлениями несправедливости. Делом Гантера она вроде бы занималась, именно руководствуясь