Коллекционеры душ - Мария Борисова

— Приду, — процедила я сквозь зубы, когда дверь ванной закрылась.

— Вот и умница. — Он разжал ладонь и легонько меня шлёпнул напоследок. — А когда я вернусь с выигрышем, я загляну к тебе. За поздравлениями. Так что не закрывай дверь на ночь.

Он спокойно принялся поедать подостывшую яичницу. Я же поняла, что мне кусок в горло уже не полезет. Мне хотелось то ли разреветься, то ли накинуться на Дольна с кулаками. Но я знала, что не должна этого делать. Как и не должна закрывать дверь перед сном. Рано или поздно каждая приходит к таким изменениям в своей жизни, и я их ускорила сама, когда поцеловала его накануне. Теперь нужно смириться и играть по правилам.

Мне захотелось глотнуть свежего воздуха.

Я вышла из кухни и, ускорив шаг, направилась к двери. Быстрей, быстрей… куда я торопилась? Я об этом не думала. Мне просто необходимо было оказаться как можно дальше от человека, который доедал яичницу.

Так я и выскочила на улицу, в чём была: в домашнем платье, в мягких тряпичных туфлях. И почти сразу врезалась в молодого человека, стоявшего в двух шагах от нашей двери. Вернее, врезалась бы, если бы меня вовремя не удержали за плечи, вынуждая остановиться.

Незнакомец опустил руки.

— Простите, дия.

— Это вы простите. Я вас не видела.

Вежливым тоном ответить не получилось. Потому что больше всего мне хотелось ядовито поинтересоваться, удобно ли стоять вот так истуканом посередь дороги. Полагаю, это неплохо должно было читаться в хмуром выражении моей физиономии и взгляде исподлобья. Но, наверное, чтение чужих физиономий не было сильной стороной типа, в которого я врезалась. Он не смутился и не сделал ни единой попытки отойти. Вместо этого спросил:

— Я могу вам чем-то помочь?

Вопрос привёл меня в нешуточное замешательство. Я вздрогнула и посмотрела на незнакомца куда внимательнее.

Он был выше меня и даже, пожалуй, выше Сатара. Прямые отросшие волосы — тёмно-каштановые, почти чёрные; вытянутое скуластое лицо с большими карими глазами, прямо и чуть мрачновато глядевшими на меня из-под густых бровей. Нос какой-то кривой. От серого сюртука чуть уловимо пахло чем-то горьковатым, но скорее приятным, чем нет. Хотя в целом парень произвёл на меня отталкивающее и даже немного пугающее впечатление. Если про Дольна я когда-то подумала, что он неплохо бы смотрелся в моей воображаемой гостиной, то этого страховидлу не стоило бы даже пускать на порог: он бы разбил своим внешним видом всю гармонию моего прекрасного дома. Впрочем, дело было не только в том, что незнакомец показался мне некрасивым: из глубины памяти при взгляде на него как будто толкнулось какое-то воспоминание, словно бы я встречала уже этого человека когда-то, и встреча была неприятной. Но где? Когда?

Хмурый тип ждал ответа, и я торопливо покачала головой.

— Вы здесь живёте? — спросил он. — Я хотел бы встретиться с диу Сатаром, но не был уверен, что агентство уже открыто.

— Я его сегодня ещё не видела, но думаю, что диу Сатар скоро подойдёт. Проходите внутрь, вас проводят.

Молодой человек коротко кивнул в знак благодарности, но не спешил подходить к двери. Вместо этого чуть наклонил голову, продолжая всё так же внимательно меня разглядывать.

— У вас точно всё в порядке?

— Всё хорошо, — выпалила я и поспешила прочь по улице.

Куда угодно. Главное, подальше.

Я злилась. Я не верила в людей, которые готовы помогать просто так. Сатар сдал бы меня полиции, если бы я не согласилась работать на него. Развеж спас мне жизнь — и при первой же возможности втравил в кражу, которая вполне могла привести меня в тюрьму. Дольн… Про Дольна всё стало ясно после истории с книгой. Он получил в руки короткий поводок, на конце которого болтаюсь я. И несмотря на то, что мы работаем вместе, чтобы исполнить нашу мечту, этот поводок никуда не денется.

А вчера я дала понять, что согласна на такое положение вещей.

Я быстро шагала вперёд по улице, чувствуя каждый камешек сквозь тонкую подошву домашних туфель. Как ни странно, эти не слишком приятные ощущения помогли мне справиться с собой, и злость начала потихоньку угасать. Вскоре я пришла к выводу, что, во-первых, сама виновата, а во-вторых, бывают ситуации куда худшие. Дольн симпатичный, образованный и ни разу меня не ударил до сих пор. А то, что мне не хочется его видеть какое-то время, так это нормально, к вечеру, наверное, отпустит. По поводу ставок — он, может, и правда знает, что делает; вроде бы не из тех людей, которые по нескольку раз наступают на одни и те же грабли. Значит, должен выиграть хотя бы чуть-чуть.

И значит, я сегодня в четыре часа подменю его в Будилках. Потому что так должно быть.

Возле умирающего дерева я остановилась и обернулась.

Перед «Находкой» уже никого не было. Стало быть, хмурый посетитель в сюртуке вошёл внутрь.

* * *

Конечно, мне нужно было возвращаться в дом, а потом и к работе. Список коллекционеров душ ещё не был пройден до конца, а мне бы хотелось до четырёх часов покончить с ним. Чутьё мне уже начинало подсказывать, что искомый портрет я таким образом не найду, но бросать чем-то до сих пор привлекавшую меня версию не хотелось. Да, наверное, и не полагалось.

Но, во-первых, Дольн ещё не выходил, а у меня по-прежнему не было желания его видеть. А во-вторых, когда я, прохаживаясь по улице, миновала узенькую щель между «Находкой» и соседним домом, то услышала голос Сатара. Окно его кабинета было открыто. Кабинета, в котором сейчас наверняка сидел тот самый посетитель.

Воровато оглянувшись, я боком протиснулась между домами. Чем дальше я пробиралась, тем большей дурой себя чувствовала. Голые щиколотки колола подросшая крапива, в лицо с воинственным писком лезли разжиревшие во влажной тени комары. Но любопытство — страшная, непобедимая сила. Непобедимая мной, по крайней мере.

— Она уже приходила к вам? — Возбуждение, с которым говорил гость Сатара, плохо вязалось с обликом того человека, который несколько минут назад предлагал мне помощь. Я бы вообще решила, что это не он, но голос так отчётливо отпечатался в памяти, что сомнений