Странное убийство - Валентина Николаевна Раскач

– Сейчас угадаю, почему такая конспирация. Вас, наверно, преследует такой же, как и я, обиженный вами? Вы решили спрятаться на даче? А как же ваш защитник, главный редактор?

– Вы слишком много хотите знать, Артем.

Сергей ничего не мог понять из диалога бывшей одноклассницы и соседа по даче. Правда, сейчас ему было не до странного юмора, его гораздо больше взволновала новость о планах Вики, поселиться на даче. Выходит, ему теперь точно придется искать себе другое укрытие. Не скрывая, что приезд девушки выбил его из колеи, бедолага произнес упавшим голосом:

– Коли приехала хозяйка, пойду собирать вещи.

– Сережа, мне неловко, что так вышло, но дача – единственное место, где меня никто не будет искать. А у меня сейчас жизнь сложилась довольно причудливо, на некоторое время хочу скрыться от всех. Других вариантов у меня нет. Но, я не буду выставлять тебя прямо сейчас. У тебя есть время до завтрашнего утра. Давай, пройдем, наконец, в дом, там спокойно объяснишь мне, в чем у тебя проблема, может, вместе и придумаем, как ее решить.

Артем, который все еще переминался с ноги на ногу у калитки, прислушиваясь к разговору, предложил:

– Сергей, тогда жду вас вместе с Викторией на шашлык, где-то часов около семи вечера. А сейчас пойду отдохну и поем, а то неровен час опять завалюсь в обморок.

Наконец, Артем закрыл за собой калитку, а Вика и Сергей прошли в дом:

– Вика, вроде Артем – здоровый амбал, а почему он говорит про обморок? Мне казалось, что только воздушные барышни теряют сознание.

Вике, чтобы не объяснять однокласснику нелепость, которая с ней приключилась в дороге (у нее уже язык отсох, втолковывать трагикомическую ситуацию патрулю ДПС) пришлось отделаться отговоркой:

– Я думаю, сосед сострил, выстраивая шутку именно на нелепом противопоставлении своего вида, пышущего здоровьем, и обмороком, которой страдают только личности с тонкой душевной и физической конструкцией. Есть такой стилистический прием оксюморон – остроумное сопоставлении противоречивых понятий.

– Вика, я понимаю, ты кончила журфак МГУ, я же- ФИЗТЕХ, поэтому о стилистических приемах имею слабое представление. Слова соседа вызвали у меня совершенно другие ассоциации с точки зрения логики. А с логикой неувязочка получается: Артем сказал, что опять может упасть в обморок, причем из его слов следует, что ты будто бы знаешь об этом. И вообще мне показалась странной ваша перепалка про отравленный шашлык. Наверно, я опять не догоняю какой-то стилистический прием.

– Ну, нагородил со своей логикой! Слушай, Сергей, ты как был в школе занудой-«ботаником», так им и остался. Давай не будем заморачиваться обмороками соседа, а лучше расскажи мне, что за проблемы вынудили тебя скрываться на даче.

– Мою проблему в двух словах не объяснишь, но не буду грузить тебя подробностями, просто скажу, что, пытаясь заработать большие деньги, попал в «грязную» историю. Теперь за мной охотятся, не знаю точно кто, то ли агенты промышленного шпионажа, то ли настоящие шпионы.

– Да, ладно, какие шпионы, ты что «страшилок» начитался?

– Вика, я не читаю детективы, и вообще всякую ерунду, мой интерес – сугубо научно-техническая литература.

– Идем, давай, я хотя бы сниму верхнюю одежду, потом по- человечески устроимся в комнате, а то беседуем в тесной прихожей.

Вика стала снимать пальто, оглядываясь куда бы его повесить? В коридоре была только вешалка с крючками, на ней болтались две куртки (наверно, временного жильца). Сергей догадался, что даме требуется, проворно вытащил плечики из ящика старого комода, и галантно помог повесить пальто.

Зайдя в большую комнату, которую мама пафосно называла гостиной, Вика моментально оценила, что за много лет здесь мало что поменялось. Единственное, пожалуй, отличие заключалось в том, что раньше посреди большого стола со скатертью, всегда стояла ваза с цветами – летом с живыми, а зимой со сухими. Мама очень гордилась, что у нее есть уникальный метод высушивания цветов, после которого они долгое время ничуть не отличаются от живых. Гость переместил цветы в дальний угол комнаты, теперь ваза нелепо возвышалась на журнальном столике, рядом с креслом-качалкой. Большой же стол одноклассник использовал, как рабочий, он был завален бумагами, книгами, среди которых Вика заметила ноутбук и коробку с разноцветными флешками.

– Чур, мое место в кресле-качалке. А ты садись на диване, я придвину кресло, чтобы сидеть напротив.

Когда оба устроились, Виктория без промедления начала:

– Дело, видно, серьезное. Тогда давай, без всяких стилистических приемов, а чисто по твоей любимой логике, отвечай, как на духу:

– Ты же работаешь в каком-то секретном НИИ (мне мама рассказывала), так почему ты не ходишь на работу?

– Я вынужден был уволиться, потому что совершил преступление.

– Погоди, Сергей. Если бы ты совершил преступление, тебя бы арестовали. Разве тебе разрешили бы уволиться? Что-то твоя логика не работает.

– Ладно, не хотел тебя посвящать в подробности, но без них не понять сути. Можно, я воды только выпью, что-то пересохло горло?

Пока Сергей суетливо шарил по комнате в поисках бутылки с минералкой, Вика воспользовалась моментом, чтобы повнимательнее рассмотреть бывшего одноклассника.

– Почти не изменился внешне, такой же тощий, небольшого роста, неуклюжий. Вот, пожалуй, только прикид стал современным – фирменная одежда, очки в модной оправе. Еще смешно, но на нем точно такие же джинсы, как у меня, из последней модной коллекции – довольно странное совпадение. А раньше в школе, сколько его помню, все время ходил в клетчатой рубашке, поверх которой неизменно была одна и та же жилетка. Интересно, жилетка росла вместе с Серегой, или бабушка ему вязала каждый год новую?

Неожиданно Вика, хотя и слушала мамины рассказы про соседей в пол уха, вспомнила, что не так давно мама сообщила ей: Сергей женился и не на ком-нибудь, а на очень даже симпатичной женщине. Все соседи были в отпаде, ведь, он раньше вообще девушками не увлекался, был полностью погружен в науку. Судачили, не могли понять, как «ученому сухарю» удалось окрутить такую видную девицу.

Размышления пришлось прервать, так как одноклассник от души напился воды, опустошив всю бутылку, и, наконец, устроился на диване напротив Виктории.

– Ну, Раскольников давай, колись, где взял топор и сколько ученых старушек ты порешил в своем секретном НИИ?

– Вик, тебе тогда придется выслушать всю предысторию. Ты готова?

– Не тяни, я вся – внимание.

– Все началось где-то месяцев пять назад. Заболела моя мама, срочно понадобились большие деньги на операцию. Я был в растерянности, не зная, где можно раздобыть такую сумму, поделился с коллегами по работе своей бедой. И тут