Инспектор Иманиси ведёт расследование - Сэйтё Мацумото

По словам горничной можно было заключить, что Мики держался с ней довольно дружелюбно.

— Не было ли чего-нибудь необычного в его поведении, пока он здесь жил?

— Ну, раз уж вы спрашиваете: днём он поклонялся в святилище Исэ, а потом приехал сюда и сказал, что на следующий день вернётся домой. Но на другое утро вдруг сказал мне, что поедет в Токио.

— Хм, значит, о поездке в Токио он сказал лишь на следующее утро?

Это было крайне важно.

— Да.

— Во сколько он приехал в гостиницу?

— Вечером. Кажется, около шести.

— После приезда он куда-нибудь выходил?

— Да.

В святилище Исэ приезжали поклониться люди со всей Японии. Во время вечерней прогулки Мики мог случайно встретить знакомого. Такая встреча могла побудить его отправиться в Токио.

— Он вышел просто прогуляться?

— Нет, он сказал, что пойдёт в кино.

— В кино?

— Сказал, что ему скучно и хочется посмотреть фильм. Спросил, где кинотеатр, и я объяснила. Вон, его видно из этого окна. То высокое здание.

— Во сколько он вернулся из кино? — спросил Иманиси у горничной.

— Дайте подумать. Кажется, около половины десятого. Да, наверняка примерно тогда.

— То есть сразу после окончания сеанса?

— Да.

Иманиси был несколько разочарован. Если бы Мики встретился с кем-нибудь по дороге в кино, он вернулся бы в гостиницу раньше или позже. Иманиси пришлось заключить, что Мики никого не встретил.

— Каким он вернулся в комнату? Дело давнее, вы, возможно, не помните, но постарайтесь припомнить.

— Дайте подумать. — Горничная покосилась на хозяина и склонила голову набок.

— Это важно, так что хорошенько подумай и не ошибись, — добавил хозяин.

Лицо горничной напряглось.

Иманиси немного смутился. — Не думайте так усердно. Просто скажите, что помните.

Наконец горничная ответила: «Ничего необычного в постояльце, когда он вернулся, я не заметила. Он только попросил подать ему на следующее утро завтрак попозже».

— То есть на следующий день, в день отъезда?

— Да. Прежде он говорил, что уедет домой поездом в 9:20 и хочет позавтракать около восьми.

— И как он изменил это?

— Сказал, что хочет позавтракать в десять. И что, возможно, останется до вечера.

— До вечера? — Иманиси подался вперёд. — Он объяснил, почему изменил свои планы?

— Нет, ничего особенного. Но, кажется, он был глубоко задумчив. Он почти ничего мне не сказал, и я лишь пожелала ему спокойной ночи и сразу вышла.

— Понятно. А на следующее утро всё было сделано, как он просил?

— Да. Я подала ему завтрак в десять.

— Значит, до вечера он оставался в своей комнате?

— Нет. Сразу после полудня он ушёл в кинотеатр.

— В кинотеатр? — Иманиси удивился. — Должно быть, он очень любил кино.

— Но он пошёл в тот же самый кинотеатр. Я знаю, потому что мне было нужно в ту сторону, и часть дороги мы шли вместе.

— Хотите сказать, он пошёл смотреть тот же фильм, который видел накануне вечером?

На этот раз крепко задумался Иманиси. Зачем Мики, путешествуя, смотреть один и тот же фильм дважды — ведь он не ребёнок и не подросток. Что в этом фильме так заинтересовало Мики?

— Значит, вернувшись из кино, Мики тем же вечером выписался? — спросил Иманиси у горничной.

— Да, верно.

— Вы знаете, каким поездом он уехал?

— Знаю, — сказал хозяин. — Я посмотрел для него расписание в конторе и сообщил время отправления. Он позвонил из номера, и я сказал ему, что поезд Кинтэцу позволяет пересесть на экспресс до Токио, который отходит из Нагои в 22:20.

— Во сколько этот поезд прибывает на станцию Токио?

— На следующее утро в пять. Многие наши постояльцы ездят этим поездом в Токио, так что я помню расписание наизусть.

— Когда Мики уезжал из гостиницы, он не сказал ничего особенного или странного? — Иманиси снова посмотрел на горничную.

— Нет, ничего такого я не заметила. Я только спросила, почему он едет в Токио, если накануне говорил, что вернётся домой, в Окаяму…

— Да, да. И…?

— Он сказал, что вдруг решил поехать.

— Вдруг решил поехать. И всё?

— Да. Больше он ничего не сказал.

— Значит, всё. — Иманиси немного подумал, затем спросил: — Какой фильм ходил смотреть этот постоялец?

— Не помню.

— Ничего. Я это выясню. Большое спасибо, что уделили мне время, хотя вы так заняты.

— Это всё? — спросил хозяин.

— Да. Вы очень помогли. Не принесёте мне счёт?

— Вы уже уезжаете?

— Думаю, вернусь в Токио тем же поездом. Я ещё успею на него.

Иманиси расплатился и вышел из гостиницы. Но вместо того чтобы сразу идти на станцию, направился в кинотеатр. Тот стоял посреди торговой улицы. Снаружи висело несколько ярко размалёванных афиш, рекламировавших два исторических фильма, шедших в кинотеатре.

Иманиси показал кассирше своё удостоверение и спросил, нельзя ли повидаться с заведующим. Его провели внутрь. В глубине кинотеатра они подошли к закрытой двери. Когда дверь открыли, Иманиси увидел работника, рисовавшего афишу к будущему фильму. Заведующий стоял, заложив руки за спину, и наблюдал за художником. Прочитав удостоверение Иманиси, он любезно приветствовал его.

Иманиси сразу перешёл к делу. — Простите за внезапный вопрос, но нельзя ли узнать, какие фильмы шли в этом кинотеатре девятого мая прошлого года?

— Фильмы, которые шли девятого мая, вы сказали? — удивлённо переспросил заведующий.

— Да, я хотел бы узнать названия этих фильмов, — сказал Иманиси.

— Хм, это связано с каким-нибудь делом?

— Нет, мне это нужно только для справки. Нельзя ли выяснить сейчас же?

— Узнать это нетрудно.

Заведующий вывел Иманиси из комнаты. Они прошли в контору рядом с проекционной. Все стены были заклеены афишами, а стол завален бумагами. Молодой человек сидел один, что-то подсчитывая и щёлкая костяшками счётов.

— Эй, какие фильмы у нас шли девятого мая? Посмотри-ка.

Молодой человек придвинул к себе гроссбух. Он перелистал страницы и сразу нашёл нужную запись.

— Один — « Ветреные облака Тонэ », другой — « Гнев одного человека».

— Вот эти, — сказал заведующий стоявшему рядом Иманиси. — Один был историческим фильмом, другой — современным.

— Какой кинокомпанией они