Делиться всем - Арно Штробель

— Точно?

— Да, всё хорошо. Но спасибо, что спросили.

Женщина пожала плечами.

— Ладно. Хорошего дня. — Повернувшись к дочке, добавила: — Ну, пойдём, мышка, — и зашагала в ту сторону, откуда пришёл Маркус.

Радуясь, что она вырвала его из мрачных мыслей, он тоже двинулся дальше.

Если Рёвених за это время не переехал, то по-прежнему живёт в Вёльштадте. На электричке можно добраться минут за двадцать. Центральный вокзал на другом берегу Нидды, минутах в десяти ходьбы отсюда. Но разве полиция уже не контролирует вокзал и остальные остановки? Почти наверняка. Значит, не вариант.

Да и вообще всё, что он задумал, настолько логично, что Манцке и Бауэр могут предугадать каждый его шаг.

Хотя… так ли это? Может, он думает в неправильном направлении? Если следователи действительно уверены, что он сам убил жену и похитил дочь, то с их точки зрения у него нет причин навещать Рёвениха. По их логике, его первоочередная задача — либо присматривать за дочерью, которую он где-то запер, либо — если полицейские считают, что он её тоже убил — как можно скорее залечь на дно.

Так или иначе, весь общественный транспорт под контролем — в этом он не сомневался. Но что касается Рёвениха…

До Вёльштадта километров четырнадцать-пятнадцать. На другом берегу Нидды проходит Фридбергер-штрассе, ведущая из Бад-Фильбеля в сторону Вёльштадта. Там заправка — может, удастся найти кого-то, кто едет в ту сторону и подбросит. В крайнем случае сунет денег.

Узнать его вряд ли узнают. Полиция не успела бы так быстро разослать фото. По крайней мере, он на это надеялся.

Маркус дошёл до моста, перешёл речушку и только ступил на другой берег, как в кармане зазвонил смартфон. Вытащил, ответил.

— Тебе бы поискать нормальное укрытие.

Он торопливо огляделся. Этот тип наверняка где-то рядом и наблюдает.

— Почему бы вам не выйти из своего укрытия? По-моему, вы просто трус.

— Да что ты?

— Да. Вы нападаете на женщин и пятнадцатилетних девочек, а от обычного мужика вроде меня прячетесь, потому что боитесь.

Короткий лающий смешок прозвучал натянуто.

— Боюсь. Тебя. Я тебя ни капли не боюсь. Я тебя презираю — тебя и твоё лицемерное шеринговое враньё. Экология, экономия ресурсов… пустая болтовня. На самом деле вам с женой всегда было плевать на всё, кроме денег. Любой ценой. Какие трагедии ты своим бизнесом устраиваешь — тебя не волнует. И большинство других тоже. Но мы это меняем. Я заставлю тебя страдать так же, как ты заставлял страдать других. Забейся куда-нибудь до вечера и постарайся, чтобы тебя не поймали. Позвоню и скажу, что делать.

— Стойте! — крикнул Маркус, боясь, что разговор снова оборвётся. — Я хочу доказательства, что Леони жива.

— Ты не в том положении, чтобы требовать.

— Без доказательств, что дочь жива, ничего делать не буду.

— Тогда готовься к новому шоу сегодня ночью. Я свяжусь.

— Нет, подождите, я…

Поздно. Связь оборвалась.

Маркус опустил смартфон и уставился на экран. Что он наделал? Совсем рехнулся? Трясущимися руками открыл список вызовов, но номер скрыт — перезвонить невозможно. Несколько раз провёл рукой по волосам, огляделся и едва не закричал во весь голос, что сделает всё, что угодно. Но по обеим сторонам Фридбергер-штрассе шли прохожие, и привлекать к себе внимание он не мог.

Позади — тайская забегаловка с двумя маленькими круглыми столиками и дешёвыми пластиковыми стульями. Закрыто. На подкашивающихся ногах он дошёл до одного из стульев, рухнул на холодное сиденье и упёрся предплечьями в бёдра, опустив голову.

Не мог заставить себя сдвинуться с места.

Какого чёрта со мной творится?

Этот монстр ясно показал, на что способен. Как преступнику удалось так его спровоцировать? Дочь — самое важное в его жизни. Может, единственное, что осталось. Если этот ублюдок сделает с Леони то же, что с Беттиной, виноват будет он сам, её родной отец, — потому что решил поиграть в героя. И связаться с этим типом он не может.

Маркус поднял голову.

Рёвених!

Единственный шанс — что за всем этим действительно стоит Рёвених. Нужно ехать к нему и прижать к стенке. Даже если тот будет всё отрицать, Маркус скажет, что по телефону говорил не всерьёз.

Но когда он собрался встать, в голову пришла другая мысль. Сара! Звонок в её дверь. Это наверняка Манцке и Бауэр. Может, она теперь знает больше?

Поднял смартфон, разблокировал и… замер. Номер Сары хранился в записной книжке его телефона, который теперь лежит на дне ручья.

— Чёрт, — вырвалось у него.

Встал, сделал несколько шагов к дороге и посмотрел на мост.

Сара — единственный человек, с которым он ещё может связаться. Рискнуть вернуться к её дому? Надо полагать, за домом наблюдает полиция. И за подходами тоже. Его наверняка ищут по всей округе.

К тому же нужно как можно скорее к Рёвениху. Чем раньше прижмёт…

Мужчина на видавшем виды чёрном мотоцикле свернул с дороги и остановился у забегаловки. Маркус смотрел, как тот слез, снял шлем и открыл один из двух помятых алюминиевых кофров, закреплённых по бокам. Крепкого сложения, длинные каштановые волосы, трёхдневная щетина.

Глядя, как мотоциклист убирает шлем в кофр, Маркус вдруг подумал…

Может, это безумие, но попробовать стоит.

Порылся в кармане джинсов, достал пачку купюр, полученных от Сары, и вытянул пятьдесят евро. Остальное убрал и подошёл к мужчине.

— Извините, у меня вопрос.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 16

Молодой человек — на вид от двадцати до двадцати пяти, прикинул Маркус — пожал плечами и удивлённо улыбнулся.

— Окей. Чем могу?

— Мне срочно нужно на Бергштрассе, кое-что передать. Не подбросите на мотоцикле за пятьдесят евро? Туда и обратно.

В доказательство серьёзности намерений Маркус протянул ему купюру. Тот уставился на деньги, будто на редкого зверя, и снова улыбнулся.

— Полтинник. На Бергштрассе. Серьёзно? Да туда пешком минут десять, не больше.

— Я же говорю — очень срочно. Вы бы меня здорово выручили.

Молодой человек на секунду задумался, потом кивнул.

— Ладно. Тебе повезло, у меня всегда второй шлем в кофре. Да и полтос лишним не бывает.

Достал свой шлем, затем из второго кофра вытащил потрёпанный чёрный интеграл с трещиной на визоре и протянул Маркусу. Кивнул на его джинсы:

— Задницу отморозишь, чувак. Дубак страшный.

Маркус отмахнулся и вручил ему купюру.