Вселенная ужасов Влада Райбера - Влад Райбер

Я вошёл внутрь. Огромный первый этаж: бетонные стены и пол, кирпичи, пустота и мусор. Много потайных комнат и проходов. Всё пропитано холодом, но не было ветра. Даже ему не хотелось влетать в это гиблое место.

Запахи. Резкие и приставучие. Мне понравилось!

Сердцебиение! Я здесь не один. Был ещё кто-то. Живой!

Тук-тук… Тук-тук… Его мощное сердце стучало в тишине. Этот человек скрывался в одной из пустых комнат.

Где же он?

Я двинулся на этот звук, как на зов. Кто же он такой? В подобном месте мог обитать только тот, кому больше некуда идти.

Я прошёл через асимметричный угловатый коридор, миновал очередную арку, и вдруг что-то попалось под ноги. Носки туфель во что-то упёрлись. Это был труп. Мужчина в чёрном пуховике и в чёрной шапке. К его лицу и одежде застывшей кровью приклеились перья из куртки.

Молния сломана, грудь открыта. Сколько колотых ран! Кто-то и мёртвым не оставлял его в покое, продолжая резать.

Кожа грязно-зелёного цвета, глаза мутные, зрачки поплыли. В носу и на губах жёлтые личинки мух. Этому мертвецу было не меньше недели. Убили и оставили гнить в заброшенном особняке.

Ну и дела здесь творятся!

И того, чьё сердце билось за стеной в глубине комнаты, устраивало соседство с несвежим мертвецом. Значит, его рассудок отличался от большинства людей. Наверное, за стеной скрывался убийца этого неудачника.

Сердце единственного живого человека в особняке стучало слегка взволнованно, он чему-то радовался и подрагивал от нетерпения.

Я собирался переступить через труп, но вдруг он зашевелился. Его зелёные руки упёрлись в пол. Мертвец с треском отдирал себя от бетона. Ноги согнулись в коленях, суставы щёлкали, подбородок ударил по груди.

Покойник сначала сел, а потом встал. Распрямил плечи и поднял голову. Губы зашевелились, изо рта посыпались личинки мух, и он закричал:

– Он убил меня!!! Я умирал в страхе, мучаясь от боли!

Я изумлённо смотрел на него, ведь человеческие трупы не должны двигаться и разговаривать. Если, конечно, не одержимы.

Что это за дом такой?

Мертвец махал руками, кисти болтались во все стороны.

– Мне так плохо. Мне так страшно.

Я долго рассматривал его ножевые раны. Без сомнений, мёртвый. И голос исходил вовсе не изо рта.

Теперь я заметил. Из-за голой стены выглядывала худая и до синевы бледная девушка с длинными чёрными волосами. Пряди скрывали лицо. Только один глаз и половина острой улыбки сияли, словно за тёмными занавесками.

Она была одета в длинное светлое платье, а на ногах – белые тапочки. Сердце не билось. Его не было. Это девушка-призрак.

Мстительный дух, подкопивший сил и частично обретший плоть.

Всё ясно. Бледная девушка управляла мертвецом, как марионеткой.

Поняв, что её заметили, она громко расхохоталась и спряталась за стеной.

Труп немедленно упал.

Всё интереснее и интереснее. Кто же тот человек, что живёт в доме, осквернённом покойником, да ещё и с призраком?

Его сердце колотилось всё сильнее. Он ждал меня в другой комнате, знал, что я вот-вот приду. Как ему хотелось этой встречи. Он ещё не понимал, с кем связался. Знакомство со мной никому не приносило счастья.

Я наконец переступил через труп и неспешно побрёл к дверному проёму.

Человек опередил меня и выскочил раньше. Молодой мужчина держал перед собой нож и кричал мне в лицо:

– Не повезло тебе, приятель, сегодня твоя последняя ночь!

Ну и глаза! Какая гамма чувств! Взгляд полон гнева, отчаяния и восторга. Невысок, на голове длинные взлохмаченные пряди и заметные плешинки. Сам рвал себе волосы. На подбородке длинный уродливый шрам.

Худой, но сильный для человека. Только кожа и мышцы. К тому же он ещё и жестокий, безжалостный и неукротимый. Привыкший, что от его вида все чувствовали страх. Но только не я!

– Не боишься меня?.. – Глаза, окаймлённые тёмными кругами, сузились, сердце человека надулось кровью и твёрдо дёрнулось в груди. – Минутку! Так ты неживой? Ещё один страшила припёрся. Этот дом вас притягивает! Чем вам тут намазано?

Человек перебросил нож в другую руку.

В нём было столько уверенности, пока он думал, что связался с одним из своих… Но всё же этот мужчина не дрожал от страха, увидев, кто я есть на самом деле. Он не привык бояться.

Сердце… Такое мощное, сочное. Большое! После сорока девяти ночей в подвале, где я питался мелкими крысиными сердечками, это было то что нужно.

Я потянулся к его груди и был готов разорвать мягкую плоть, сломать рёбра и взять его трепетавшее сердце. Оторвать от трубок этот мощный мышечный насос, чтобы человек дёргался и выбрасывал кровь из клапанов, пока я буду грызть его.

Но тут рядом со мной из воздуха появилась она – бледная девушка – и схватила мою руку маленькими призрачными пальцами.

– Даже не думай его трогать! – холодно сказала она.

– Что такое? – не понял я. – Почему?

Злобный глаз смотрел на меня из-под прядей волос. Мстительный дух, защищающий жалкого смертного. Жители мёртвого дома оказались ещё страннее, чем я полагал.

– Он полезный человек, – ответила она. – Я хочу, чтобы он оставался живым.

– Понял, – сказал я, расслабив руку.

Девушка бы не смогла меня остановить, но я, как нежить, чувствовал с ней родство и уступил.

– Ты кто такой? – спросила бледная девушка. – И зачем сюда пришёл?

– Плакальщик, – представился я. – Ищу новый дом.

Девушка-призрак и лохматый мужчина рассматривали меня со всех сторон. Ещё никто так не интересовался моей внешностью, хотя я всегда считал, что этого достоин. Сам не упускал случая полюбоваться на своё отражение. Мои руки длинны и остры, как мечи, лицо искривлено гримасой скорби. Любимое из человеческих чувств. Я нёс скорбь и слёзы. Это моё предназначение.

Вот уж не ожидал, что эта странная пара – не последний сюрприз мёртвого дома. В подвале прозвучал жабий рёв. Я посмотрел в сторону квадратного люка.

Оттуда поднималось что-то большое. Голова как пузырь. Бесконечные бородавки на лбу и лице. Маленькие поросячьи глаза и нос, сплюснутый набок, а рот был похож на растянутое жерло.

На пол плюхнулась сначала одна, а потом вторая рука и подтянула за собой жирное тело, покрытое слоем слизи. Коричневый земноводный человек. Никогда таких не видел.

Он имел не одно, а сразу несколько сердец, но бились они так редко и хаотично, что я не распознал их стук, когда пришёл сюда.