Коллекция темных историй. Поддайся искушению - Мэри Влад

– Ты – мой дом, – шепчу я, чувствуя, как жгучие ощущения вновь затмевают разум.

И это правда. Каким бы тяжелым ни было наше прошлое, главное, что ждет нас в будущем. И только один Бо в целом мире меня понимает. Только он знает, какая я, что у меня внутри и как сделать меня счастливой.

Он сжимает сильные пальцы на моем горле, и я поворачиваю голову, чтобы увидеть остекленевший взгляд Стига. Кровь еще продолжает стекать из раны на его шее, заливая простынь и пропитывая насквозь матрас. Желание внутри меня стонет агонией, распадаясь на миллиарды сияющих частиц и превращаясь в чистейшее наслаждение.

– Да-а!

Мне хочется рыдать от счастья. Я кончаю, задыхаясь. И мой крик остывает на губах мучительно-сладким хрипом.

Бо издает низкий, почти звериный рык и тоже кончает. Вдавливает меня своим весом в постель, пропитывает меня насквозь своим запахом.

Идеально.

– Как же мне этого не хватало, – признаюсь я, целуя руку, которая только что душила меня. – Я так боялась, что больше не увижу тебя. Что все кончилось навсегда.

– Ничто не вечно, кроме нашей любви, Ангел, – стирая с моего лица слезы, произносит Бо.

И мы неистово целуемся, будто пытаясь наверстать все дни разлуки.

– Жаль, что пришлось уничтожить старые записи, – говорит Эн, вздохнув. – Я боялась, что меня поймают с ними, и сожгла их в костре под мостом.

Она достает камеру с полки и прячет в сумку.

– У нас будут новые, – обещаю я.

Мои руки в крови не по локоть, а по самые плечи. Пришлось выпотрошить Стига, как оленя, и как следует покопаться в груде его внутренностей.

– А где ты раздобыл форму полицейского? – лукаво улыбается она, закуривая. Усаживается на стул и подтягивает голые ноги к груди.

Обожаю любоваться на нее. Она поистине Ангел. Мой черный Ангел.

– Ответ на этот вопрос на дне местного озера, – отвечаю я и ухмыляюсь, закидывая части тела Стига в большой черный пакет.

– Мы могли просто оставить его здесь, – замечает она, покосившись на залитую кровью постель.

– Да, но я решил, что теперь мы будем умнее. Нельзя снова попасться. Нет тела, нет дела.

– Ты прав, – кивает Эн. – Будем играть осторожнее.

Она встает и идет к двери, оставляя на полу голыми пятками алые следы крови.

– Приготовлю нам ужин.

Я провожаю ее влюбленным взглядом. Теперь все наладится. Мы все начинаем сначала.

– О судьбе другой фигурантки дела, – слышится голос диктора из телевизора, который включает Эн в гостиной, – которая может быть причастна к серии зверских убийств, до сих пор ничего неизвестно. Энгла Сварт исчезла в день задержания Бо Хелига, и больше ее никто не видел. Вероятность того, что девушка может быть мертва, полиция тоже не исключает[1].

Я улыбаюсь, складывая смешные маленькие руки Стига в пакет. Больше они к ней не прикоснутся. Какое счастье!

Четверг

Я чувствую его

В висках стучат молоточки, и даже третья таблетка от головной боли не помогает. Тяжелый день, дурацкие мысли, кошмарная погода – это не лучшая компания для расшатанных нервов. Я села в свой старенький «Форд» и открыла оранжевую банку с лекарствами, которые прописала доктор Чейз в прошлом году. Они уж точно справятся…

Но нужна мне их помощь или нет, ответить себе я так и не смогла. Может быть, я заслужила то, что произошло два года назад.

Черт! Я чувствую его взгляд на себе. Даже через этот непрекращающийся ливень. Он вернулся. Мой кошмар. Мой мучитель. Мой… монстр. Я пытаюсь вглядеться в темноту, но никого не вижу. Это все игры воображения.

Я поворачиваю зеркало заднего вида на себя.

– Милая, да тебе надо отдохнуть, – шепчу я, увидев свое отражение и мокрые рыжие волосы, разбросанные по плечам. Но стоит мне уйти на выходные, как ко мне приходит страх. Поэтому я и вступила в книжный клуб домохозяек. Вино и пустые разговоры о книгах спасают меня и заставляют думать о книжных мужчинах, которые, как рыцари, задаривают девушек цветами и подарками, а не душат их на столе…

Тушь размазалась от дождя, стекая черными линиями по лицу. Как в тот день, когда я, задыхаясь, молила о пощаде.

Ужасные воспоминания накатили с новой силой, и я разрыдалась, вновь окунаясь в ужас, в котором жила целый год. Кажется, я снова чувствую его запах: табак, пачули и ваниль. Так пах он во время моего кошмара, так пахли его письма, которые он подбрасывал мне под дверь.

«Здравствуй, Лисичка», – начиналось каждое его письмо. Аккуратный ровный почерк, персиковая бумага, белый конверт и аромат… Аромат боли и издевательств.

– Мисс О'Мэлли, у вас все хорошо? – Я дергаюсь от стука в окно.

Около машины стоит наш курьер Джонсон.

– Да, спасибо! – Я опускаю окно, и капли дождя подпадают в салон. – Просто тяжелый день был.

– Если вам нехорошо, то я могу вас подвезти.

«Нет, дружок, с тобой я не поеду. Мне хватит одного преследователя!»

– Нет, спасибо! Правда, все хорошо.

Я закрываю окно и поворачиваю ключ зажигания. Этот чудак меня тоже пугает. И мне не хочется находиться с ним наедине на пустынной парковке.

Гравий скрипит под колесами, когда я подъезжаю к дому. За этот год я так и не смогла привыкнуть, что он полностью принадлежит мне: два этажа, три спальни, гостиная… И все для меня одной. Надо было брать квартиру. Маленькие помещения хотя бы создают видимость безопасности.

Ливень с удвоенной силой падает на землю, разбрасывая капли. Я выскакиваю из машины, накинув на голову пиджак. А вот светлым брюкам точно пришел конец. Но после всего случившегося я не могу заставить себя надеть юбки или платья – только штаны и джинсы. Поэтому строгие костюмы стали для меня новой зоной комфорта.

Прежде чем пойти в душ, я прохожусь по первому этажу и, вглядываясь в темноту за окном, задергиваю все шторы, боясь увидеть его чертову балаклаву и пугающие зеленые глаза.

Горячие капли стекают по телу, и я потихоньку прихожу в себя. С чего я вообще взяла, что он вернулся? Я уехала в другой штат, оборвала все общение с друзьями и бывшими коллегами. Взяла девичью фамилию моей мамы. Теперь я Оливия О'Мэлли. Меня не найти. Я замела все следы. Меня нет в соцсетях. Нет ни одной фотографии с местом, где я