Пока едет «Скорая». Рассказы, которые могут спасти вашу жизнь - Андрей Леонидович Звонков

2. Пока едет бригада скорой, больному нужно дать максимальное количество активированного угля исходя из простой формулы – 1 таблетка на 1 0 кг веса.

3. Дать выпить раствор пищевой соды (натрия гидрокарбоната) – 1–4 чайные ложки на литр кипяченой или фильтрованной воды.

По пути из больницы «закрякал» телефон. На экране высветился адрес. Повод – «мужчина, сорок пять лет, болит спина».

Ерофеев показал водителю адрес, тот включил сирену и маяк и чуть наподдал газку, учитывая сложную обстановку на дороге.

Таня высунулась в кабину.

– Что дали?

– Боли в спине, – ответил Ерофеев.

– Дорсалгия? Радикулит?

– Боли в спине, – повторил Саша. – Может быть и радикулит, и миозит… Приедем – увидим. Ты же помнишь, что повод к вызову не добавляет ясности, а только усложняет качество тумана. Поэтому ориентируемся на него, но не опираемся в планах оказания помощи.

– Будет пациент, будут жалобы, анамнез – будет и диагноз! – повторила заповедь Таня.

– А повод – это только повод, чтобы вызвать бригаду. На похмелье вызывают с поводом – «умирает», а на клиническую смерть – «Упал».

Машина въехала во двор и уперлась в шлагбаум. Подождали полминутки. Водитель посигналил, посвистел сиреной – ноль внимания. Ерофеев вышел, открыл боковую дверь в салон и взял рыжий ящик с лекарствами. Таня выскочила следом, поправила халат, волосы, забрала у фельдшера карту вызова и средство связи – коммуникатор.

– Нам в дальний подъезд. Если откроют – езжай в самый конец, к первому подъезду, – сказал Саша, – возьми кардиограф.

Шофер его понял, молча кивнул, достал сигарету.

Почему вдруг подумал о кардиографе? Сам себе ответил: «Если боли связаны с грудной клеткой, по инструкции надо снимать ЭКГ. Повод „боли в спине“ условно не указывает на „боли в груди“, но разница невелика. Лучше сразу взять с собой „машинку“, чем потом бегать за ней, время тратить».

В квартире их ждали. Скептическая дама, которая встретила Ерофеева с Таней, фыркнула:

– Посолиднее, что ли, врачей не нашлось?

Ерофеев не отреагировал, а Таня невольно покраснела.

– Здравствуйте, покажите, пожалуйста, где больной, – попросил он.

Дама повела по квартире.

Больной сидел в кресле, криво усмехался – он только что выключил телевизор. Ерофеев нашел на столе свободный уголок, сдвинув грязные чашки с остатками чая, недопитую бутылку водки, куски грудинки на блюдечке. Тане сказал:

– Померяй давление, пожалуйста, посчитай пульс. Повернулся к женщине:

– Мне нужно помыть руки, проводите…

Мужчина порывался рассказать Тане, как и где у него болит спина, но она приложила палец к губам и сказала:

– Помолчите минутку, сейчас придет доктор, и ему все расскажете по порядку, а я давление измеряю.

Больной послушно умолк.

Ерофеев вернулся, сел напротив. Таня положила ему в руку сложенный листок, на котором было написано: «Сто сорок на девяносто, восемьдесят восемь в минуту». Он кивнул, отдал бумажку.

– Я внимательно слушаю, жалуйтесь.

– Да не умею я жаловаться, – смутился мужчина. – Я в гараже был…

– Водку жрал с дружками! – вставила женщина.

– Не жрал я… Головку блока снимали втроем, а когда ее вынимали, то я ее на себя – и как-то так вышло, что я один держал ее с полминуты. Пока ребята машину обежали… А как перехватили мужики, так чую, что как-то ноги ослабели и спину запекло… Ну, присел я, к стенке гаража прислонился, а она железная и прохладненькая такая… Ребята, конечно, сто граммов сразу поднесли… с огурчиком малосольным.

Ерофеев внимательно слушал. Женщина за его спиной что-то неразборчиво нудела.

– Ну, а как не принять? Такое дело большое… Она ж почти полцентнера весит. Да еще я так неудобно держал перед собой. Видно, спину и сорвал.

– Вы лечь можете? – спросил Ерофеев. Он повернулся к женщине. – Будьте любезны, уберите со стола, нам он сейчас понадобится для работы.

Женщина дернула головой, но спорить не стала, унесла водку и сало, вернулась с полотенцем и протерла столешницу. Видимо, спокойный тон Ерофеева ее убедил не скандалить с мужем какое-то время.

– Могу, – мужчина послушно прилег на диван.

– И при движении боль в спине не меняется? Двигаться не мешает?

Таня распутывала провода у кардиографа ЭКП. Ерофеев пощупал пульс.

– Нет. Ровно так печет, будто гвоздь раскаленный вбит.

– Со спины? Или спереди?

Мужчина задумался.

– Не пойму. Наверное, со спины, – но тер он при этом грудь и живот. – Сюда отдает. Прям навылет.

– Сейчас мы вам снимем кардиограмму, лежите спокойно.

Ерофеев обратился к Тане:

– Снимаем и сразу передаем на пульт кардиологам.

Таня кивнула, процедура уже знакомая, а Ерофеев тихо добавил:

– Что увидишь или услышишь – без комментариев! Обсудим потом.

Она снова кивнула. Уже привыкла выполнять команды, а вопросы задавать позже.

Пока Таня снимала ЭКГ и передавала ее по телефону на пульт кардиологов, Ерофеев набрал ампулу обезболивающего и развел физраствором. Стажерка выслушала заключение специалистов и записала его на бумажку. Торопливо подсунула ее Ерофееву под нос. «Острый инфаркт миокарда нижней стенки левого желудочка». Саша кивнул.

– Дай мне набор для установки кубитального катетера, подготовь систему и пакет с физраствором, а больному в рот таблетку зилта и полтаблетки аспирина. Потом звони на центр и вызывай кардиологическую бригаду. Диагноз ты знаешь.

Таня бросилась выполнять, а Саша повернулся к мужчине:

– Постарайтесь как можно точнее сказать, сколько времени прошло с момента, как заболела спина?

Мужчина задумался.

– Часа два, наверное.

– А домой как дошли?

– Да нормально, с остановками, правда. Постою минутку, жжение успокоится – снова иду. Как разойдется – торможу. Я поэтому, как добрался, решил скорую вызвать.

Ерофеев достал из ящика нитроспрей.

– Рот откройте.

Брызнул одну дозу под язык. Пока мужчина определял изменения в ощущениях, установил ему в вену на руке катетер. Собрал и подключил капельницу.

– Ну как?

– Отпускает! – Мужчина зажмурился. – Отпускает! Уходит в ниточку… Это что было?

– Не было, а стало, – Ерофеев принялся медленно вводить препарат. – Инфаркт у вас – острый.

Мужчина недоверчиво посмотрел на фельдшера. Женщина опять что-то скептически каркнула за спиной, но скорее по инерции, чем из недоверия.

– Да ладно! Это точно?

– Точнее не бывает. На ЭКГ видно. А еще реакция на нитроглицерин подтвердила, боль очень необычная. Если бы это был грудной радикулит, вы б двигаться не могли от боли. А вы и до дома дошли, и ложились спокойно. Так что это жжение от сердца. От инфаркта.

– А чего ж я кони не двинул? – засомневался больной. – Инфаркт… Даже не верится.

– Ну, во-первых, все только начинается, – спокойно сказал Ерофеев. – Мы вызвали специальную бригаду, ведь нет