Золотистая пыль - Татьяна де Ронэ

Полин сосредоточилась на пятне, которое въелось в медовый ковролин, — похоже, оно было от варенья. Она старательно терла пятно и думала о Кендалле: ей все-таки удалось удержать его на расстоянии! Впервые за все это время! Но через секунду она с тяжелым сердцем призналась себе, что в следующий раз ей придется уступить. Он достанет презерватив и скажет с ласковой улыбкой, что не стоит повторять ошибки прошлого. Он был ее любовником и ее проклятием; она вновь и вновь подчинялась ему, не зная, как положить конец связи, отравлявшей ее жизнь.

— Здравствуй, Полин.

Перед ней стояла миссис Миллер в халате и с чашкой кофе в руках. Сегодня ее взгляд был гораздо живее, а глаза не такие красные. Она не наносила макияж, и волосы у нее по-прежнему были в ужасном состоянии, но улыбка — чудесная, неподражаемая! — не оставляла сомнений: перед Полин самая знаменитая на свете актриса, удивительная Мэрилин Монро.

Полин не смогла произнести ни слова, она вцепилась в губку и ковролин.

Миссис Миллер как будто ничего не заметила. Сказала, что рада ее видеть. Спросила, не забыла ли Полин о письме. Любовном письме на французском. Ведь только Полин могла ей помочь.

Напевая песенку, миссис Миллер открывала ящики письменного стола в поисках ручки и бумаги. Сейчас она была похожа на любопытную девочку, которая роется в папином столе. Она двигалась легко и изящно. Куда подевалась та бессильная, вялая женщина, которую Полин видела накануне?

— Наконец-то, — сказала миссис Миллер. — Давайте сядем вот за этот стол, чтобы вам удобнее было писать.

Полин надеялась, что письмо не отнимет много времени, так как уборки предстояло немало. Словно прочитав ее мысли, миссис Миллер сказала, что Полин может не беспокоиться о посуде: она помоет ее сама. Полин даже представить не может, сколько посуды она перемыла! В детстве она была чемпионкой по мытью посуды! Она займется посудой прямо сейчас, пока Полин устраивается за столом. Так они не потеряют ни минуты драгоценного времени!

Под растерянным взглядом Полин миссис Миллер нашла в тележке резиновые перчатки, надела их, отправилась на кухню и наполнила раковину мыльной водой. Полин очень хотелось себя ущипнуть. Расскажи она кому-нибудь, что видела сейчас, ей бы точно не поверили.

— Вы готовы, золотце?

— Да, миссис Миллер, — ответила Полин, взяв ручку.

Зазвонил телефон, как всегда резко и громко.

— О нет, — простонала миссис Миллер, громыхая тарелками и стаканами. — Это Пола. Если я возьму трубку, она продержит меня у телефона час и мы не успеем написать письмо.

Полин задавалась вопросом, кто такая Пола.

— Миссис Миллер, что, если я скажу ей, что вы в ванной?

— Вы умница, так и скажите!

Полин взяла трубку:

— Алло!

— Кто это? — спросил гнусавый женский голос.

— Горничная, мадам.

— Передайте, пожалуйста, трубку миссис Миллер.

— Миссис Миллер в ванной, мадам.

— Хорошо. По крайней мере, она встала. Это просто чудо! Скажите, чтобы она мне перезвонила.

— Я ей передам, мадам. А кому она должна перезвонить?

— Поле Страсберг.

Женщина повесила трубку.

— Это действительно Пола, — сказала Полин миссис Миллер, которая уже домывала посуду.

— Ну вот, теперь у нас есть не меньше получаса, — отозвалась миссис Миллер.

Они сели за стол рядом, так что их локти соприкасались. Кожа миссис Миллер как будто светилась, а на ее щеках Полин разглядела легкий белый пушок, похожий на тот, что бывает у спелых персиков.

— Я бы хотела начать с того, что мне его очень не хватает, — произнесла миссис Миллер. Полин постепенно привыкала к ее голосу с небольшим придыханием. — Я скучаю по нему днем и ночью. Постоянно думаю о нем… О его руках, прикасающихся ко мне… Его поцелуях… Его запахе… Его голосе… Чарующем голосе…

— Подождите. Не так быстро, пожалуйста, я не успеваю, — прервала ее Полин, продолжая сосредоточенно строчить.

Миссис Миллер извинилась. Она могла сказать по-французски «я люблю тебя», «дружба», «любовь» — и все. На этом ее познания заканчивались. Потом она перепишет письмо целиком, чтобы оно было написано ее почерком.

— Ну что? Продолжим? На чем мы остановились?

— На чарующем голосе.

Миссис Миллер встала, подошла к холодильнику, достала две маленькие бутылки шампанского, откупорила их и поставила на стол, одну перед Полин. Сделала несколько глотков и продолжала диктовать. Полин старательно записывала каждую ее фразу: как она тоскует без своего страстного любовника, как ей скучно в этой забытой богом дыре на съемках дурацкого фильма, еще и на невыносимой жаре. Она мечтает снова оказаться в их уютном бунгало, мечтает остаться там с ним наедине, грезит о его ласках. Ах, его рот, его полные губы, от воспоминания о них она теряет голову… губы, которые так проникновенно… нежно… страстно…

— А вы не хотите выпить глоток шампанского? Я ничего не скажу вашей ужасной миссис Джонс. Положитесь на меня.

Полин давно хотелось пить. Она собиралась ответить, что лучше встанет и нальет себе воды, но не решилась. В номере были только она и миссис Миллер, которая смотрела на Полин веселыми озорными глазами. Здесь не было никого, кто следил бы за ней, наставлял, ругал. Полин быстро сделала несколько глотков, холодные пузырьки щекотали горло.

— Замечательно, правда? — радостно воскликнула миссис Миллер.

Они снова принялись за письмо. Миссис Миллер открыла еще две бутылочки. Полин бросило в жар; чувственные фразы, произнесенные полушепотом, и шампанское кружили голову. Бежевые стены номера 614 стали покачиваться, словно от легкого ветерка, голова поплыла, но это не было неприятно. Полин больше не сопротивлялась, она не могла сопротивляться. Она словно видела все то, чего жаждала миссис Миллер от таинственного мужчины; она словно была с ними в комнате, пропитанной пьянящим ароматом любви, и ни один стон наслаждения, ни один страстный поцелуй не ускользнули от нее. Пальцы Полин дрожали, ручка казалась влажной.

— Прочтите, что у нас получилось, золотце.

Полин послушно прочла. Произнесенные на ее родном языке, фразы казались еще более жгучими и дерзкими, Полин чувствовала, что у нее вспыхнули щеки, но как ни странно, она не заикалась и даже ни разу не запнулась.

— Не поняла ни слова, но по вашим щекам вижу, что письмо подействует.

В дверь громко постучали. Миссис Миллер вздрогнула: это наверняка Пола. Полин нужно было срочно приниматься за работу. Миссис Миллер быстро сложила письмо и спрятала его в карман халата.

— Не знаю, как вас благодарить.

— Была рада помочь, миссис Миллер.

У Полин все еще кружилась голова, когда она взялась за пылесос. Миссис Миллер открыла дверь, и в гостиную