100 великих деятелей русской эмиграции - Полина Ребенина

Семья Савинковых была не менее революционной, чем семья Ульяновых. Отец Бориса, служивший товарищ прокурора окружного военного суда, был отправлен в отставку за либеральные взгляды, а закончил свои дни в психиатрической лечебнице. Старший брат Александр, революционер, покончил с собой в ссылке. Так или иначе с революционным движением были связаны младший брат Виктор и сестры Вера и София.

Уже в студенческие годы Савинков принимал участие в антиправительственных выступлениях, за что и был изгнан из Петербургского университета. С 1897 года началась череда арестов Бориса, которые поначалу не были длительными. В 1901 году Савинов был пропагандистом в петербургском отделении Союза борьбы за освобождение рабочего класса – организации, основанной Лениным. Одна из первых статей Бориса Савинкова под названием «Петербургское рабочее движение и практические задачи социал-демократов» получила лестную оценку Ленина, посчитавшего, что этот товарищ далеко пойдет.

Сбежав из ссылки за границу, он стал членом «Боевой организации социалистов-революционеров», руководителем которой был Азеф. Эсеры выбрали главным методом своей борьбы индивидуальный террор. Если не считать народовольцев, убивших Александра II, то члены эсеровской «Боевой организации» были самыми злостными террористами времен царской России.

Савинков участвовал в организации убийств министра внутренних дел Плеве, генерал-губернатора Москвы великого князя Сергея Александровича и в целом ряде других громких акций. Приложил руку Савинков и к убийству знаменитого священника Георгия Гапона, обвиненного в предательстве революции.

В 1906 году Борис Савинков с единомышленниками развернул охоту на командующего Черноморским флотом адмирала Григория Чухнина. Адмирал, утвердивший смертный приговор лейтенанту Шмидту, был убит на собственной даче. Вскоре Савинкова схватили и приговорили к смерти, но ему опять удалось бежать.

Разоблачение Азефа как агента охранки сильно ударило по авторитету «Боевой организации эсеров». Савинков до последнего не верил в предательство соратника и в эмиграции, где он оказался после побега, выступал в качестве защитника Азефа на партийном «суде чести». Вернуть к жизни «Боевую организацию» не удалось, и накануне русской революции, тоскуя по политической борьбе, Савинков в Париже в качестве журналиста описывал события на фронтах Первой мировой. В 1909 году написал книгу «Воспоминания террориста», в том же году опубликовал повесть «Конь бледный», в 1914-м – роман «То, чего не было». «Конь бледный», повесть с автобиографическими мотивами, выпущенная под псевдонимом В. Ропшин, стала самым известным произведением Савинкова-писателя.

Февральская революция и свержение монархии в России ознаменовало взлет Савинкова. Прибыв в апреле 1917 года в Петроград, он был назначен комиссаром Временного правительства в 7-й армии, а в июне – комиссаром Юго-Западного фронта. И здесь Савинков снова продемонстрировал свой жесткий радикализм. Выступая за лозунг «Война до победного конца», Савинков решил, что глава правительства Александр Керенский недостаточно тверд в его реализации. Савинков сблизился с представителями генералитета. Занимая пост товарища военного министра, он симпатизировал участникам выступления генерала Корнилова, и Керенский посчитал его одним из участников заговора. Савинков отрицал это, но подал в отставку, считая действия Временного правительства губительными. В октябре 1917 года он был исключен из партии эсеров.

Новый виток биографии Бориса Савинкова начался после Октябрьской революции. Он говорил так: «Октябрьский переворот не более как захват власти горстью людей, возможный только благодаря слабости и неразумию Керенского». Он с яростью пытался организовать контрпереворот, метался между различными антибольшевистскими силами, и в 1918 году при поддержке генералов Корнилова и Алексеева создал организацию Союз защиты Родины и свободы, готовившую вооруженное выступление.

Московская группа организации Савинкова была разгромлена, но в Ярославле, Рыбинске и Муроме ее членам летом 1918 года удалось поднять мятежи, с трудом подавленные большевиками. Савинков не верил в необратимость происходящего. В своем стремление к борьбе он на какое-то время даже оказался рядовым бойцом в отряде белого генерала Каппеля. Затем в качестве представителя антибольшевистских сил появился во Франции, где вел переговоры о помощи с представителями Антанты, в том числе лично с Уинстоном Черчиллем.

Позднее он обосновался в Польше под крылом ее лидера Юзефа Пилсудского. В ходе советско-польской войны Савинков участвовал в создании русских отрядов, воевавших на стороне Польши. Окончание советско-польской войны привело к тому, что из Польши Савинкова выслали.

Перебравшись в Лондон, он неожиданно вступил в переговоры с советским полпредом Леонидом Красиным. Полпред считал возможным сотрудничество советских властей со знаменитым террористом. Но тот поставил невыполнимые для большевиков условия – заговорил о ликвидации ЧК, признании частной собственности, ограничении влияния коммунистов. В противном случае, грозил Савинков, большевистская власть будет сметена восстаниями крестьян.

В чем-то он был прав, действительно в результате продналога и продразверстки повсюду начались восстания крестьян. Но они были жестоко подавлены большевиками, в том числе и с применением химического оружия. Ленин вынужден был ввести НЭП, который постепенно стал улучшать экономическое положение в стране.

Савинков решил вернуться к старой тактике, устраивая теракты на территории РСФСР. Чтобы его обезвредить, Контрразведывательный отдел при НКВД РСФСР провел операцию под кодовым названием «Синдикат–2». Савинкова убедили в существовании в России разветвленной антибольшевистской организации «Либеральные демократы», которая якобы искала связей со знаменитым террористом.

Савинков поверил и в августе 1924 года перешел границу СССР для встречи с соратниками. Он тут же был арестован в Минске. Буквально через несколько дней в Москве начался показательный процесс над Савинковым.

Процесс над Б.В. Савинковым (стоит крайний слева). 1924 г.

На процессе он заявил: «Я, Борис Савинков, бывший член боевой организации ПСР, друг и товарищ Егора Сазонова и Ивана Каляева, участник убийства Плеве и вел. кн. Сергея Александровича, участник многих других терактов, человек, всю жизнь работавший только для народа и во имя его, обвиняюсь ныне рабоче-крестьянской властью в том, что шел против русских рабочих и крестьян с оружием в руках… Я имею мужество открыто сказать, что моя упорная, длительная, не на живот, а на смерть, всеми доступными мне средствами борьба не дала результатов. Раз это так, значит, русский народ был не с нами, а с РКП. И говорю еще раз: плох или хорош русский народ, заблуждается он или нет, я, русский, подчиняюсь ему. Судите меня, как хотите».

29 августа 1924 года Военная коллегия Верховного Суда СССР приговорила его к расстрелу. Однако Президиум ЦИК смягчил приговор, заменив его на 10 лет лишения свободы.

Савинкова содержали во внутренней тюрьме ОГПУ на Лубянке, причем в исключительных условиях – на стенах его камер висели ковры, заключенному была предоставлена хорошая мебель, он встречался с близкой ему женщиной.

В обращении к Дзержинскому Савинков сообщал о желании работать на советскую власть и просил об освобождении или… о расстреле.

7 мая 1925 года в сопровождении чекистов Савинков