Knigi-for.me

Сергей Прокофьев. Музыка моего сердца - Евгений Александрович Тростин

Тут можно читать бесплатно Сергей Прокофьев. Музыка моего сердца - Евгений Александрович Тростин. Жанр: Биографии и Мемуары издательство , год . Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте knigi-for.me (knigi for me) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
библиотеке Консерватории. Я начал играть и выбирать места, Глаголева слушала. Вскоре наткнулись на шествие в первом действии. Глаголева пришла в восторг и от музыки, и от моего исполнения: как, помилуйте, с места прямо – и так хорошо! Эту музыку ей и надобно, и никто иной не должен аккомпанировать кроме меня. Я отвечал – нет. Глаголева стала упрашивать, справилась о моём имени и отчестве и т. д. Ведь только четыре репетиции по полтора часа на Петербургской стороне!

– Перекреститесь, у меня шахматный конгресс на днях начинается! – я остался непреклонен.

– Ну, придите хоть в воскресенье – мы втроём с моим партнёром обсудим, что и как будем танцевать!

Я опять остался непреклонен. Мне было приятно перечить этой красавице, которой всё исполняют по одному её мановению.

– У меня хронический насморк, мне нельзя на Петербургскую сторону. Вот придёте в понедельник на урок, я тоже буду – приводите вашего партнёра, мы и разберёмся!

Глаголева согласилась – на том и порешили.

31 января

М. П. Корсак пригласила к себе одновременно меня и Рузского и таким образом познакомила нас. Я сыграл ему свою Симфонию, которая ему понравилась, особенно две последние части, найденные очень оригинальными, и он сказал, что может поговорить с Глазуновым, а кроме того, не лишне познакомить меня с известным критиком Оссовским и с Александром Зилоти. Через три дня на концерте Беляева это знакомство было сделано (оба очень милые) и решено, что на днях они все послушают мою детку. Но вот уже две недели, а нет ни слуху ни духу. Глазунов же с третьего января в течение трёх недель пил comme un trou, и только дня четыре как оправился от своей ужасной болезни. Я, встретив его в Консерватории, сразу атаковал храбрыми словами: «Когда же, Александр Константинович, сыграют мою симфонию?» Глазунов пробурчал себе что-то под нос и затем стал говорить, по обыкновению тихо и неясно, и совсем не то, что мне было нужно. Затем незаметно переехали на «Экстаз» Скрябина. Однако я настойчиво переехал обратно к своему вопросу. Наконец Глазунов сказал:

– Обратитесь к Н. Н. Черепннну и покажите ему свою симфонию, – что он скажет. Можно – так и сыграем.

Я обратился к Черепнину, подъехав очень мягко. Мол, позвольте показать вам симфонию, я её уже показывал Глазунову, и он сказал, что важно знать ваше мнение. Черепнин был в высшей степени любезен, выслушал симфонию и произрёк свой суд:

– Если бы эта симфония была бы вроде обыкновенной ученической работы, как, например, «Цыгане» Галковского или Симфония Лембы, то я непременно настаивал бы на её исполнении. Но эта вещь переходит границы обыкновенной ученической работы, она слишком сложна гармонически для нашего оркестра, и он её не сыграет. Вы убежите с первой же репетиции. Кроме того, в этом году ученических концертов, кажется, и не будет. Устройте в каком-нибудь другом оркестре – это будет очень хорошо, я этому сочувствую и постараюсь помочь, чем могу.

Подошедший в это время Глазунов сказал, что он в конце февраля устроит симфонию в Придворном оркестре и чтобы я дал её расписывать на партии.

Итак, дело устроено. Но я не удовлетворён. Это – самые неизвестные концерты, которые существуют, да ещё в подлейшем зале. А жаль, что я уже перешагнул консерваторский оркестр!.. Теперь симфония расписывается на партии.

4 февраля

Глаголеву встречаю в Консерватории аккуратно по понедельникам и четвергам. История с ассирийскими танцами мало-помалу развивается. У Глаголевых седьмого будет костюмированный вечер, на этом вечере она и выступит. Глаголева стала настойчиво упрашивать, чтобы я проаккомпанировал эти танцы.

Я сначала совершенно искренне отказывался – просто лень было, но в конце концов согласился.

Начали репетировать. Первый раз – в Консерватории, по моему настоянию. Она привела своего партнёра, Б. Е. Петри, милого молодого человека, и мы подробно установили музыку и чуть-чуть наметили па. Вчера состоялась настоящая репетиция у неё в училище. Мы премило провозились с девяти до половины двенадцатого, причём сначала изобретала па она одна, затем вместе с Петри, наконец все мы втроём. Начало выходить довольно недурно.

Кстати, мне в Глаголевой что-то, не знаю ещё что, начинает сильно не нравиться. А к красоте её я уже пригляделся.

Теперь к другому. Тридцатого января Захаров выступал на ученическом вечере, сыграл хорошо, но для него можно было лучше. На вечере были и m-me и m-lle Алперс, и обе усиленно звали меня к ним в воскресенье.

– К несчастью, у меня открытие шахматного конгресса ровно в восемь часов!

– А вы приходите после конгресса.

– Всё, что могу, сделаю.

С этими словами я спокойно решил не идти и распростился с ними. Однако минут через десять меня вдруг сильно туда потянуло. И в воскресенье, как только заседание стало менее интересно, в начале одиннадцатого часа я сел на извозчика и отправился к ним на 6-ю роту. На мой звонок открыл дверь старший брат, затем выскочила Верочка и меньшой братишка, словом, вся троица.

Время проводили неопределённо: отчасти за роялем (Верочка пела тихеньким голосочком), пробовали танцевать и т. д. – в общем, приятно. Очаровательна m-me Алперс (как её зовут – ей-богу, не знаю) с её поразительной мягкостью, её глазами и зубами. Все были очень любезны. Когда Бессонова обращалась ко мне – «Сергей Сергеевич…», Алперс возражала: «Ах, как вы торжественно!» – и сама меня несколько раз называла по имени. «Серёжа», очевидно, ей очень нравилось. Я почему-то сделал вид, что не обратил на это внимания, тонируя и продолжая её звать Верой Владимировной. А мне у них очень нравится; просили бывать так, запросто.

1 марта

Глазунов рёк – и свершилось. Двадцать третьего февраля в Придворном оркестре играли мою симфонию. Правда, это была закрытая репетиция – Глазунов, кажется, против публичного исполнения моей симфонии, он боится, чтобы это мне не повредило. Уж не знаю, право, как это может мне повредить. Либо не хочет, чтобы я в несовершенном виде перед публикой появлялся, либо не хочет меня портить преждевременным исполнением вещей. Чёрт его знает, но мне от этого не легче. Едва успел Кек мне переписать партии и содрать с меня 54 рубля, едва успел я прокорректировать эти пятьсот страниц (что, положим, с помощью Мясковского и даже мамы было не особенно трудно), как настал день исполнения.

За несколько дней встречаю Глазунова:

– Александр Константинович, может, мне снести партитуру дня за два Варлиху?

– Ну, снесите.

– Александр Константинович, может, мне лучше самому проиграть её Варлиху?

– Ну, проиграйте.

– Александр Константинович, может, вы будете так


Евгений Александрович Тростин читать все книги автора по порядку

Евгений Александрович Тростин - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки kniga-for.me.