Ричард Коул - Лестница в небеса: Led Zeppelin без цензуры

На следующий день, во время концерта Бонзо ненадолго вышел со сцены и сказал:

— Ты не поверишь, Ричард. Девушка с говняной туфлей сидит в третьем ряду. Надеюсь, она не бросит ею в меня.

После концерта, когда мы залезали в лимузины, вдруг откуда ни возьмись, появилась та брюнетка и побежала к машинам.

— Блин, только этого нам не хватало! — пробормотал я.

Охранник схватил её в нескольких метрах от первого лимузина. Она кричала нам:

— Помнишь меня? Ты вчера насрал мне в туфель! Я хотела поблагодарить тебя за прекрасную ночь!

Никогда не знаешь, что может сделать людей счастливыми.

И хотя мы нечасто рисковали высовывать нос, в этих гастролях по Америке без происшествий не обошлось. Чаще, чем раньше, мы получили шквал с угрозами смерти. Даже в ранние дни иногда нам угрожали, но по наивности мы не обращали внимания. Однако, к 1971 году угрозы поступали каждую неделю. В Чикаго промоутеру позвонили по телефону и сказали:

— Кто-то из аудитории застрелит Джимми сегодня на концерте.

В Детройте на ресепшн подбросили наспех накарябанную записку:

— Двое членов Led Zeppelin не выберутся из Детройта живыми!

Может быть, какие-то чокнутые прикалывались над нами. Но я знал, что не нужно испытывать судьбу, чтобы какой-нибудь возбуждённый идиот реально прицелился в музыканта. Мы всегда сообщали полиции об угрозах, в некоторых городах нанимали дополнительную охрану. Но мы с Питером никогда не были полностью уверены, что этого достаточно. И когда мы выходили из отеля, я становился параноиком, опасаясь, как бы чего не произошло.

К счастью, гастроли прошли без инцидентов. Наверно, такие вещи — это цена славы. Но доставало конкретно.

Сами музыканты относились проще к безопасности, чем я. Мне они даже выговаривали, если видели меня или охрану, избивающих кого-нибудь в аудитории.

— Чёрт, Ричард, полегче, — сказал мне Роберт, когда я отделал одного фаната в Миннеаполисе.

Но Питер и я решили, что никогда не будем недооценивать этих сумасшедших, мало ли что им придёт в голову.

— Ты делаешь свою работу, а я свою, — ответил я Роберту. — Многие фэны обдолбаны, они непредсказуемы. Нравится тебе или нет, я буду агрессивным, если надо.

К началу семидесятых в наших контрактах с каждым промоутером было указано, что заградительные барьеры должны быть установлены перед сценой. Без них мы никогда не выходили, но временами барьеры не соответствовали нашим требованиям, и фэны могли достать сцену, просто нагнувшись.

Американский тур 1971 года закончился двумя концертами в Гонолулу. Мы сняли то же поместье на Даймонд Хэд, в котором жили в 1969-м. Но в этот раз Джимми настоял, чтобы дом отдали ему. Остальные члены группы решили пригласить жён, а Джимми — единственный неженатый участник, — посчитал, что присутствие жён не должно препятствовать сексуальным утехам.

И остальные заселились в Хилтон. Некоторые члены дорожной бригады были немного расстроены, они слышали о классе дома на вершине горы. Но Хилтон оказался недурён. Мы остановились в номерах многоэтажного здания, с восхитительным видом на Тихий океан. Мы также по полной воспользовались сервисом отеля, и к концу четырёхдневной остановки буквально осушили запасы алкоголя. Это мне помогло немного расслабиться и не так сильно волноваться по поводу безопасности.

Днём Питер, Бонзо и я вернулись с пляжа и сидели на балконе моего номера, планируя, как провести остаток дня. Джонни Ларк, член бригады, в чьи обязанности входило снабжение нас провиантом, вошёл в номер и спросил, не нужно ли нам чего-нибудь.

— Ларк, — сказал Бонэм. — Мы тут торчим почти сутки и ещё ничего не натворили.

Бонзо не изменился, если выдавался шанс создать маленький раздрай или попасть в передрягу, они его не упустит.

— Чем тут можно заняться?

— Ну, экзотические напитки хороши, — ответил Джонни.

— Какие у них есть? — спросил Питер.

Джонни взял меню и передал его Питеру, тот быстро просмотрел и произнёс:

— Долго читать эту хрень. Ларк, пусть нам принесут каждого по четыре напитка. Можешь к нам присоединиться.

Через двадцать пять минут официанты толкали тележки в наш номер. Алкоголя хватило бы, чтобы нейтрализовать чувства всех загорающих на пляже Вайкики. В тележке были сотни напитков, и мы атаковали их, один за другим. Ни один не пропустили. Остаток дня прошёл в дымке, после дегустации май-тая, гавайских хайболлов, зелёных драконов и вайкики вауи. После всего стресса американского тура, я был счастлив погрузиться в объятья тумана.

После этого мы снимали на фотоаппарат Джонси. Осталось несколько кадров на плёнке, выпивка покорёжила наши мыслительные способности. И Бонзо предложил:

— Давайте снимем наши члены. Гавайи должны нам чем-то запомниться.

Сказано — сделано. Джонси, Бонэм, Плант и я по очереди позировали перед камерой. Общий план. Крупный план. Пара панорамных снимков. Было весело, мы смеялись до колик в животе. Бонэм ещё подумал, что мы можем немного заработать, если продадим фотки журналу National Enquirer (крупнейший таблоид США — прим. пер.), но здравый смысл победил.

В том же году у Джона Пола дома проходила вечеринка. Джонси вытащил гавайские слайды, начисто забыв о «фотографиях членов группы». Он показал около дюжины фотографий с пляжа, несколько снимков у бассейна. И вдруг на большом экране показались фотографии членов. Родня Джона Пола замерла, когда по-настоящему взглянула на жизнь Led Zeppelin.

На следующий день Мо Джонс позвонила Морин Плант:

— Да, я видела гавайские фотографии твоего мужа вчера вечером. Такие милые!

В начале существования группы Джимми Пейдж и Роберт Плант установили амбициозную цель — выступить в каждой стране мира.

Роберт любил путешествовать и посещать экзотические места. Он хотел увидеть всё и везде. Если не с группой, так самостоятельно. Но Led Zeppelin предоставляли ему идеальную возможность объехать земной шар.

Джимми тоже питал страсть к путешествиям. Но в отличие от Роберта, он не был связан семейными узами, удерживающими человека дома. В частности, Джимми привлекал Дальний Восток, благодаря увеличивающемуся интересу к восточной философии и мистицизму. Он хотел впитать восточную культуру из первых рук и в то же время познакомить эти страны с рок-н-роллом.

Джон Бонэм и Джон Пол Джонс не были в восторге от путешествий. Они комфортнее чувствовали себя дома, проводя время с семьями, вместо болтания по аэропортам и отелям. На самом деле, когда речь заходила о семьях, проявлялась мягкая сторона Бонзо и Джонси. Особенно у Бонзо, что удивляло многих. На гастролях он вёл себя иногда как чокнутый, но его жена Пэт придавала стабильности и была той спокойной гаванью, в которой он мог быть просто Джоном Бонэмом. Многие люди никогда не видели теплоты от Бонзо, думаю, это одна из самых ценных черт характера Бонэма.