Карибская герилья. Крестовый поход против диктаторов - Дмитрий Костенко

Появилась у добровольцев и своя авиация: там же, в Америке, были приобретены восемь старых боевых бомбардировщиков — пять Р-38 и три Р-5. Кроме того, на деньги, полученные от гаитянского президента, купили еще два транспортных «Дугласа» DC-3. Для перевозок грузов боеприпасов и оружия (а также для обучения новых пилотов) доминиканскими повстанцами была создана собственная воздушно-транспортная компания Aerovias Cubana-Norte Americanas (ACNA). Одним из ее заданий стала переброска из Аргентины в Гватемалу, а оттуда на Кубу тысячи винтовок «Маузер», купленных у аргентинской армии для гватемальской. Причем и Хуан Доминго Перрон, и Хуан Хосе Аревало были прекрасно осведомлены о том, кому и на какие цели предназначалось это стрелковое оружие.

Администрация президента от партии аутентиков Рамона Грау Сан-Мартина тоже симпатизировала проекту и выделила для формирования отряда островок в территориальных водах Кубы под названием Кайо Конфитес. Там шла подготовка бойцов и формирование подразделений будущих сил вторжения. Помимо главнокомандующего Хуана Родригеса, командный состав сил вторжения состоял из генерала Фелисиано Мадерне, подполковника Роландо Масферрера, подполковника Эуфемио Фернандеса и подполковника Хорхе Рива.

Однако приготовления такого масштаба не могли остаться незамеченными в самой Доминикане. Сперва обеспокоенный Трухильо обратился с официальным запросом к кубинскому президенту: «Мне стало известно, что на вашей территории готовится вторжение в нашу страну, прошу принять меры». Но Грау Сан-Мартин не удостоил посланцев доминиканского диктатора каким-либо внятным ответом. Тогда изворотливый политический долгожитель нашел другой способ обезопасить себя от революционной интервенции — он попросту подкупил главнокомандующего кубинской армии Геновево Переса Дамера и главу местной полиции полковника Фабио Руиса Рохаса.

В итоге, когда 21 сентября 1947 года два первых корабля — «Призрак» и «Антонио Масео» — покинули Кайо Конфитес и направились в сторону острова Гаити, их еще в территориальных водах Кубы задержали суда береговой охраны. Военные моряки отправили бойцов для разбирательства в военный лагерь Коломия в Гаване. 23-летний Фидель и несколько его товарищей избежали ареста, прыгнув за борт и доплыв до берега.

Хуан Бош сумел добиться освобождения задержанных, объявив голодовку. А гватемальский президент Аревало смог вернуть оружие и часть авиапарка повстанцев, заявив, что все это — имущество гватемальской армии. Экспедиция закончилась неудачей, но инцидент у Кайо Конфитес дал импульс рождению новой международной структуры.

Стало понятно, что дело борьбы за демократию имеет сотни приверженцев, готовых пожертвовать своей жизнью, а недавно сбросившие ярмо диктатуры страны согласны поддержать борцов за свободу деньгами и оружием.

16 декабря 1947 года участники незадавшейся экспедиции против Трухильо и те, кто помогал в реализации этого проекта, собрались на конференции в Сьюдад Гватемала, итогом которой стало подписание «Карибского пакта». Своей целью стороны, подписавшие пакт, провозгласили уничтожение диктаторских режимов в странах Центральной Америки и региона Карибского бассейна, а конечной перспективой — возрождение существовавшей в 1823–1839 годах Центральноамериканской республики, созданной Франсиско Морасаном — видным патриотом, в разные годы занимавшим посты президента Гондураса, Сальвадора и Коста-Рики.

В новое время страны, завоевавшие демократию, предполагалось объединить в «Демократический Карибский альянс». Эта конфедерация сохраняющих свою независимость национальных государств должна была помогать своим членам совместно решать вопросы обороны, развития промышленности, проведения аграрных реформ, защищать интересы трудящихся от реакционной олигархии и строить в регионе новый порядок без насилия, принуждения и эксплуатации.

Но прежде следовало одолеть три остававшиеся в регионе диктаторских режима — в Никарагуа, Доминиканской республике и Коста-Рике. Свергнуть их предполагалось не путем организации мирных протестов в пользу свободных выборов и не с помощью привычных военных переворотов, а поднимая народ на всеобщее вооруженное восстание, детонатором которого должно было послужить вторжение международных добровольческих сил, созданных на этой конференции. С легкой руки репортера американского журнала Time они получили название «Карибский легион». Его основой стал незадачливый отряд вторжения, а главнокомандующим «Хуансито» Родригес. На идеологию «легиона» сильно повлиял опыт европейского Движения Сопротивления, а также опыт борьбы республиканцев в годы Гражданской войны в Испании. Даже униформа «легиона» напоминала форму бойцов армии Испанской республики. В то же время из лево-демократических идейных течений собственно Латинской Америки получился самый настоящий коктейль: в «легионе» участвовали перуанские апристы (Мануэль Сеоане, Виктор Рауль Айя де ла Торре) и революционные националисты Доминиканы (Хуан Бош), гватемальские «духовные социалисты» — последователи Хуана Хосе Аревало, колумбийские левые либералы Хорхе Гайтана и венесуэльские сторонники местного варианта социал-демократии во главе с Ромуло Бетанкуром. (Всех их объединяла принадлежность к масонам. У нас о масонах говорят, как правило, сторонники «теории заговора». Но для Латинской Америки масонство является фактором реальной политики. Вся история XIX века прошла под знаком противостояния консерваторов, представлявших интересы олигархии, консервативной части католического клира, Opus Dei и иезуитов с одной стороны и сторонников свободомыслия и прогресса, антиклерикалов и поборников демократии — либералов и радикалов, которые были масонами, — с другой.)

От имени Гватемалы «Карибский пакт» подписал президент республики Хуан Хосе Аревало, от имени народа Доминиканской республики — Хуан Родригес, от Никарагуа подписи под пактом поставили члены делегации политиков от Консервативной и Независимой либеральной партий, боровшихся против всевластия клана Сомоса, — Эмилиано Чаморро, Густаво Мансанарес, Педро Хосе Сепеда и Росендо Аргуэльо, от имени Коста-Рики — Хосе Фигерас. Именно последний подписант стал инициатором единственной удачной кампании «легиона».

Однако пока продолжим рассказ о неудачах борцов за свободу в Доминиканской республике. Сразу после подписания «Карибского пакта» на территории Гватемалы при полной поддержке президента этой страны Хосе Аревало началась подготовка к новому вторжению в Доминиканскую республику с целью свержения диктатуры Рафаэля Леонидаса Трухильо, диктатора, которого Марио Варгас Льоса мастерски описал в сатирическом романе «Козлиная песнь».

После окончания в 1948 году Гражданской войны в Коста-Рике взявшая в стране власть временная хунта также начала оказывать поддержку освободительным проектам доминиканских оппозиционеров — ведь член «Карибского легиона» Мигель Рамирес был начальником штаба костариканской Повстанческой армии.

На этот раз вторжение было решено осуществлять не с моря, а с воздуха. Для этого в Мексике была зарегистрирована подставная авиакомпания «Rutas Aereas Mexicanas, Sociedad», от имени которой Хуан Родригес закупил в США для готовящейся военной экспедиции 7 самолетов — Irtiss C-46 Commando, Douglas ЮС-3, две летающие лодки Catalina, Lockheed Hudson и Anson V. Предполагалось, что на вместительном Douglas ЮС-3 полетит основной контингент вторжения под командованием самого «дона Хуансито» — 37 бойцов. В их числе был, например, Эуфемио Фернандес, бывший глава тайной полиции Кубы при президенте-аутентике Карлосе Прио. Второй Douglas 47 под командованием Мигеля Рамиреса