Мифы и легенды Румынии - Наталья Георгиевна Осояну
Странный ангел никак не связан с апостолом Андреем; это явно не христианский персонаж. Но откуда же он взялся? Первым делом, конечно, вспоминается древнегреческий титан Атлас, державший на плечах небесный свод, и даже имя выглядит похожим. Однако известнейший румынский филолог Б. П. Хашдеу считал, что предание имеет вовсе не древнегреческие, а богомильские — и манихейские — корни. Он также признавал, что мы не знаем, как аналогичного титана, демона или ангела звали персы — Андра? Андар?[13]
В манихейской космогонии действительно существует титан, подпирающий если не всю Вселенную, то ее значимую часть: «Атлас (Манбед, Mānbed) — божество, которое стоит на пятой земле и держит восемь миров на своих плечах»[14]. Миф о держателе миров мог проникнуть на территорию современной Румынии через богомилов, но мы вряд ли когда-нибудь поймем, как и почему он смешался с мифом о ныряльщике за землей, прежде чем подвергнуться христианизации.
Отметим также, что Б. П. Хашдеу писал о богомилах как продолжателях армянских павликиан и их влиянии на румынскую мифологию, фольклор и народную литературу в своем труде Cuvinte din bătrâni («Слова стародавние»). Он указал, что земли нынешней Румынии оказались под воздействием этого еретического вероучения примерно в тот же период, когда оно пустило корни в Болгарии. Он привел в обоснование своей позиции несколько доводов историко-географического характера, включая один неочевидный, но достаточно любопытный:
Известно, что павликиане особо почитали апостола Павла, считая себя прямыми последователями самого либерального из учеников Христа. Они назывались «христианами святого Павла», откуда — вероятно — и произошло именование «павликиане».
Но ведь на это претендовали и румыны вплоть до XVI века и даже позднее, хотя в остальном их религиозные обыкновения казались вполне ортодоксальными.
В 1527 году приехавший в Молдову трансильванский сакс Георг фон Райхерсторфер, посол венгерского короля Фердинанда, узнал, что здешние жители верят, будто сохранили в неприкосновенности не какую-нибудь христианскую религию, а именно ту, которую проповедовал святой Павел: «Gens ista Moldavica — S. Pauli, ut ipsi volunt, religionem hactenus iam inde ab initio non sine summa veneratione et pietate coluit»[15].
Схожим образом в 1536 году один молдавский боярин убеждал немецкого дипломата, что Петру-Водэ Рареш исповедует христианство по заветам Sancti Pauli[16].
До 1699 года кое-какие жители Трансильвании ставили апостола Павла выше прочих святых, а у саксов и поныне бытует насмешливое присловье: «Er hat sie verlassen, wie Sanct-Paul die Bloch»[17].
Нельзя ли считать необыкновенное усердие, с которым почитали великого апостола народов, — даром что сие усердие можно объяснить по-разному, — реликтом, оставшимся со времен существования в Траяновой Дакии павликианства?[18]
Однозначно ответить на вопрос, заданный Б. П. Хашдеу, мы не можем, но сама его постановка будит воображение. Так или иначе, редкие богомильские (или павликианские?) реликты в румынском фольклоре действительно присутствуют, что подтверждает миф об «ангеле Андрее».
Камни и песок (из собрания Е. Никулицэ-Воронки)[19]
Камень сотворил черт — злился, что род людской ему не достался; и поскольку не вышло с людьми так, как он хотел, то решил нечистый превратить всю землю в камень, чтобы на ней ничего не росло, чтобы людям нечего было есть. Песок — это ведь семя, из которого произрастают камни, и черт посеял его всюду. Но Господь благословил песок, и тот остался таким, каким был.
Скалы на реке Прут (из собрания Е. Никулицэ-Воронки)[20]
Как-то ночью черт из вредности решил перегородить русло Прута и начал закидывать его камнями, чтобы утонуло побольше народу. Но Господь сделал так, что раньше времени запел петух, и камни попадали рядом с рекой, а люди уцелели. Те скалы и сегодня можно увидеть в Штефэнешти в Молдове.
Известняковая скала вблизи села Фетешти, Единецкий район, Республика Молдова.
Avereanu / Wikimedia Commons
«Скалы» на Пруту сотворили черти. Внутри там сидит чертовка, а при ней много денег. Если бы петух не запел, черти бы все вокруг затопили. Господь чертей проклял, и они сами превратились в скалы.
Скалы на Пруту (Stâncile de pe Prut), они же Припрутские толтры, — реально существующий и весьма любопытный геологический объект: длинная и живописная гряда холмов характерной формы, представляющая собой древний коралловый риф, образовавшийся более десяти миллионов лет назад, когда эта территория была дном Сарматского моря.
Земля, съеденная дьяволом (из собрания Е. Никулицэ-Воронки)[21]
Когда Господь творил мир, он послал дьявола принести земли во имя свое, но нечистый брал эту землю и съедал, снова и снова. Потом, как мы все знаем, Господь сотворил твердь и прилег отдохнуть. А черт принялся толкать его на край, и твердь под Господом ширилась, но точно так же разрасталась земля в животе у нечистого — та самая, которую он проглотил, — и стало этой земли так много, что он едва не лопнул. Тогда Господь сделал так, что черта вырвало землей, и с той поры появились горы.
Горы Рарэу (из собрания Е. Никулицэ-Воронки)[22]
Говорят, когда-то черти уносили людей в ад еще живыми. Сжалился над людьми Господь и положил этому конец. Тогда спросил его главный черт:
Пятра-Шоймулуй (Камень сокола). Горы Рарэу. Фото Țetcu Mircea Rareș.
Țetcu Mircea Rareș / Wikimedia Commons
— Чем же мы теперь наполним ад?
— Горами Рарэу, — был ответ.
И с той поры на горах Рарэу трава не растет; они пламенем обожжены и, когда настанет час, попадут прямиком в ад.
Мифы о движении светил
Дни недели (из собрания Е. Никулицэ-Воронки)[23]
Люди, которых сотворил Господь, начали делать детей, и каждый день у них рождался новый ребенок, ибо так задумал Господь — хотел он, чтобы возникли дни недели. И в первый день на свет появилась Думиника (Воскресенье), девушка; потом Лунь (Понедельник), мужчина; Марць (Вторник) опять был мужчиной, а Мьеркуря (Среда) — женщиной; Жой (Четверг) — мужчиной, а Винеря (Пятница) — еще одной женщиной, как и Сымбэта (Суббота); и все это ради того, чтобы у людей были святые, то есть дни недели.
«Господи, — говорили эти люди, — очень трудно нам живется, потому что тьма царит повсюду; как бы сделать так, чтобы мы хоть что-то видели?» — «Это можно, — отвечал Господь, — только вот я