Документальные книги читать бесплатно и без регистрации

От каждой страницы этой книги перехватывает дух: перед вами исчерпывающая и непомерно кровавая история наркоторговли — от опиумных войн и ассасинов до даркнета и легалайза.

Отсидев полтора года в лондонской тюрьме, бывший драгдилер русского происхождения Нико Воробьев выходит на свободу с твердым намерением узнать, как устроена война с наркотиками и почему миллионы людей, несмотря на риск, оказываются по ту сторону закона — и откуда эти самые законы взялись. Он отправляется в кругосветное путешествие — Колумбия, Мексика, Россия, США, Италия, Китай, Афганистан, Филиппины, Чили, Япония, Нидерланды, Великобритания, — чтобы поговорить с сотнями вовлеченных в теневую экономику людей. Вместе с Воробьевым читатель побывает дома у брата Эль Чапо, доберется до ямайских бандитов, коррумпированных иранских полицейских, афганских крестьян, якудза и узнает все о работе сотрудников национальных и международных структур, борющихся с оборотом запрещенных веществ.

Зовите его Нарко Поло. И добро пожаловать в мир под кайфом.

(=^..^=)Перевод рыбок-фрагментов, уплывших в тёмность отцензурированного издания, выполнили ChatGPT 6 Pro. Это НЕ найденный первоначальный издательский перевод и НЕ авторизованная редакция перевода Воробьёвой. Мяу-мяу.
 
Ниже мы оставили разное, если захочется углубиться в детали правок.
 
 
КОРОТКОСТЬ
1. Восстановлена одна подтверждённая цензурная купюра в главе 36 «Паника в Нидл-парке». Место купюры удалось точно локализовать по текстовому шву. Вставка снабжена отдельной пояснительной сноской.
2. Дополнительно восстановлены три немаркированных пропуска основного текста: в главах 2, 21 и 32. Они снабжены тремя отдельными пояснительными сносками и не объявляются цензурными.
3. Восстановлены три полностью отсутствовавших авторских примечания: два в главе 30 и одно в главе 34. Английский оригинал помещён непосредственно внутри восстановленной сноски; вложенных сносок не создавалось.
4. Исправлены три локальные ошибки перевода/текста: имя Педро в главе 36, реплика «у вас / у нас» и ошибочный перевод dirty narcs в главе 32.
5. Всего добавлено 7 номерных примечаний. В итоговом файле 108 сносок вместо исходных 101. Все старые примечания сохранены, а нумерация перестроена по порядку появления ссылок в основном тексте.
 
 
ИСХОДНЫЕ ФАЙЛЫ
Основа русского текста: перевод Евгении Воробьёвой, «Мир под кайфом. Вся правда о международном наркобизнесе» (Individuum, 2021) [взяли тут, с флибусты].
Основной английский текст для сверки: Niko Vorobyov, Dopeworld: Adventures in Drug Lands (Hodder & Stoughton, 2020, paperback edition; впервые опубликовано Hodder & Stoughton в 2019 году) [отсканирована Internet Archive].
Дополнительный английский текст для сопоставления редакций: Dopeworld: Adventures in the Global Drug Trade [взяли с z-lib]. Он оказался полезен для обнаружения расхождений между разными редакциями книги, но крупные редакционные различия автоматически в русский текст не переносились.
 
 
НЕМНОГО О ВСТАВКАХ
Перевод восстановленных фрагментов выполнялся Солью (ChatGPT 6 Pro) и перечитывался мной (человеком) и Андерсоном (котом). Окружающий опубликованный русский текст не переписывался. Для подтверждённой цензурной купюры использован согласованный нами шаблон: «В русскоязычном издании этот фрагмент был опущен из-за неуютов цензуры. В оригинале: „…“». Для немаркированных пропусков: «В русскоязычном издании этот фрагмент был опущен. Причина пропуска не установлена. В оригинале: „…“». Полностью отсутствовавшие авторские примечания восстановлены непосредственно как авторские сноски: сначала дан их русский перевод, а затем в той же сноске указано, что примечание отсутствовало в русскоязычном издании, и приведён оригинал на английском. Дополнительных вложенных ссылок не создавалось.
Крупные различия между английскими редакциями не считались автоматически пропусками. Если русский текст явно происходил из иной редакции, существующий вариант сохранялся.
Исторические оценки, терминология, цифры, авторские утверждения и прочие спорные места НЕ подвергались фактологической корректировке. За исключением перечисленных ниже локальных ошибок, опубликованный русский перевод НЕ редактировался.
 
 
ГДЕ БЫЛА ПОДТВЕРЖДЁННАЯ ЦЕНЗУРНАЯ КУПЮРА
Глава 36. «Паника в Нидл-парке» — 1 фрагмент.
В русском .fb2 после слов «выливает в ведро» осталось характерное место склейки перед продолжением «, и получится высококачественный мексиканский бурый героин».
 
 
СПИСОК ВОССТАНОВЛЕННЫХ ЦЕНЗУРНЫХ ФРАГМЕНТОВ
Номера далее — уже итоговые номера сносок.
 
Сноска 105. Глава 36. Педро: изготовление героина
Вставлено: бутылку уксусного ангидрида и помешивает смесь, пока коричневая жижа не превращается в нечто вроде клюквенного сока. Затем он снимает ведро с плиты и мешает содержимое ножом, пока не получается твердая паста. Это морфин, который затем очищают еще одной порцией ангидрида
Английский: a bottle of acetic anhydride, stirring the mixture till it turned from a brown sludge to a kind of cranberry juice. Then he took the bucket off the stove and began stirring it with a knife until it formed a solid paste. This is morphine, which will be purified with more anhydride
Существующее продолжение русского предложения — «, и получится высококачественный мексиканский бурый героин» — сохранено.
 
 
НЕМАРКИРОВАННЫЕ ПРОПУСКИ
Причина этих сокращений не установлена; цензурными они не помечаются.
 
Сноска 6. Глава 2. Погоня после рейва
Вставлено: Пора прибавить ходу, подумал я. Я перешел с быстрого шага на бег. «Стой! — кричали они. — Все равно не убежишь!»
Английский: Time to pick up the pace, I thought. My power-walk burst into a run. ‘Stop!’ I heard them shout, ‘you’re not gonna get away!’
 
Сноска 66. Глава 21. Бриджет: избиение заключённых
Вставлено: Иногда надзиратели присылали специальный отряд с дубинками, чтобы избивать заключенных.
Английский: Sometimes, the guards would send in a special team with bats to beat the prisoners.
 
Сноска 97. Глава 32. Филиппины: сторонники Дутерте
Вставлено: Но если сказать филиппинцу, поддерживающему Дутерте, что тот творит безумие, вам, скорее всего, ответят, что вы не понимаете проблемы наркотиков в Филиппинах. Отчаянные времена требуют отчаянных мер. Да, скажут вам, это неприятно, но иначе нельзя.
Английский: Yet if you tell a Filipino who supports Duterte that what he’s doing is insane, they’ll probably tell you that you don’t understand the drug problem in the Philippines. Drastic times call for drastic measures. It’s not nice, they’ll say, but it has to be done.
 
 
ВОССТАНОВЛЕННЫЕ АВТОРСКИЕ ПРИМЕЧАНИЯ
Сноска 82. Глава 30. Борис Березовский
Восстановлено: Впоследствии он стал олигархом и серым кардиналом при президенте Ельцине — и держал в кармане практически всю страну, пока Путин его не выгнал.
Английский: He’d later become an oligarch, the man behind the throne of President Yeltsin, and had basically the whole country in his pocket before Putin kicked him out.
 
Сноска 83. Глава 30. Ройзман: массовые посадки
Восстановлено: В 1930-х миллионы людей отправляли в ГУЛАГ за мелкие проступки или по политическим статьям — например, за слова о том, что усы Сталина выглядят дерьмово. Так в России начались массовые посадки.
Английский: In the 1930s millions were sent to the gulag for petty or political offences, like saying Stalin’s moustache looked shit. This was the beginning of Russian mass incarceration.
 
Сноска 102. Глава 34. Зависимость, торт и чихуахуа
Восстановлено: Зависимость — не неизбежное последствие употребления наркотиков, точно так же как поедание торта не обязательно приводит к тому, что ты набираешь примерно сорок пять кило, садишься на диван и случайно раздавливаешь своего чихуахуа.
Английский: Addiction isn’t an inevitable consequence of using drugs, just as putting on 100 pounds, sitting down on your sofa and accidently crushing your chihuahua isn’t an inevitable consequence of eating cake.
Сто фунтов переданы как приблизительно 45 кг, чтобы сохранить смысл шутки в естественной для русского текста мере веса.
 
 
ЛОКАЛЬНЫЕ ИСПРАВЛЕНИЯ
Глава 36. Педро
Было: Чтобы получить героин, Пабло нагревает опий-сырец…
Стало: Чтобы получить героин, Педро нагревает опий-сырец…
В английском тексте персонаж последовательно называется Pedro, и в соседних русских абзацах — тоже Педро. «Пабло» сочтено обычной ошибкой.
 
Глава 32. Реплика Дионардо Карлоса
Было: «Что работает у вас, может не сработать у вас — и наоборот…»
Стало: «Что работает у вас, может не сработать у нас — и наоборот…»
Английский: What works for you might not work for us, and what works for us might not work for you.
 
Глава 32. Dirty narcs
Было: грязные наркоманы похитили корейского бизнесмена…
Стало: продажные наркополицейские похитили корейского бизнесмена…
Английское dirty narcs здесь обозначает коррумпированных сотрудников наркополиции, а не наркозависимых.
 
 
РЕДАКЦИОННЫЕ РАЗЛИЧИЯ, КОТОРЫЕ НЕ ВОССТАНАВЛИВАЛИСЬ
При сопоставлении обнаружились крупные различия между английскими и русскими редакциями книги. Они не трактовались как цензура или случайные пропуски без дополнительных оснований. В частности:
Глава 3 «LDN». Некоторые эпизоды в английском и русском тексте распределены и сокращены по-разному.
Глава 5 «Кризис». Русская редакция содержит расширенный материал о Томасе и полицейской провокации, которого нет в таком виде в сопоставленном английском paperback.
Глава 26. В английском издании живёт “Interlude: Shottingham”, тогда как русское издание содержит самостоятельную большую главу «Балканские бунтари». Английская глава к русской не добавлялась.
Глава 29 «Кладоискатели». Русская и английская версии по-разному располагают и разворачивают материал о HYDRA, Галине и поисках кладов.
Эти различия рассматривались как следы разных авторских/национальных редакций. Создавать из них единую «самую полную» гибридную книгу мы не пытались (=^..^=)(=^..^=)(=^..^=)
 
 
ЧТО ЕЩЁ СОЗНАТЕЛЬНО НЕ ИЗМЕНЯЛОСЬ
1. Существующее примечание о Северной Корее сохранено в его опубликованном русском переводе, несмотря на отдельные отличия формулировок от английского paperback.
2. Предложение о производстве экстази в Нидерландах отдельно в основной текст не добавлялось: соответствующая информация уже присутствует в расширенном русском примечании, связанном с нидерландским изданием книги. Повтор создавал бы дублирование при неясной редакционной истории.
3. Английская глава Shottingham не вставлялась рядом с «Балканскими бунтарями».
4. Никакие дополнительные окончания сторонних цитат не сочинялись, если русский текст уже передавал их содержание иначе.
5. Не проводилась сплошная стилистическая, историческая, политическая, медицинская или фактологическая редактура книги. Исправлялись ТОЛЬКО документированные выше потери текста и три очевидные локальные ошибки.
 
 
ПРО СНОСКИ И ФАЙЛ
Все новые примечания поставлены не в конец очереди, а непосредственно в соответствующие места общей нумерации. Новые итоговые номера: 6, 66, 82, 83, 97, 102, 105. Обложка, изображения-разделители, внешние ссылки и остальные части структуры .fb2 сохранены.

Ли Цзюань (род. 1979) – самобытный, «дикий» голос современной китайской прозы. «Мой Алтай» – это сборник автобиографических рассказов и эссе, создававшийся на протяжении семи лет, с 2002 по 2009 год. Действие книги разворачивается в Алтайском регионе. Сквозь призму бытовых сцен и семейных историй автор рисует объемный портрет жизни на стыке культур, где переплетаются судьбы ее родных и коренных казахских обитателей этих мест. В книге размышления о любви, дружбе и природе человеческих отношений перемежаются яркими зарисовками суровой алтайской природы. Прозу Ли Цзюань отличает прозрачная простота слога, трепетное внимание к мелочам и удивительная способность через частный случай передать саму пульсацию жизни. В 2024 году по мотивам этой книги вышел одноименный сериал.

Вора и авантюриста, прозванного «Лассе-Майя», в начале XIX века знала вся Швеция. За свои многочисленные уголовные подвиги Ларс Мулин – ибо таково было его подлинное имя – в конце концов угодил в тюрьму и написал там мемуары, остроумные и увлекательные, как плутовской роман, запечатлев в них современные ему быт и нравы, в том числе и арестантские. Популярность этих без конца переиздававшихся воспоминаний надолго пережила автора: еще в середине 1930-х годов в провинции, согласно одному из свидетельств, читали «в основном Лассе-Майю да Библию». Надпись на мемориальном камне, установленном в честь Лассе-Майи, гласит: Колыбель его – Рамсберг, Арбуга – могила. А память о нем – в протоколе суда.
При оформлении обложки использовано изображение Ларса Мулина с обложки издания 1834 года, на котором тот запечатлен «в возрасте 45 лет в Карлстенской крепости».

Московский период Лимонова в прижизненных изданиях его многотомной автофикшн-биографии намечен лишь пунктиром. Харьков, Нью-Йорк, Париж описаны подробно, а «Москву» он упоминает вскользь – в отдельных рассказах и публицистике. Между тем именно здесь провинциальный поэт-авангардист превратился в того самого Лимонова, которого мы знаем – бесстрашного хулигана литературы, сделавшего собственную биографию главным материалом своих книг. Борьба с нищетой, погружение в столичную богему, страстный роман с Щаповой, и, наконец, эмиграция – все это уместилось в несколько стремительных московских лет.
Собранные в этой книге тексты позволяют увидеть, как в ранних дневниках и первой прозе кристаллизовалась та самая личность, которой суждено было через несколько лет взорвать русскую литературу.

Яркий рассказ о борьбе за контроль над торговлей пряностями в XVI веке, о времени, когда специи стоили дороже золота и ради них люди готовы были рисковать жизнью.
Вы узнаете, как амбиции португальских и испанских мореплавателей, в частности Васко да Гамы и Магеллана, а также местных правителей, привели к масштабным конфликтам между главными морскими державами – Испанией и Португалией – и геополитическим сдвигам, и как это противостояние способствовало становлению современной мировой экономической и политической системы.
Воссоздавая атмосферу эпохи Великих географических открытий, Роджер Кроули показывает не только человеческую жажду наживы и стремление к новым завоеваниям, но и беспредельное мужество первооткрывателей, их героизм и готовность идти на многие жертвы.
Для кого
Живой язык, которым написана книга, и динамичность повествования делают ее интересной самому широкому кругу читателей.

Как жить, когда ненавидишь своих соседей? Ответ на этот вопрос пришлось искать Хайнцу Магнусу, немецкому еврею, который в 1930-е уехал из Германии в Аргентину. Он пересек полмира, обосновался в Буэнос-Айресе – и оказался в одном доме с ярыми поклонниками Гитлера. Трагикомическую историю о том, как в Аргентине десятилетиями сосуществовали евреи и нацисты, в том числе бежавшие после поражения рейха, рассказывает внук Хайнца – аргентинский писатель из Берлина Ариэль Магнус. Погружаясь в прошлое страны, охотно принимающей иммигрантов, он размышляет о сложностях идентичности и глубокой неприязни – и задается вопросом, возможно ли примирение между потомками палачей и жертв.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Было время, когда кино еще не было, но уже была фотография. Фотографы первыми научились извлекать из реальности фрагменты нематериальной видимости и превращать их в магические изображения-объекты. С фотографией человек обрел способность свободной манипуляции видимым. И теперь, в согласии с его желанием, действительность могла послушно складываться в любые повествовательные ряды, выстраиваться во всевозможные сюжетные перспективы. Ее объективность перестала отличаться от человеческой субъективности.
Чудесная игрушка, извлеченная из сердцевины природы посредством технического остроумия, фотография сместила вектор познания с глобально метафизической — религиозной и абстрактно-философской — проблематики к проблемам социального и личностно-психологического характера, то есть радикально изменила саму общеязыковую эпистему. Потому, поворачиваясь лицом к истории фотографии, мы неизбежно упираемся взглядом также и в основы современного опыта визуальности. За рамками этого взгляда останутся первые 60 лет фотографии: ее детство, пришедшееся на XIX столетие, первоначальные опыты фотографического самоопределения. Мы начинаем с отрочества — с рубежа XIX и XX веков.
Автор рассматривает основные тенденции (субъективные художественные поиски в 1900-х, «роман» фотографии и власти в 1930-е, два десятилетия фотографии, отмеченные знаком войны — 1910-е и 1940-е годы) и комментирует их, находя параллели в развитии фотографии разных регионов мира. В 1930-е он сравнивает ситуацию в фотографии СССР и США, в 1960-е — фотографии США и Франции, Японии, в 1990-е акцентирует внимание на восточноевропейской фотографической ситуации. В каждом десятилетии он находит некое новаторство, связанное с технологическим развитием цивилизации вообще и фотографии в частности, но наиболее интересны ему культурологические аспекты истории этого медиума.

Проще сказать, чем не занимался Василий Уткин – человек, изменивший если не все, то многое в культуре российского спортивного комментария. Непросто объяснить, почему книга, которую он так хотел написать «о жизни, друзьях, всяких встречах и бывальщинах», случилась уже без автора, но как будто в постоянном незримом его присутствии. На этих страницах друзья, коллеги, сам Василий рассказывают истории, травят байки, отвечают друг другу на вопросы в интервью и блоге, рассуждают о спорте, азарте, любви и ненависти, дилетантах и профессионалах, лукавят и печалятся – словом, живут жизнь, которая без Уткина была бы совсем другой.

В биографическом справочнике представлены результаты исследования, в рамках которого, на основе архивных документов воссозданы биографии руководителей всех уровней управления горнозаводской администрации Урала 2О-х – начала 50-х гг. XVIII в. В русле подходов новой биографической истории была сделана попытка не только реконструировать события жизни и деятельности горных служителей и офицеров, но изучить и представить особенности их повседневных служебных и бытовых поведенческих практик, стратегий формирования неформальных взаимосвязей, специфики девиаций, успехов и неудач.
Исследование предназначенного для широкого круга читателей, для всех тех, кто интересуется историей Урала и России XVIII в.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Наша очередная прогулка состоится по главной улице Санкт-Петербурга – величественному и неповторимому Невскому проспекту. Мы неспешно пройдем по его наиболее старой части, расположенной между Адмиралтейством и Фонтанкой. В сторону Аничкова моста наш маршрут проляжет по четной, юго-западной стороне проспекта, а обратно, в сторону Дворцовой площади, – по нечетной, северо-восточной стороне. Однако, прежде чем начать прогулку, автор подробно расскажет историю возникновения и развития улицы. А история эта удивительно богата и бесконечно интересна, ведь ей уже более трехсот лет…

Южно-Уральская железная дорога одна из крупнейших магистралей Советского Союза. Она обслуживает большой и сложный экономический район с высоко развитой промышленностью и сельским хозяйством, связывает его с другими районами страны. Большие изменения произошли на магистрали за последние годы. На ее примере видны результаты постоянной заботы Коммунистической партии и Советского правительства о техническом прогрессе на железнодорожном транспорте.
На Южно-Уральской железной дороге трудятся тысячи и тысячи замечательных людей — новаторов производства, ударников коммунистического труда. О передовиках магистрали, людях пытливой мысли и рассказывается в сборнике очерков, подготовленном журналистами Челябинской области.
Читатель узнает из сборника о замечательных делах рационализаторов Л. П. Прегова и А. Е. Рожковского из Челябинских пассажирского вагонного и локомотивного депо, работнице станции Челябинск-сортировочная А. П. Лисициной, златоустовском машинисте электровоза В. А. Зубове, водителе электровоза Коркинского вскрышного разреза В. В. Кириллове.
Брошюра рассчитана на широкий круг читателей. Многое из нее могут почерпнуть пропагандисты и агитаторы.

В китайской культуре почитаются четыре идеала женской красоты. Эти женщины были не просто объектами восхищения. Легенды гласят, что их чарующее обаяние вершило судьбы, спасая и низвергая царства. Пятитысячелетняя история Китая, как свидетельствуют древние хроники и литературные памятники, не раз претерпевала кардинальные изменения под влиянием этих прекрасных дам, чья красота становилась роковым фактором для государств и их правителей. Истории легендарных красавиц Поднебесной продолжают жить в исторических романах, фильмах и сериалах, изобразительном искусстве.
Предлагаемая вниманию читателя книга расскажет не только о прекрасных женщинах императорского Китая, но и о его истории, культуре, философии и великих традициях.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Автор книги использует в качестве источника рассказы отца и его братьев о важнейших событиях первой половины XX века, участниками которых им довелось быть. Центральное место в повествовании занимают воспоминания о вводе советских войск в Иран в 1941 г., Тегеранской конференции и службе под началом Маршала Советского Союза К.К. Рокоссовского.

Тѣмъ, кто въ тяжелыхъ испытаніяхъ, на чужбинѣ тоскуетъ по своей родинѣ, кто мечется духомъ въ смертельной тоскѣ по своимъ роднымъ и близкимъ, оставшимся въ бывшей Россіи, и тѣмъ, кто, убаюканный разсказами продажныхъ совѣтскихъ агентовъ о воскрешеніи нашей отчизны подъ властью красныхъ палачей хочетъ вѣрить въ чудесную сказку о новой Россіи, — я посвящаю свою книгу.
Она, эта книга, написанная слезами и кровью, разскажетъ имъ страшную правду о тѣхъ жуткихъ людяхъ, которые нынѣ держатъ въ своихъ рукахъ судьбы нашей несчастной Родины.
Валеріанъ Патекъ.

Н. Валентинов – это псевдоним известного русского публициста, философа, экономиста, активного участника революционного движения начала XX века Н.В. Вольского. Вступив на путь революционной борьбы он на какое то время очень тесно сблизился с В.И. Лениным, но выявившиеся в дальнейшем расхождения по политическим и философским вопросам привели к полному разрыву между ними. Уже будучи в эмиграции, Н. Валентинов опубликовал свои воспоминания – «Встречи с Лениным», а также посвященные ему два исследования: «Ранние годы Ленина» и «Малознакомый Ленин», которые и составили настоящий сборник.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

О морских десантных операциях в годы Великой Отечественной войны написано сравнительно немного, хотя они сыграли в ней важную роль. Так, благодаря Керченско-Феодосийской десантной операции на полгода было отсрочено падение героического Севастополя. И в дальнейшем морские десантники неоднократно перечеркивали планы и расчеты врага.
В книге содержится подробное описание и анализ подготовки и проведения всех десантных операций советского военно-морского флота в 1941—1945 годах.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Это последняя, никогда прежде не публиковавшаяся книга воспоминаний известного лидера Белого движения А. И. Деникина. Написанная в годы Второй мировой войны, она содержит авторский анализ происходивших событий. В ней также подробно рассматриваются позиции, занятые по отношению к войне различными течениями в русской эмиграции первой волны, и дается оценка коллаборационистскому движению в СССР.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Каждая вещь, что некогда принадлежала Пушкину, будь то трость, шляпа, чернильница, часы либо перстень, имеет свою необычную, полную приключений историю. Менялись владельцы раритетов, мелькали за годы странствий города и государства, но дорогие реликвии чудесным образом возвращались в родные стены – квартиру поэта на набережной Мойки. Утраченное, казалось, навек, пушкинское пространство, словно в противовес всем земным законам, наделено тайной и непознанной силой – силой самовозрождения. Подобно мифическому Фениксу. Старые стены как магнитом притянули вещи, что некогда составляли обстановку квартиры поэта. Кресла, картины, диваны, конторки и ломберные столики, сменив за столетия многих хозяев, вновь оказались на прежних местах. Время обратило их в раритеты национальной значимости – и это суд самой высшей инстанции!
Новая книга Л.А. Черкашиной познакомит читателей с необычными, порой невероятными историями вещей, некогда принадлежавших великому поэту.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Эта книга – ряд сочинений о стихах, с которыми автор сжился. Ее жанр – не анализ стихотворения, не эссе, а скорее этюд или развивающие тему вариации. Автор пытается настроиться на волну стихотворения, взять его тональность, проникнуться духом тех времен и пространств, что стоят за ним и после него, вынести на свет все, что с ним связано на чердаках и в подвалах памяти читателя. Поэты – по большей части те, чьи стихи окружали автора с ранней юности и как бы вошли в состав его крови: Лев Друскин, Роальд Мандельштам, Владимир Уфлянд, Татьяна Галушко, Иосиф Бродский, Олег Охапкин, Лев Васильев, Сергей Стратановский, Виктор Кривулин, Олег Григорьев, Елена Шварц и другие.
Несколько этюдов написаны в соавторстве с Игорем Булатовским.

Евгений Шварц (1896–1958) писал сказки, которые были гораздо реалистичнее советских романов. В пьесах «Тень» (1940) и «Дракон» (1944) он проницательно раскрыл природу рабства. В эпоху разрывов и потерь говорил о дружбе, любви, надежде так, что становилось легче дышать. Смеялся над насмерть перепуганными современниками и в то же время жалел их, оплакивая их души.
Кем он был на самом деле? Насмешником или мудрецом под маской шута, который, переворачивая повседневные слова и смыслы, видел жизнь яснее многих? Шварц принадлежит к тем немногим художникам, кто сумел пронести через мрак своего времени внутренний свет – и подарить людям надежду на исцеление.
Наталья Громова – прозаик, историк литературы. Автор книг «Смерти не было и нет. Ольга Берггольц», «Ноев ковчег писателей. Эвакуация 1941–1945», «Странники войны. Воспоминания детей писателей. 1941–1944» и др.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.