Роанна де Ан. Битва в Волчьем ущелье - Виктор Постоенко

Я видела, как к Норе подошел Андре, она наклонилась к нему и внимательно слушала, что он ей говорил. Интересно, а целоваться будут? Но мои ожидания были напрасны.

Видимо до этой стадии еще не дошло. Затем к ней подошел отец, до этого терпеливо ожидавший, пока они не наговорятся с Андре. Дал с собой какой-то узелок. Родители, они такие.

Я не думала, что кавалерийская сотня это так много. Но обратно то повезем серебро и золото. Гейр распорядился поставить повозки впереди. Что бы нам не пришлось глотать пыль.

И отряд вытянулся длинной колонной в сторону гор. Пошли легкой рысью, насколько позволяли повозки. Гейр сказал, что на верху перевала поменяем лошадей в повозках. Крутой подъем, а потом и крутой спуск. И внизу поменяется походный ордер колонны. Мы все-таки военный отряд, а не караван торговцев.

На перевале так и сделали, с гор спустились без приключений. Ночевать остановились рано, часов в семь, в большом селе, куда съехали с основой дороги. В таверне разместился почти весь наш отряд. На втором этаже нам выделили три комнаты.

Мы с Нанке заняли одну, мои три девицы вторую, и служанки Нанке третью комнату. Они были постарше нас, обеим около тридцати. Неприметные, но прекрасно обученные.

Завтрак был ранним, в четыре часа утра, после чего отряд вытянулся по проселку и скоро вышел на основную дорогу. Нам встречались повозки, небольшие торговые караваны. Все уступали дорогу военному отряду под андольским знаменем.

С этого утра вперед с интервалом минут десять отправился десяток воинов, потом второй. Первый просто как разведка, в второй еще и обе стороны дороги просматривает. Потом Гейр менял их. Одни уезжали на рысях вперед, другие возвращались. Время от времени он буквально приказывал нам пересаживаться в повозки. Лошади должны то же отдыхать от седоков.

Остановки делали только по просьбе кого ни будь из женщин. И все равно солдаты рассыпались по лесу для охраны. Часть воинов держала в руках арбалеты. Ближе к вечеру второго дня мы были уже у плато Оркан.

Я распорядилась сделать привал в лесу, и разослать патрули подальше, раскинуть сеть. И через час с небольшим добыча попалась. Я дремала в повозке, когда Нора открыла дверцу и сказал, что солдаты привели какого-то юношу, следившего за нами с дерева.

Подойдя к костру увидела того же парня, уже поставленного на колени.

- Вот Ваше Высочество, шпионил за нами – сказал Гейр - То залезет на дерево, то слезет, и все ближе к поляне где повозки.

Услышав про Высочество, парень втянул голову в плечи, выглядел поникшим.

" Подними голову. Ну да, опять попался старый знакомый. Отпустите его. Я его знаю. Подойди ко мне. Слушай меня внимательно. Передашь отцу, что Роанна Давиль де Анн будет через несколько дней возвращаться назад этой же дорогой. Кто я такая думаю судья поймет.

И я хотела бы встретиться с судьей, или с твоим отцом. И передай, что к этому моменту у меня на руках будут документы на ваше помилование от Императора. Он будет вынужден это сделать. Но кроме того я хочу сделать вам всем от себя заманчивое предложение.

Поэтому или сами нас на дороге пусть встретят, или же явятся в то село, что расположено не далеко на развилке дорог. Я буду там сегодня ночевать, и на обратном пути планирую тоже.

А теперь можешь идти. Воины, проводите его за пределы поляны. Капитан Гейр, мы можем трогаться. Больше останавливаться необходимости уже нет ".

И через полчаса мы были на развилке дорог в таверне, где нас встретили ушедшие вперед два десятка воинов. Они уже поужинали, принимали у товарищей и разводили лошадей, помогли распрячь повозки, спуститься женщинам на землю.

А дальше все так же. Помылись, поужинали, ранний завтрак и в путь. Разбойники может и бегали где-то в этих лесах, но я не знаю кем надо быть, чтобы напасть из-за трех повозок на большой отряд вооруженных до зубов конных воинов под Андольским и Энгерским флагами.

Поэтому на дальнейший путь к Рианолу мы потратили времени меньше, чем при путешествии с караваном Мерца. К вечеру четвертого дня повозки въехали в ворота большой усадьбы герцогов Андольских у южных ворот города.

Я не собиралась задерживаться ни на минуту. Гейру было приказано оставаться с отрядом в усадьбе, мы с Нанке пересаживались в два герцогских паланкина. Повозка с нашими вещами заедет в город ночью, и доставит все в Андольский дворец.

С повозкой поедет Ило. Остальные все служанки и десять андольских и десять энгерских воинов пойдут рядом с паланкинами пешком. Я кстати ни разу еще таким образом не каталась, как и Нанке.

Через час мы были у города. Проинструктированный десятник сообщил страже на воротах, что в паланкинах следуют герцогиня Андольская и герцогиня Дюссенская.

Старший подошел к моему паланкину, я выставила в окошко из-за шторки руку с Золотой печатью. Низко поклонившись, страж зычно скомандовал открыть проход и выразить почтение обеим герцогиням.

Покрутившись по улицам паланкины остановились у Андольского дворца. На стук в ворота оттуда грозно спросили, кто там тревожит покой военного министра, кому там неймётся огрести.

Услышав ответ что прибыла герцогиня Андольская, ворота немедленно распахнулись. И наша процессия двинулась во двор пешком. Оба же паланкина занесли через боковые ворота.

Думаю, что слуги в городском дворце уже знали, что у них есть молодая герцогиня. Потому что все, кто был во дворе, почтительно склонили головы. Открылись двери главного входа, оттуда вышел высокий мужчина в возрасте, в длинном тёмно-красном халате.

Я смотрела снизу вверху на его суровое лицо, он смотрел на меня. Сначала пробежался взглядом по мне и Нанке, но потом его глаза смотрели уже только на меня. Трещали горящие факелы, от них по стенам метались неясные тени. Я первая нарушила молчание.

Герцог Андольский

- Роанна Давиль де Анн и герцогиня Нанке де Пон Дюссен приветствуют Вашу Светлость - произнесла я, и мы, а затем и все наши служанки с пришедшими воинами, склонились в почтительном поклоне.

Он быстро спустился с крыльца, подошел ко мне, резко взял за подбородок, поднял мое лицо вверх и несколько мгновений жадно всматривался в него. Потом шумно выдохнул и прижал меня к себе сильными руками.

– Наконец то и умереть не страшно стало, здравствуй моя дорогая внученька, я уже весь извелся в ожидании встречи, твоя бабушка мне еще три дня назад птичью почту прислала что вы выехали. Я и спать не ложился все ждал, хотя по расчетам вы должны были прибыть только к утру.

Я подняла руки, обхватила его за талию и прижалась к нему, большому, сильному, такому родному, пахнущему чем-то