Роанна де Ан. Битва в Волчьем ущелье - Виктор Постоенко
– Нет, нет, это не то что вы подумали, я просто заставила ее, ну в общем, она сейчас там полы моет. Принесли тряпки и ведро воды. Я пообещала сохранить ей жизнь, Ваше Высочество. Я правильно сделала?
Я увидела, как Император спрятал лицо в ладонях, его плечи затряслись. Улыбались все присутствующие. Нора смотрела недоуменно на всех, переводя взгляд с одного на другого.
- Я так понимаю, что она не успела передать записку даме? И о сообщении знаем только мы? И да, ты все правильно сделала. Раз пообещала, значим придется выполнять.
Я повернулась в Императору
– Ваше Величество, позвольте забрать служанку из дворца в дом военного министра. Она знает в лицо человека, который принес ей сообщение, а тот знает в лицо того, у кого он получил его из Андольского дворца. Это было срочное сообщение, значит тайником не воспользовались. Надо избавиться от изменника среди слуг. В противном случае все наши действия будут известны врагам.
Император распорядился, чтобы господин Хан взял четырех его личных гвардейцев, и через тыльные ворота вывел ее из дворца. Одеть на нее вуаль. Пикнет – убить на месте.
Дальше пусть гвардейцы сами отведут ее в дом военного министра. Я добавила, пусть там вызовут управляющего дворцом, и передадут ему мой приказ. Девку запереть, глаз с нее не спускать.
Император поманил Нору к себе, повернулся к ней.
- А ты не хочешь стать моей личной служанкой?
Тут я подала голос:
- Ваше Величество ну так не честно.
Но Нора ответила сразу же
– Ваше Величество, стать Вашей служанкой это великая честь для меня. Но если я ею стану, то буду обязана всю свою оставшуюся жизнь посвятить дворцу. А я только что собралась отдать свое сердце и руку человеку, который мне очень сильно нравится. И я чувствую, что и я ему очень нравлюсь. Но если вы прикажете, то я выполню Ваш приказ.
Она выпрямилась и смотрела на Императора не мигая. Он сидел, о чем-то задумавшись, и машинально гладил ее по предплечью, потом опомнился.
- Я не буду тебе приказывать. Роанна, умеешь ты подобрать себе людей, а у меня что-то не получается. Но одно условие. Познакомишь меня потом со своим мужем – и засмеялся.
Я мотнула головой, и Нора вышла. Появились Государственный секретарь и министр Хан. Пока секретарь раскладывал в торце стола письменные принадлежности, господин Хан доложил Императору, что его распоряжение выполнено.
Затем я полчаса диктовала документы, благо черновики набросала еще в Андоле. Подавала их Императору, он внимательно читал, правил, иногда что-то добавлял. Когда все было переписано начисто, подписано им, оформлено на специальных тканях в свитки, закреплено печатями, уже было далеко за полночь.
Пока мы с Секретарем прорабатывали документы, Император беседовал с Нанке, расспрашивал о брате. О старом герцоге. О том, как мы с нею жили в усадьбе, чем вообще занимались.
Император затем выдал мне другую печать, она находилась в украшенной гербами небольшой шкатулке. А эту я вернула герцогу.
То есть я получила все что хотела – право назначать людей, присваивать им воинские звания, сформировать армию по западному образцу, если будет необходимость сменить магистратов городов в провинции.
Имела право выносить смертные приговоры без обращения за подписью к Императору.
Теперь дело за малым – все организовать и исполнить намеченные планы.
Глава шестая. Предатели, шпионы. Визит в мой дом.
Перед уходом я попросила Императора держать наш визит в тайне, даже от Императрицы и особенно Рейны. Служанка королевы просто пропала, я не думаю, что ее найдут, или что есть свидетели ее пропажи.
Обратно возвращались тем же путем. Теперь мы вообще шли за герцогом попарно, со стороны как четыре служанки, и только в близи видно было, что первая пара женщин носит вуали. Выйдя из Дворца увидели, как из тени с края площади к нам двинулись оба паланкина и наши воины со служанками.
Видимо сидели в ближайшей таверне, не будут же они столбами стоять несколько часов перед воротами. Я подозвала андольских воинов герцога и сказала, что где-то около дворца прячутся шпионы. Поэтому мы пойдем с Его светлостью и слугами, а вы, как знающие тут все улицы, попробуйте поймать всех, кто будет рядом с дворцом.
Спит, сидит, прячется. И всех во дворец. Но так, что бы слуги не видели кого привели – мешок или что на голову, и под замок. Там разберёмся кто есть кто. Получив подтверждение приказа от деда, воины рассыпались и убежали с площади.
По прибытию домой обнаружили весь десяток, ожидающий нас. Поймано шесть человек, две женщины, дед с маленьким ребенком, и два нищих. Я еще раз поговорила со служанкой, пообещала, что сохраню жизнь. Дам денег и отправлю домой к родителям. У королевы не будет времени ее искать.
Но она попросила отправить ее в Андол. Родители ее давно уже умерли, и она боится, что люди королевы тут ее найдут и убьют. Ее уже наверно хватились, так как должна была прийти сменщица.
Служанку посадили в комнате за ширмой. Заводили одного за другим задержанных. Женщин отпустили сразу же. А вот первый же нищий оказался тем, кто нам нужен. Дальше уже всем занимался Герцог.
Прибыла повозка из поместья. С нею приехала Ило, привезла наши с Нанке вещи. Попросилась остаться с нами, хоть одним глазом столицу увидеть.
Я позволила, вот только платье свое она отдала служанке королевы. И я отправила повозку обратно в поместье. Оставлять тут эту женщину было опасно. Для нее же самой. Потом ее переправят отдельно в Андол.
Спали допоздна. Дед распорядился нас не будить. И наших служанок то же. Поэтому завтракали почти в полдень. Затем взяли с собой только Ило и отправились с Нанке в мой и ее дом. Ило вертела головой по сторонам, а на рынке чуть не потерялась. Только и слышно было - ой какие туфельки, ой какая заколочка, ой какое платьице.
Думала зайти к Венару, но потом решила просто вызвать его в Андольский дворец. Что бы не рассказывать поэмы. А вот к ювелиру сделали крюк. Старик обрадовался, увидев меня. Рассказал, что получил письмо от настоятеля монастыря и теперь будет работать с ним на прямую, включая мою долю. Я попросила его отправлять эту долю в Дворец Герцога Андольского. Там будут в курсе, что с нею дальше делать.
Через час мы уже вошли во двор к монаху. Он вышел сразу же, как только услышал наши голоса. Обнял одну и вторую. Я представила ему новую ипостась Нанке, а она представила меня. Отец Франциск сразу стал серьезным, даже попытался поклониться, но мы ему не дали.
Сели под деревом,