Алекс Кун - Форт Росс
Быстро прошедший праздник встречи, перерос в затягивающееся ожидание кораблей. Старожилы сводили меня с Алексеем на охоту. В этот раз нам повезло познакомиться с медведями, сытыми и ленивыми. Посему скорость бега они не продемонстрировали. Видели оленей, оказавшихся домашними. Уяснил, что бывают чукчи береговые, оседлые, и кочевые. Кочевые злые, как их олени, и очень крикливые. Чего было так разоряться! На оленях не написано, что они домашние. А царевич все одно промазал, ущерба нет.
Сделал для себя вывод, что самая богатая охота тут на сусликов. Проводники утверждали, есть еще песец, горностай и ласка, но представив, как мы с царевичем за ними гоняемся, решил закругляться.
Вернулись к ожиданию, развлекая себя короткими экспедициями на катере. Канонерка заправилась, почистилась и готовилась в обратный путь. Систематические совещания отодвигали дату возвращения вначале на двенадцатое, потом на четырнадцатое и остановились на пятнадцатом. Если караван не придет завтра — вечером мы уходим. Точно уходим.
День отправки прошел в гнетущем молчании. Лиман гнал волны, сливающиеся вдали с небом. Половина экипажа бродила по берегу, вглядываясь за горизонт, вторая половина молча прихлебывала горячий отвар в построенном при порте Анадыря гостевом бараке. Гипнотизировал чистую страницу блокнота, пытаясь собрать мысли в какой-нибудь приемлемый план на следующий год. План укладывался в два слова.
Вечером мы не ушли. Решили дождаться утра и выдвигаться, как проясниться. Надо было идти в ночь, так как все одно никто не выспался. Едва развиднелось, и приподнялся туман, по берегу вновь побрели черные фигурки, распугивающие птиц. Рука не поднялась загнать всех на борт, просто намекнул капитану, что пора отправляться и ушел в кубрик медитировать над пустой страницей блокнота.
Через некоторое время грохнула пушка, затем вторая. Оригинальный способ у капитана собирать команду. Потом поговорю с ним про экономию остатков боезапаса и способы использования сирен.
В голову ничего не шло. Энтузиазм колонии не бесконечен, даже если его подогревать. Смотаться на юг за гавайками? Опять дело упирается в большегрузные океанские корабли. Устроить в Асаде «стройку века» по созданию апостолов, и перекинуть туда людей из поселений? Прикинул ресурсы. Упираемся в железо и его обработку.
Тявкнул залп картечниц форта. Да чем они там занимаются! А может… в душе екнуло.
Так быстро по трапам давно не бегал. Вылетел на палубу заполненную народом и взглянул в океан. Сливаясь с дымкой, оттуда шли паруса. Много парусов. Крепко сжал кулаки, пытаясь разделить наплывающую надежду на отдельные суда. Четверо, нет, шесть крупных в центре. Впереди, с небольшим отрывом, пара канонерок. Проявляются размытые паруса замыкающих. Еще пара канонерок? Десяток кораблей! Поднял лицо к небу, мазнув взглядом по ликующим на вантах матросам. Из низких туч сыпалась водяная пыль, скапливаясь в глазах и стекая тонкой ниткой по щеке. Дуплетом грохнула правая носовая башня, заложив всем уши и встряхнув палубу. Из океана донесся ответный далекий рокот. Не мог его слышать ушибленным слухом, но чувствовал душой. Мы не останемся забытой страницей истории мира. Громко крикнул в холодное серое небо
— Виват Империя Росс!
Виват прогремело по кораблю, подхваченное надорванными криком глотками, скатилось на берег, отдавшись шумом в холмах и ушло в океан. Навстречу своей надежде.