Атомщик. 1939 - Антон Дмитриевич Емельянов
— Больше ни про кого рассказывать не буду. А то знаю я вас: приезжаете сюда, вырываетесь из дома и тут же по бабам. Увижу на втором у Софки, уши оборву.
— Спасибо за наводку.
— Уши! Оборву!
— Шучу. Просто животом весь день маюсь, может, одолжите упаковку фенолфталеина?
— Пургена, что ли? Не успел в аптеку?
— Да как тут успеешь, вы же сами видели по всему району электричество отключили.
В общем, с меня взяли рубль, но зато выделили из личного НЗ аж три упаковки по двенадцать таблеток. Про то, каким напутствием меня проводили, говорить не буду.
— Сдаст, — между делом заметила шиза.
— Ты же слышала, как он к этому относится. Не сдаст, а вот в аптеке меня могли и запомнить, — возразил я.
— И все же, можно было изящнее. Подбросили бы записку «Сталин — козел» и сдали бы бывшим папиным коллегам.
— После такого могли и слишком рьяно начать копать. Да и рано еще для подобных методов.
В блоке опять были посиделки на кухне, так что я первым делом заглянул туда, быстро поздоровался, убедившись, что не ошибся насчет картошки. Саныч гордо провел ножом по середине сковородки, показывая, что оставил мне ровно половину. Семейных на этот раз не было, а вот Покровский и его банда опять выпивали. Меня они показательно не заметили, а вот я внимательно осмотрел их руки и окончательно одобрил план мести.
Оставалось только вернуться в комнату, переодеться в домашнее, а потом быстренько заглянуть под две крайние кровати. Как и ожидалось, под одной из них нашелся мешочек с углем. Сразу видно ответственный подход: меня разрисовали один раз и подготовили все, чтобы продолжить это дело. Ошибка новичка — оставлять орудие преступления без присмотра.
Я растолок выданные мне таблетки в желтоватый порошок, высыпал его на угли и немного помешал.
— Аха-ха-ха! — шиза зашлась смехом.
— Не отвлекай, — стараясь держать руки подальше от рта, я сбегал в ванну и тщательно несколько раз промыл их с хозяйственным мылом.
— Сдержался, молодец. А те двое, учитывая, как они любят грызть ногти — ты же за этим за ними следил? — зуб даю, не удержатся. Будут мазать тебя и сраться. Мазать и сраться.
— Пока мозги на место не встанут.
Я оглядел комнату, убеждаясь, что не оставил никаких следов, а потом снова отправился на кухню. Меня ждала картошка, в предвкушении которой живот уже начал осваивать какую-то новую арию, хорошая беседа — а я был уверен, что Санычу найдется, что рассказать — и, возможно, немного работы. И точно, вышел из комнаты, и почти в ту же секунду отворилась дверь в конце коридора, из которой показалась девушка лет двадцати.
Румяные щеки, блестящие глаза, кудряшки вместо строгих хвостиков, которые я имел честь наблюдать в течение всего дня. Идеальная домашняя девушка и не менее идеальный образ для хорошего агента. Осталось только проверить, будут меня держать за идиота или нет.
Глава 7
— Приятно познакомиться, — я подошел к новенькой и протянул руку для рукопожатия. Немного непривычный жест в будущем, но тут, кажется, так принято. По крайней мере, те женщины, что меня не посылали, а разговаривали, здоровались именно так.
— Хватит в коридоре шушукаться, идите ко всем! — с кухни донесся громовой бас вчерашней тетки с супом. Вот, кто настоящий кладезь талантов для НКВД: там шум, тут я только два слова успел сказать, а она уже оценила обстановку и проявила смекалку, как бы ни пропустить ничего интересного.
— Приятно познакомиться, я Ольга, прохожу практику в лаборатории рентгенографии… — заговорила замершая напротив девушка.
Значит, меня все-таки держат за идиота. Учитывая попытку наезда на улице — за трусливого идиота. Будем исправлять.
— Странно, а я думал вы из НКВД, — я пожал плечами.
— С чего вы взяли?
— С того, что товарищ Жданов обещал мне человека, а ради вас выселили целую комнату.
— Не знаю, какие у вас связи в обкоме, хотя я слышала, что вашего отца как раз недавно отправили в отставку, — девушка попробовала нанести ответный удар. — Но это просто совпадение.
— Что ж, тогда завтра придется пожаловаться, что обещанного человека так и не прислали. А у меня, между прочим, для нее столько работы, — я даже вид делать не стал, что поверил в ее слова.
— Ну хватит, Антонов! — мечтательность из взгляда исчезла вместе с расслабленностью и обманчивым дружелюбием. Теперь на меня смотрела хищница, очень злая и обиженная, что ее изначальный план не сработал. Что характерно, обиженная на меня, а не на себя.
— Я, к сожалению, так фамильярно ответить не смогу, знаю только ваше имя, — я не обратил внимание на очередную попытку себя подмять. — Итак, Ольга, я не против присмотра, но это не значит, что вам не придется делать вашу работу.
— Защищать вас от соседей? Кажется, всегда мечтала о подобной возможности.
— Во-первых, свои дела дома я всегда буду решать сам. Во-вторых, ваша помощь мне понадобится исключительно на объекте. Впрочем, там у нас будет столько дел, что вряд ли у вас найдется хоть немного свободного времени, чтобы отвлекаться на домашние мелочи.
— Какие дела? — нахмурилась Ольга.
— Стоп, а вы считали, вам нужно будет просто ходить за мной хвостиком? Или посылать дуболомов для воспитания? Алло, женщина, у нас так-то объект почти союзного масштаба стоит без охраны. С завтрашнего дня вам нужно будет организовать там пропускной режим.
— Пост охраны? — девушка хмыкнула. — Или вы хотите полноценное бюро пропусков, картотеку, личный досмотр и режим светомаскировки просто на всякий случай?
— Периметр вокруг станции, посты охраны, внешний и внутренний, журналы учета посетителей с фотокарточками, отдельные журналы учета для всех смежных предприятий, что будут с нами работать. Там свои правила навязывать не будем — пока не будем — но вот иметь точные списки всех, кто даже краем будет касаться проекта, мы просто обязаны. Уровни пропусков в зависимости от задач я пропишу к утру. Вопросы?
— Кхм, — Ольга поперхнулась. — Где я возьму на все это людей и… ресурсы?
— У НКВД ничего нет?
— У НКВД все есть, но это не значит, что это будет выдано первому встречному по первому требованию.
— Что ж, если вы окажетесь не способны решать поставленные перед вами задачи, то я буду просить себе другого куратора, — я выдержал паузу, стараясь