Связи решают все - Алекс Русских

Насмотревшись на чересчур серьезных лучников, пошли дальше, наткнувшись на крошечный храм, посвященный кошкам, точнее кошачьим духам. Гид сказал, что культовое сооружение называется Neko Shrine. Вокруг здания целая куча статуэток с кошками выставлена. Тут же и соответствующие сувениры продавали, но советские туристы — люди стойкие и бедные, поэтому безделушки все дружно проигнорировали, даже женщины.

Храм кошек

Напоследок прогулялись по бамбуковой роще и отправились обедать на судно. Увы, питаться местными разносолами наши туристы позволить себе не могут — валюты нам поменяли мало, и вся она предназначена для подарков. Поэтому все держатся, и тратить деньги на пустяки не желают.

После обеда нам опять разрешили выход в город, на этот раз в торговый квартал Тэммонкан. Зачем, даже не знаю. Ситуация напоминает известный мем про рыбов.

'- Вы рыбов продаете или только показываете?

— Показываем.

— Красивое!'

Нет, здесь именно продают, но наши туристы готовы только смотреть. Все хотят приобрести что-то существенное. Магнитофон там, а лучше два. В Тэммонкане от покупки удержаться сложно — целый квартал из магазинов с крытыми улицами. Здесь можно найти и технику, но наши держатся, в Токио должно быть дешевле.

— Слушай, а что тут можно купить для девушки? — Витьку пробило на подарок.

— Марине или Кате? — посмотрел на него с усмешкой.

— Да сам пока не знаю, — несколько смущенно отозвался напарник.

— Ну, вон, косметику можно взять. Здесь в скрабы для лица и мыло пепел Сакурадзимы добавляют.

— На кой? — не понял Виктор, — И что такое скрабы?

— Скраб — это такое мыло для лица, а пепел специально, чтобы кожа стала гладкой, — пояснил я, и сразу же посоветовал, — Ты не думай, это для мужиков слишком непонятно, но бабам точно понравится.

Подумал и сам купил набор из разных брусочков мыла, еще и скрабы взял. Алиса будет довольна.

— Дороговато, иены тратить жалко, — вздохнул Витька.

Я молча достал из кармана две сотни баксов, протянул ему.

— Откуда? — удивился шурин.

— В Москве прикупил, есть у меня там знакомства, — признался я, Витька все равно никому не скажет.

— А что тут еще можно взять из сувениров? — последовал еще один вопрос.

— Ты что, гида не слушал, как он о фарфоре местном Сацума-яки разорялся?

— А, это тот, который чуть не древнее китайского? — нет, оказывается, Виктор все же слышал, что нам рассказывали.

— Да врет он безбожно. В Японию рецепт фарфора уже из Европы попал, уже в XIX веке. Они и керамику делают в основном на европейский вкус, специально на экспорт. Но можно набор чашек взять. Они тут с интересной фишкой — на дне, если на солнце его направить, лицо японки просвечивает. Да, вон такие стоят, можешь взять, посмотреть, — я показал на чашки на очередном прилавке.

— Это как так? — удивился Виктор.

— Там техника такая специальная, донышко разной толщины, а стенки тонкие, вот и просвечивают на солнце, образуя силуэт. Кстати, лучший способ отличить фарфор от фаянса — такой фокус-покус только с фарфором возможен.

Хмыкнул, вспомнив сервиз, который в той жизни отец привез из Ванино. Попал он тогда удачно — очередное цунами попортило грузы в порту, так что их уценили, устроив грандиозную распродажу. Вот отец и прикупил по дешевке японский чайный сервиз с логотипом «Сокол» на донышках. Название бренда было написано отчего-то по-русски, но голова японки в чашке просвечивала.

— А что еще тут есть необычного? — продолжил расспросы Витька.

— Да почти что все уже перечислил. Есть еще Сацума Кирико — посуда из резного двухслойного стекла. Вроде нашего хрусталя. Красиво, но уж больно дорого. Потом есть черный уксус Куродзу. Но я так полагаю, что нам ничего из этого не нужно.

— Да нафиг, — согласился напарник, но тут же опять спросил — А из бухла?

— Имо-сетю, местные этим напитком страшно гордятся.

— Это че? Вроде же японцы саке пьют? Я попробовать хотел.

— Ну, и зря, гадость редкостная. А этот имо-сетю тем более. Его из батата делают, ну, из сладкого картофеля, и градусов всего 25. Японцы хвалят за аромат, а реально — вонючая деревенская самогонка, еще и слабая. Как они это пьют — не понимаю. О! — вспомнил я, — Тут чай местный хороший и недорогой. Нужно пару упаковок взять. Только он зеленый, черного тут нет.

Подумал и затащил шурина в ресторанчик, попавшийся по пути, благо мы от основной группы отбились. Устроили себе праздник живота, заказав черную свинину куробута. Варить в бульоне не стали, взяли котлеты тонкацу. Еще рыбных котлет заказали — тут они тоже местная достопримечательность. А на десерт — местное мороженое сирокума, представляющее собой смесь из сгущенки, мелко колотого льда и фруктов. Японцы этот десерт в виде мордочек медведя подают.

Чай я все-таки купил, зеленый пока в России мало кто пьет, но меня в прошлой жизни заносило по службе в Среднюю Азию, там и пристрастился. Поначалу он мне почему-то страшно рыбой отдавал, а потом ничего, привык, даже предпочитать начал черному.

Уходили на судне из порта уже в темноте. Я на палубу вышел — черная вода, звездное небо над головой и множество огней по берегам бухты, отражающихся в воде. Такое ощущение, словно пароход наш плывет по космосу, а со всех сторон звезды мигают.

Кто-то подошел, встал рядом, вздохнул, сказав голосом Звягина:

— Наслаждаешься?

— Ага, замечательно красиво.

— Это да, — согласился Ксаныч, — Сам люблю так вечерком постоять на палубе. Купил чего?

— Так, по мелочи, — скривился я, впрочем, я на боцмана не смотрел, вряд ли он заметил, — Чая немного, да косметику местную. Чепуха это. Я бы машину взял тут, хороши они у них.

— А Запорожец продашь? — уточнил Звягин.

— Да нет, зачем? Оформил бы на Алису или на парней, всего-то делов.

— Ну, покупай тогда.

— А разве можно? — удивился я.

— В прошлом рейсе у нас матрос один привез. Сейчас можно. Перевозка недорогая, баксов полсотни всего. Но ты подумай, если обломаешься, где запчасти брать будешь? Это только заказывать, да ждать, пока привезут. Еще и руль справа, неудобно.

Тут он прав, но все не так плохо, тем более что уже через годика