Убить Хрущева! Книга 1 - Георгий Савицкий

Вдоволь нагулявшись по городу, Артем глянул на часы: время перевалило за полдень, стрелки показывали без четверти два. Он почувствовал голод.

В центре города располагался ресторан «Металлург», как понял «наш человек в эпохе Хрущева», наиболее фешенебельное заведение здесь.

У дверей ресторана толпилась очередь, но Артем нагло протиснулся вперед.

— Куда прешь!

— Тут очередь! Все в ресторан хотят!..

— Совсем бесстыжий!..

— Спокойно, граждане, у меня — бронь! — Артем, как видел в фильмах о советских временах, хлопнул ладонью по стеклянной двери. В ладони был зажат червонец.

Усатый пожилой швейцар в форменной тужурке и фуражке, увидев этот жест, предупредительно открыл перед серьезным посетителем дверь в советский «пищепромовский рай».

Как это ни странно, но в зале ресторана свободные столики все же имелись. Но за то, чтобы занять один из них, Артем отдал надменному пожилому метрдотелю еще один червонец. Помня о хамоватом и отнюдь не быстром советском сервисе, о котором вспоминали еще его родители, Артем настроился на довольно долгое ожидание. Но в этом для него имелся и свой плюс: можно было присмотреться к ресторанной публике.

В ресторане «Металлург» как раз и отдыхали те представители профессии, которые были посостоятельнее и покультурнее. На небольшой сцене играли, видимо, музыканты из оркестра заводского Дворца культуры. Тут же рядом танцевали парочки. Женщины нарядные, в цветастых платьях, мужчины в «выходных» пиджаках, допускались цветастые галстуки с рисунком к белым накрахмаленным рубашкам. Танцевали что-то среднее между буги-вуги и фокстротом: вот в музыке Артем уж точно не разбирался.

В основном, в ресторан приходили с семьями или большими компаниями — справить торжество. Но вот Артем заприметил двух друзей: явно они давно не виделись, и о чем-то разговаривали, оживленно жестикулируя. Между ними стояла уже ополовиненная бутылка водки, а на тарелках простая, но сытная закуска: шашлык, жареная картошка и салат. Сидят два товарища, выпивают — и никаких запретов, никакого «сухого закона». Кстати, многие мужчины курили и довольно крепкие папиросы. Сигареты, как заметил Артем, были не в ходу. Причем, друзья по виду больше напоминали инженеров и технологов. Будто подчеркивая подобный статус, один из них снял очки и стал протирать их салфеткой.

За несколькими столиками сидели молодые парни и девушки: где по двое, но чаще — небольшими группами.

А вот за сдвинутыми столами, на которых было выставлено полным-полно самой разнообразнейшей закуски и внушительная батарея разнокалиберных бутылок, шумно гуляла компания сталеваров: как понял из громких тостов Артем, отмечали какую-то важную сверхплановую плавку стали. «Наш человек в эпохе Хрущева» усмехнулся, вспомнилась давняя шутка: «Сталевары, ваша сила — в плавках!» Металлурги в удовольствии себе не отказывали, постоянно «засылая в оркестр», или подхватывали своих подруг и кружили в танце. Как ни странно, в ресторане царило именно веселье, бурное, молодое. Не омраченное еще дешевым «киданием понтов», как в 1980 — 1990-е годы… Рабочие люди имели право от души погулять в свой единственный выходной — чтобы завтра проснуться по заводскому гудку и отправиться на работу. Тяжелую работу — но нужную и востребованную огромной стране. Артем заметил, что именно вот это понимание востребованности и переполняло молодых парней и девушек — здесь и сейчас, в 1955 году.

Это потом годы согнут крепкие спины, безмозглая брежневская пропаганда обесценит этот яркий трудовой порыв молодости, а все уничтожит долбаная Перестройка Миши «Меченного», такого же козла, как и нынешний «Кукурузный Бонапарт»…

Артем вздохнул, раскрыл книгу Евгения Воробьева «Высота» и погрузился в чтение. История о строительстве доменной печи на металлургическом предприятии на Южном Урале действительно увлекла.

* * *

Но не прошло и пятнадцати минут, как возле столика появилась молодая официантка в белом переднике и белой розеткой в волосах.

— Что будете кушать?

— Для начала — солянку, бифштекс с жареной картошкой и зеленым горошком и салат «Столичный».

— Что пить будете?

— Бутылку — тоже «Столичной», и томатный сок, — Артем с официанткой общался подчеркнуто вежливо, но с властными интонациями в голосе, давая понять, что хамства не потерпит в принципе.

Конечно, здесь, хоть и старались, как говорится, «выдержать шик», но все же привыкли к гораздо более простому, «рабоче-крестьянскому» обхождению.

— Это все?

— Да, спасибо большое.

Прошло еще примерно минут 15–20, прежде чем на столе появилось все заказанное Артемом. Видимо, его деловая и вежливая манера общения произвела должное впечатление.

Венчала стол запотевшая бутылка. Люди приличные, пьют водку «Столичную»!

Разработана оригинальная рецептура «Столичной» была в 1938 году, выпуск начался в 1941-м. Но вскоре в водочные бутылки стали разливать «Коктейль Молотова». Возобновился выпуск водки только после снятия блокады Ленинграда — в 1944 году.

А уже в 1953 году началось производство «беленькой» на московском заводе «Кристалл». В следующем — 1954 году советская «Столичная» победила в международной слепой дегустации, где она обошла даже исключительно популярную западную водку «Smirnoff»!

Стоила бутылка «Столичной» в 1955 году 30 рублей 70 копеек, и это было очень дорого! Так что Артем решил немного пошиковать, заказав именно ее. Он с удовольствием выпил рюмку и налил еще из бутылки с этикеткой, на которой была гостиница «Москва». Строительство шедевра сталинской архитектуры завершилось в 1935 году. Гостиница стала своеобразным символом времени, гордостью Страны Советов — потому ее и поместили на этикетку.

Глоток ледяной обжигающе-горькой водки подстегнул аппетит, и Артем с удовольствием принялся за вкусную наваристую солянку с кусочками копченостей и малосольными огурчиками. Быстро опустошив тарелку, он взялся за бифштекс с жареной картошкой и зеленым горошком и салат «Столичный». Периодически по чуть-чуть подливая себе в рюмку «Столичной». М-м-м… Вкуснотища! Хорошо-то как…

Внезапно возле его столика материализовался все тот же усатый надменный метрдотель. Вместе с ним — пара средних лет. Мужик, невысокого роста, плечистый, но уже обрюзгший. Квадратное, в общем-то, приятное, но простоватое лицо с глубоко посаженными глазами портил только нос картошкой, подозрительного красноватого оттенка, что как бы намекало на пристрастие к горячительным напиткам. Рядом с ним вышагивала дама, выше него ростом, со следами былой красоты и молодости, но со злым и недовольным выражением лица.

— Вот, у товарища свободный столик, прошу садиться, — все с таким же надменным видом заявил метрдотель.

— Вообще-то, я попросил отдельный столик и не беспокоить, — с раздражением в голосе ответил Артем.

— Не знаю, у меня — план по посетителям. Мы же с вами,