Андрей Форт - Мастер иллюзий (СИ)

— Что, уже не такой наглый, а, выродок? — сжимая кулаки, подходил ближе Санти.

— Сейчас мы тебя научим хорошим манерам, деревня, — довольно скалился Ренси, заходя с другой стороны.

Барон и старшекурсник остались на своих местах, и вмешиваться в драку, кажется, не собирались.

Я потихоньку отступал в сторону поворота, лихорадочно размышляя. Мимо барона проскочить не удастся, не позволят. Вступать в драку рискованно, поскольку если от одного быть может и отбился, то от двоих сразу, а то и троих это почти нереально сделать. Остается только попытаться бежать назад в надежде, что прихвостни барона отстанут быстрее, чем выдохнусь. Приняв решение, развернулся и рванул за угол, стараясь развить максимальную скорость.

Однако далеко убежать не удалось. Что-то сильно ударило под колени, от чего я не удержался на ногах и кубарем полетел по полу. Остановился только после того как чувствительно приложился плечом об стену.

К тому моменту когда смог более менее оклематься, вся четверка уже была рядом, не оставляя никаких шансов на побег.

— Что-то быстро ты решил нас покинуть. А ведь мы еще не закончили наш разговор, — подходя ближе и наклонившись надо мной, сказал Эрнетт.

— Да он бежал как побитая шавка, поджимая хвост, — хохотнул Санти, — а до этого такой гордый был.

— Ничего, сейчас мы ему эту гордость затолкаем поглубже, — вторил ему Ренси.

Первый удар в живот я пропустил, пытаясь стать на ноги. Боль резанула так, что перехватило дыхание и заставила согнуться вдвое. Несколько следующих удалось заблокировать, прикрыв руками голову. Однако вдохнуть все никак не получалось и последовавшая атака одновременно с двух сторон увенчалась успехом. Уклонившись от удара Санти, пропустил кулак Ренси, врезавшийся мне в голову. В голове зазвенело, а глаза на миг заволокло туманом, поэтому следующие удары тоже пропустил.

От сильной боли подкосились ноги и я сполз по стене на пол. Удары посыпались еще обильнее, причем били уже и ногами. Пока еще удавалось прикрывать голову, но долго это продолжаться не могло. Очередной мощный удар пробил хлипкий блок, и в голове помутилось от боли.

Дальнейшее я помню довольно смутно: вот следуют вспышки боли в ребрах, животе, ногах. Прилетает в голову, и я чувствую солоноватый вкус крови на разбитых губах. Сколько это продолжается, не знаю, однако боль от ударов уже не практически не ощущается. Сознание медленно уплывает в спасительную черноту…

Очнулся в незнакомом помещении на жесткой койке. Рядом никого не наблюдалось, поэтому попытался встать и оглядеться. К моему удивлению это легко удалось.

Скинув с себя что-то похожее на серую простынку, опустил голые ноги на холодный пол. Тут только до меня дошло, что из одежды на мне только нижнее белье, а остальная куда-то исчезла. Прислушавшись к своим ощущениям, с удивлением осознал, что ничего не болит, а оглядев себя на предмет синяков и ссадин ничего подобного не обнаружил.

Пока я соображал как такое возможно, в помещение вошли двое. Первой порог переступила женщина невысокого роста с добрым лицом, одетая в зеленую мантию целителей. Следом за ней шагнул высокий мужчина с цепким взглядом и кожаной папкой в руках.

— Смотрите-ка, Силия, ваш подопечный уже на ногах и сбежать пытается, — обращаясь к женщине, произнес он.

— Вас послушать, Нарин, так вокруг одни преступники и злоумышленники, а не студенты, — сердито глянула она на мужчину и обращаясь уже ко мне: — Как самочувствие? Ничего не беспокоит? Голова не болит?

Получив от меня заверения, что все в порядке, она внимательно меня осмотрела и, оставшись довольна увиденным, произнесла:

— Все в порядке, лечение прошло успешно. В ближайшие несколько дней усиленно питаться и избегать физических нагрузок. С тобой хочет пообщаться по поводу случившегося следователь Нарин, — произнеся это, она тихонько вышла, оставив нас вдвоем.

— Поговорим, Лок? — оглядевшись и не найдя стула, он присел на кровать и дождавшись моего кивка продолжил:

— Сегодня тебя в коридоре и без сознания обнаружили студенты, возвращавшиеся с обеденного перерыва. Ты был сильно избит, имелись серьезные повреждения внутренних органов. Не хочешь рассказать, кто это сделал и по какой причине? — он чуть наклонился и внимательно уставился мне в глаза, ожидая ответа.

Обдумав варианты ответа, решил рассказать все, как было.

— Очень интересная история, — задумчиво произнес Нарин, дослушав до конца. — То есть ты утверждаешь, что тебя избили по приказу барона Эрнетта, так?

Нехотя кивнул.

— А свидетели, способные подтвердить твои слова есть? Нет? — мужчина задумчиво потер переносицу и надолго замолчал. — Видишь ли, ты обвиняешь барона в серьезном преступлении против правил академии. Свидетелей произошедшего у тебя нет. В итоге мы имеем слово простолюдина против слова благородного, который вряд ли подтвердит твою версию событий. Скорее потребует от тебя публичных извинений в оскорблении и будет в своем праве. Поэтому мой тебе совет: забудь об этом инциденте и не зли больше благородных. Я же забуду все здесь сказанное, и не буду давать ход делу.

Я, потрясенный таким ответом, на некоторое время потерял дар речи. Не такого ответа ожидал, совсем не такого. Внезапно вспомнились слова Свена о том, что равноправие студентов лишь красивые слова. Похоже, он был прав. Не стоит ожидать, что местное правосудие встанет на сторону простолюдина. Такого уже давно нет и в моей родной стране, где высокопоставленные чины и богатеи с легкостью избегают наказания за преступления против обычных граждан. Так что не стоит строить из себя героя. Надо соглашаться с местным следователем.

— Я согласен, — хмуро глядя на Нарина, выдавил из себя.

— Это правильное решение, — повеселел Нарин, — больше не лезь к благородным и спокойно доживешь до выпуска.

Мотнул головой, хотя был совсем не убежден, что барон так просто отвяжется.

— Что ж, удачи в учебе, — подмигнул Нарин и вышел, оставив одного.

Спустя еще тридцать минут я уже находился в своей комнате. Добрая целительница Силия не опустила меня, покуда не прикончил здоровенную чашку тушеных овощей с мясом, которую она принесла сразу после ухода Нарина.

Выдав одежду и получив обещание, что в случае ухудшения состояния сразу же обращусь к ней, меня отпустили. Как оказалось, был уже вечер, занятия вот-вот должны были закончиться, поэтому меня отправили домой отдыхать и отсыпаться.

Добравшись до своей койки, растянулся на ней, погрузившись в невеселые размышления о случившемся. Однако, не успел как следует обдумать ситуацию, как распахнулась дверь и внутрь влетел запыхавшийся Вит. Увидев меня он облегченно выдохнул и тут же приступил к допросу: