Андрей Успенский - Белые звёзды

- Чего это они запаниковали?! - удивленно спросил Дмитрий.

- Ну...Как Вам объяснить... - замялся Двигубский, - М-м-м...естественно, только между нами, тут дело не в панике. Здесь уже совсем другие игрища — высокая политика, так сказать. А то, что у нас стряслось , лишь удобный предлог, прецедент, своего рода! У Антона Ивановича, у Деникина, свои взгляды на Займ, а у его высокопревосходительства господина адмирала, свои...Вот они и тянут одеяло, каждый в свою сторону. Гм-м...да...Ну а Владимир Зенонович, хотя и амбициозен до крайности, но между жерновами попадать не желает. Так что, чем быстрее он от золота избавится, тем хлопот будет меньше. А по сему, господа офицеры, приказом главнокомандующего нам поручается срочная отправка груза по назначению.

- И когда мы это должны сделать?

- Как можно скорее, милостивые государи, как по-мне, так хоть завтра! Однако, сначала, мне серьезно переговорить кое с кем понадобиться, да и бронепоезд только завтра к вечеру ожидается, так что готовьтесь-ка на послезавтра. Вот такие дела, господа. За сим, честь имею! - Двигубский кивнул офицерам и направился к двери, - Да! Дмитрий Игоревич, не проводите ли меня?

- Конечно.

  Они вышли из штаба и направились к воротам.

- Вы не подумайте чего плохого, ни боже мой! И в мыслях не имею. - Двигубский остановился и внимательно посмотрел Дмитрию в глаза.

- Вы своим людям полностью доверяете?

- Как самому себе! - воскликнул Дмитрий, - А к чему этот вопрос?

- Да что Вы, право слово! Не обижайтесь! А вопрос...в силу профессии, знаете ли...С утра вот с небезызвестным Вам прапорщиком Борщевым беседовал. Интереснейшая личность, доложу Вам! А сейчас, думаю, пришло время с начальником его словечком перекинуться. Как бишь наш дружище Серж говорит - «по-свойски перетереть»...М-да...- Двигубский задумчиво скосил глаза в сторону.

- Вы что же подозреваете их?

 -Ну-у-у... - потянул контрразведчик, - Скажем так — собираю полезную информацию. Аристарх Платонович, давеча, тоже интересные сведения через агентов своих раздобыл. Есть о чем серьезно задуматься, дорогой полковник, определенно есть о чем! Ну что же, не смею Вас задерживать более и...удачи всем нам сегодня! - Двигубский резко повернулся и зашагал к выходу, оставив Дмитрия стоящим в задумчивости посреди двора.

  Чихнув двигателем и заскрипев разношенными тормозами , автомобиль замер у крыльца. Сурового вида подпоручик соскочил с переднего сиденья и махнув рукой двоим конвойным коротко буркнул : «Ко мне, штыки примкнуть!». Козырнув дежурному офицеру, они прошли внутрь и загрохотали сапогами по широкой мраморной лестнице. Розовощекий, чем-то похожий на пухлого молочного поросенка, адъютант выскочил из-за своего, уставленного разнокалиберными телефонами, стола и попытался преградить вошедшим дорогу.

- Господа! Господа! Куда это вы ?! Туда нельзя! Полковник за...-

- Контрразведка! - ожег его взглядом подпоручик, - В сторону! - и потянул массивную дверь кабинета.

Полковник Шперлинг аккуратно наливал молоко из изящного серебряного судка в тонкий хрустальный стакан с чаем. Он поднял глаза на вошедших и замер, не замечая как тонкая белая струйка переполняет стакан, сбегая по стенкам и разливается большим белым пятном на зеленом сукне столешницы.

- Полковник Шперлинг! Вы арестованы! Прошу сдать оружие и следовать за мной!

- А..кх-х-..На каком основании! - поперхнулся интендант.

- Приказом главнокомандующего, - подпоручик вытащил из-за обшлага шинели сложенный вдоль лист бумаги и протянул его Шперлингу.

- Ваш револьвер, господин полковник! И...молоко-то...по-аккуратнее, зальете все ..

- Да-да...Конечно... - интендант отставил судок и тяжело опустился на стул, - Меня куда, к Владимиру Зеноновичу или...-

- Нет, в управление контрразведки. Собирайтесь, полковник!

  Еще засветло, бойцы группы захвата прибыли в банк. Дабы не вызвать подозрений у возможно наблюдавших за зданием бандитов, Дмитрий приказал группе рассредоточиться и войти в банк, как простым посетителям. Последними, под видом бригады печников, появился Пятак с тремя бойцами. Они выгрузили из подводы связки труб и несколько печей-буржуек, в которых было спрятано оружие и снаряжение и, громко переругиваясь с привратником, потащили все внутрь. Потянулись томительные часы ожидания...Ровно в пять свет в банке погас и служащие, захлопнув свои конторки, потянулись к выходу. Последним вышел Калитеевский, попрощавшись с привратником и пронаблюдав, как тот закрывает массивный парадный ход, Александр Александрович поднял воротник пальто и шаркающей стариковской походкой побрел к своему дому.

- Внимание! Группе по местам! - отдал приказ Дмитрий, - Сережа- в подвал, ненужное освещение к чертовой матери, расставить людей!

- Есть! Группа за мной! - Пятак загрохотал вниз по винтовой лестнице. Указав каждому его место, Пятнаковский, чертыхаясь и дуя на обожженные пальцы, вывернул тусклые лампочки, оставив одну — едва освещавшую небольшой пятачок перед решеткой хранилища.

Они поднялись в кабинет управляющего и не включая света присели на жесткий диван. Старый дом жил своей, понятной лишь ему одному жизнью, поскрипывая перекрытиями и шурша сквозняками в пустых и пыльных коридорах. Время тянулось в такт большим напольным часам в углу кабинета, отщелкивая минуты, вслед за мерным ходом маятника, шепеляво перезваниваясь курантами через каждые полчаса. Трель телефона резко ударила по ушам, разрывая ватную тишину.

- Да! - Дмитрий схватил тяжелую прямую трубку

- Господин полковник! Это Фомин.

- Здравствуйте Аристарх Платонович, слушаю -

- Кажется началось, к соседнему дому подъехали две подводы и пролетка. Всего человек семь, стоят перекуривают...Это первое, второе — за Калитеевским заехал какой-то человек и они направляются в вашу сторону, думаю через минут пять подъедут к банку. Так что, будьте на чеку!

- Вас понял, мы готовы. А Вы-то где?

- Хе-е, да рядом, через улицу, в редакции «Новой России», так что...считайте репортером заделался! - хохотнул Фомин.

- Ага! А вот и пролетка, похоже Калитеевский!

- Понял, работаем! - Дмитрий бросил трубку на рычаг и кивнув Пятаку осторожно вышел на площадку второго этажа.

  Затренькал звонок входной двери и в темноте послышались шаркающие шаги и глухой кашель привратника. Щелчок выключателя зажег матовый плафон в руках бронзовой наяды, высветив холл и входную дверь.

- Кого там несет! - просипел привратник приоткрывая глазок.

- Это я, Василий, Калитеевский! Отворяй! Скорее!

- Носит, нелегкая...Скорее им...- заворчал он лязгая запорами.

  Звякнув последней щеколдой дверь отворилась впуская Калитеевского и сопровождавшего его человека в тужурке телеграфиста с грязным шейным платком на горле.