Солнечное Копьё - Валерий Камнев

— Темно! — нехотя отвечаю. — Как же мы можем идти?

— Надо ждать! — чуть успокоившись, отвечает Искра. — Как только станет немного видно — надо идти! А то они могут захотеть поймать ещё одного из нас!

— Тогда мы убьём их! — сурово хмурится Камень. — Но ты права — сейчас ни к чему рисковать жизнью. Кровавые Охотники опасны. Женщине-Птице не повезло.

— Да, — соглашаюсь. — Но на её месте мог оказаться любой из нас! Куда вы смотрели? — обвожу взглядом Тапира и Живущего в Воде.

— Кровавый Охотник был сзади! — отвечает Тапир. — Я не видел его, пока он не прыгнул!

Живущий в Воде молчит, и становится ясно — именно он прозевал подкравшегося гомотерия.

— Я не решился ударить копьём… — смущённо говорит Тапир. — Кровавый Охотник схватил Женщину-Птицу за голову и посмотрел на меня. Она кричала, а он сломал ей шею, но не сводил с меня глаз. Я не выдержал его взгляда. Я испугался.

Молча киваю, прислушиваясь к звукам, доносящимся из темноты, и не виню Тапира за его испуг.

Едва начинает рассветать, осторожно отправляемся в путь, надеясь не наткнуться на хищника. Гомотерии смолкли, и трудно понять, где они находятся.

Поднимается солнце, отгоняя ночные страхи, и о визите гомотериев напоминает только рана на моей ноге и отсутствие Женщины-Птицы. Эту тихую женщину очень жаль. Она не заслужила такой смерти.

— Я рада, что ты услышал меня! — тихо шепчет Искра, оказавшись рядом. — Трудно убить Кровавого Охотника и остаться в живых!

— Понимаю. Но всё равно считаю себя трусом.

— Нет! — возражает жена. — Это не так.

— Так, — усмехаюсь. — Я знаю — Кровавые Охотники сильны, но стыдно уходить, не отомстив за её смерть.

— Ей не помочь, — удивляется Искра. — А нас мало, чтобы убить двоих Кровавых Охотников и уцелеть самим.

Скорее всего, она права, но всё равно на душе скверно. Гомотерии хорошо дали нам понять, кто именно здешние хозяева равнин. Человеку очень трудно тягаться с большими кошками, не имея огнестрельного оружия.

От таких размышлений делается неприятно. Стараюсь идти осторожно, чтобы не слишком тревожить раненую ногу, но мысли то и дело возвращаются к хищникам. Вспоминая, я будто наяву, снова слышу хруст костей и страшные голоса саблезубых кошек.

Большая река впадает в Миссисипи, и неподалёку от устья, на громадной лесной поляне расположилось стойбище.

Камень, Живущий в Воде и Тапир не раз зимовали здесь, и приближаясь к лагерю, бурно обсуждали, что именно готовят на кострах, чьи дымки виднеются над лесом.

Но оказавшись совсем близко, охотники на миг растерялись — среди знакомых шатров нашего племени виднелись жилища, изготовленные из связанных охапок травы и каких-то плетёных циновок. Они не походили на привычные конусы, а скорее напоминали маленькие закруглённые купола.

Наше приближение было замечено издали, и навстречу поспешили люди. Впереди всех, набрав небывалый темп, нёсся Хвост, разглядев своего отца. Мальчишка бежал что есть силы, и врезался бы в Камня, но охотник вовремя подхватил его на руки.

— Чьи это жилища? — прогудел Тынг, обращаясь к сыну.

Хвост что-то лопочет, но я уже не прислушиваюсь к нему. Я вижу Жёлтое Дерево, которая бежит, будто ребёнок, ничуть не стесняясь соплеменников. Роняю оружие на землю и распахиваю руки. Вэл-юу вмиг оказывается в моих объятиях и тихо выдыхает:

— Вернулся!

— Вернулся, — усмехаюсь в ответ. — А почему так много жилищ? Я не понимаю.

— Когда мы пришли к месту нашей стоянки, — рассказывает жена, — то встретили здесь три семьи из племени Людей-Быков. Слышащий говорил с ними, и теперь они стали одними из нас.

— Но ведь жилищ не три, а больше! Даже недостроенные есть… Зачем Людям-Быкам столько?

— Это не их жилища! — негромко отвечает Вэл-юу. — Ты забыл. Люди-Быки просто взяли остатки наших старых жилищ. Тех, в которых мы проводили зиму. Слышащий разрешил им перестроить их по-своему. Вот они и выглядят непривычно. А мы теперь некоторые старые уберём, а другие построим. Но знай — я не начинала делать жилище без тебя! Я решила — наш шатёр большой. Может, ты захочешь утеплить его снаружи, а не строить новое жильё. Не сердись, если я поступила неправильно!

— Ты поступила верно, — киваю. — Мы вместе подумаем, что станем делать. Лучше скажи — как ты?

— Теперь хорошо! — Жёлтое Дерево улыбается.

Все жители стойбища уже толпятся вокруг. Нить протискивается к мужу, а Лисица тем временем уже что-то рассказывает Камню.

Но тут Грынк прерывает хаос, отправляя соплеменников работать. Только Камень, я, Тапир и Живущий в Воде, остаёмся вместе с вождём. Искра удаляется вместе с Лисицей и Жёлтым Деревом, а мы, следуем за Слышащим к шатру вождя, где уже суетятся Лёгкая и Звёздное Одеяло, обжаривая на костре полоски сушёного мяса.

Камень, как старший из нас, рассказывает вождю о проделанной дороге. Узнав об убийстве троих охотников, Грынк недовольно хмурится, но молчит, а о встрече с гомотериями вовсе слушает мимоходом.

— Ты принял новых людей, — говорит Камень, которому надоело много рассказывать.

— Да, — важно кивает Слышащий. — Они сильные охотники, и полезны нашему роду.

— Чего же они убежали со своей земли? — усмехается Тынг. — Раз такие сильные.

— Теперь Высокий, Идущий Один и Рычащий Медведь — охотники нашего рода. Помни, что я запрещаю любые поединки. Не нужно испытывать их храбрость и силу.

— Вот как? — щурится Камень.

— Да, — отвечает вождь. — Людей-Быков больше нет. Теперь есть только племя Белого Цветка. Я надеюсь, ты услышал меня.

— Услышал, — неохотно произносит Камень, помолчав немного. — Ты решил собрать никому не нужных людей, и я не собираюсь тебе мешать. Бери их сколько угодно. Это не моё дело. А теперь я хочу отдохнуть.

Тынг поднимается, не дожидаясь ответа вождя, и молча уходит к своему шатру.

— Мы всё рассказали, — говорю, обращаясь к Грынку. — Я тоже пойду, если ты не против.

— Иди, — кивает Слышащий, и я, не теряя времени, спешу покинуть общество вождя.

Жена Волчьего Человека жарит лошадиное мясо, и дядюшка приглашает составить ему компанию. Отказываться не следует. Тем более, что Волчий Человек наверняка хочет поговорить о