Ворошиловский стрелок. Книга 1 - Дмитрий Найденов
— Как вы считаете, он может возглавить партизанский отряд в тылу врага, можно ли ему доверить это и как он отнесётся, если над ним поставить командира?
Отвечать сразу на вопрос лётчик не стал, задумался и только через три минуты дал ответ,
— Боюсь, что командира над собой, он не потерпит, я встречал таких людей с горящими глазами, которые видят мир по-своему, если поставить над ним командира, то он потеряет инициативность. Подчиняться будет, но ожидать от него эффективных действий после этого не следует. Он думает не как мы все, у него другое видение обстановки, отсюда он и принимает нестандартные решения, которые приводят к поразительным результатам. А ещё он учится, анализирует и, уверен, в будущем станет ещё той занозой на пути фашистских захватчиков, если, конечно, выживет.
— А если к нему отправить политработника, в подчинение, так сказать, кроме идеологической части, это возможно? — спросил лейтенант НКВД, делая пометки в своём блокноте.
— Возможно, но не каждый человек подойдёт, он не потерпит к себе отношения, как к школьнику, нужен равный кандидат, умный, проницательный, идейный, но не фанатик, — простоите, если я не так сказал, но других слов объяснить у меня нет.
— Хорошо, вернёмся к вашему делу, вы можете доказать, что не были в немецком плену и что Станкевич вас вызволил не из плена, вы ведь тогда были без сознания?
— Прямых доказательств у меня нет, но я опросил медсестру Марину, которая меня готовила к операции, она подтвердила, что мои документы были при мне, как и оружие, которое было на поясе. Попади я в плен, немцы уж точно оружие отобрали бы, да и документы забрали, это если бы оставили меня в живых. Можете подтвердить это у неё, она выбиралась вместе с нами.
— И её допросим, но пока вы находитесь под следствием территорию больницы не покидать, о нашем разговоре никому никаких деталей не рассказывать. Даже сотрудникам моего ведомства, в случае поступления таких вопросов отправляйте ко мне, вот мои данные и телефон для связи, если вспомните что-то важное, свяжитесь со мной по нему, — произнёс старший лейтенант НКВД и, встав, вышел из палаты, оставив озадаченного лётчика одного.
Окрестности Барановичей. Деревня Борки.
Следующие два часа помогал организовывать эвакуацию всего, что представляло ценность в городе и его окрестностях, но в первую очередь — госпиталя. Наша громкая победа стала триггером для многих, в ряды ополчения захотели записаться десятки человек, и это стало настоящей проблемой, но я нашёл, на кого свалить всю эту нагрузку, а именно на своего заместителя. Все организационные вопросы она взяла на себя, а я занялся проверкой знания технической части и владения оружия. С последним была откровенная беда, если из ружей ещё умели стрелять, то вот пользоваться немецкими винтовками и пулемётами никто не умел. Ещё я думал, как оборонять город, если противник ударит по нескольким направлениям, мы его неудержим, а значит, нужно думать о занятии рубежей за мостом. Обучение проводил прямо у сельсовета, без стрельб, но как разбирать. Чистить, прицеливаться, снаряжать магазин и стрелять на разные дистанции, я показывал, заставляя отрабатывать эти действия по несколько раз.
Среди трофеев нам достались пулемёты и винтовки, знаменитые по моим знаниям из будущего, ни одного автомата у немцев не обнаружили, что сильно меня удивляло. В итоге, к пяти часам вечера в ополчение записалось 22 человека, из них одна девушка, которая будет выполнять функции медсестры, а вторая — готовкой, хотя обе и вполне неплохо смогли освоить винтовку, насколько это возможно за один час занятий.
К тому времени меня уже отпустили из больницы, убедившись, что сильный ушиб пошёл на спад и лёд оказал чудотворное, в моём понимании, действие, хотя врач настоятельно рекомендовала мне на ночь ещё приложить льда, чем я обязательно воспользуюсь.
К этому времени я утвердился в мысли, что нужно строить оборонительный рубеж по линии реки и первым делом озаботился разведкой этого места. Хотя мост и находился рядом с городом, на той стороне был посёлок Приборово, его то и решил осмотреть вместе с Архипом и Пахомом. На всю трофейную технику нанесли красные звёзды и добавили надписи ДНО «Ворошилов».
Так же раздал условные сигналы и то, как на них реагировать, проинструктировал Архипа и Пахома, как себя вести, ведь там могут быть немецкие диверсанты в форме солдат Красной армии. Особо обговорил сигналы и то, что даже сотрудники НКВД могут быть диверсантами, хорошо говорящими по-русски, поэтому смотреть на меня и реагировать на мои сигналы.
Поэтому, когда я выехал к мосту, то не опасался за возможный обстрел, если на той стороне окажутся наши солдаты, а они там действительно оказались. Вначале мы подъехали к мосту, и я, внимательно осмотрев окрестности через прицел пулемёта, вылез из коляски и, взяв свою винтовку, отправился осматривать мост. Сама река Щара была не очень глубокой, но широкой, с топкими берегами, местами переходящими в болота. Провести через неё технику, минуя мост, практически невозможно или потребует огромных усилий и времени, поэтому занять оборону на том берегу будет вполне логично, но это при том, если два соседних моста, удержать. Судя по их стратегическому значению, их должны охранять, и это придётся выяснить сегодня, чтобы понимать, как планировать оборону этого участка. При этом сам мост нужно подготовить к уничтожению, это было второй целью моей поездки. Взрывчатки у нас нет, но зато есть солярка, бензин и масло, вполне подойдёт для хорошего огненного шоу.
Я уже дошёл до конца моста и стал осматривать заросли около дороги, выбирая, где лучше всего разместить