Андрей Стригин - Заповедник людей

— Даёшь мне ночь?

— Будет тебе ночь, но утром принимай решение, — с неудовольствием произносит Идар.

Виктору стягивают руки верёвкой, один из мужчин наматывает конец на руку и группа тронулась.

Проходя мимо сопки, где залёг Алик, Виктор из-за всех сил старается сохранять безразличие и не выдать своё волнение, только бы тот не пульнул сгоряча, тогда точно — в живых не оставят. Хотя, будущее не очень хорошо пахнет, душа Виктора покрывается инеем, когда начинает думать о предстоящих пытках. А может пусть идёт всё к чёрту, отдать автомат и влиться в команду Идара? М-да, перспектива та ещё, рабами сделают и Нину отберут… нет — лучше пусть будут иголки… выдержать бы только. Как бы хотелось знать, что такое настоящая боль? Можно ли её вытерпеть? Виктора начинает мутить от безысходности и страха, но внутренний стержень становится только крепче, мужчина всё для себя решил, пусть хоть кости камнями дробят, но Нину на поругание не отдаст. Странно, но в данный момент, когда Виктора ведут как барана на убой, он не вспоминает о группе спелеологов, все его мысли только о своей женщине и это даёт ему решимость и силу. Чтобы отвлечься от гнетущих мыслей, Виктор непринуждённо спрашивает:- А как там Дмитрий Леонидович поживает?

— А зачем ты об этом спрашиваешь? — с интересом глянул на Виктора Идар.

— Так. Вроде как он ваш босс…

— Да какой же он босс? Слабым оказался, всю свою силу в деньгах держал, а как их не стало, сдулся как мыльный пузырь. Ещё по привычке пытался воду мутить, но пару раз носом ткнул в дерьмо, таким шустрым и обходительным стал. Я его надсмотрщиком назначил, в этом деле он просто великолепен… плётку изготовил. Как говориться, наконец-то он нашёл себе работу по душе, так отрывается жирная сволочь, душа радуется, — смеётся Идар.

— Порядки у вас, — неодобрительно говорит Виктор.

— А иначе нельзя, не выживем. А ты знаешь, моя мечта создать что-то подобия римской империи, — не удержавшись, выпалил Идар и даже краснеет от переизбытка чувств.

— Смешно, — хмыкает Виктор.

— Да брат, смешно, — кивает Идар, — сейчас смешно. Помог бы ты мне в этом начинании.

— В качестве кого? — с насмешкой глянул на него Виктор.

— Префектом лагеря, — серьёзно заявляет он.

«Да, далеко зашёл. А ведь как не крути, на полном серьёзе планирует Нью-Рим создать», — Виктор хочет рассмеяться, но неожиданно позавидовал: «Ему ясна конечная цель, а я даже не знаю с чего начать. Единственно точно знаю, рабства у нас не будет», — и всё же Виктор не удержался и шутит:- Префект лагеря — это завхоз по-нашему?

— Уловил суть, — с интересом глянул на него Идар, — но не совсем завхоз — боевой завхоз, — уточняет он.

— Лестное предложение, — Виктор хотел почесать отрастающую бородку, но его сильно дёргают за верёвку и он едва удерживается на ногах. — Я подумаю над твоим заманчивым предложением.

— Подумай. У тебя целая ночь, — обнажая белые ровные зубы, улыбается Идар.

Виктор ожидает, что они выйдут к морю, но его ведут на скальное возвышение. Долго идут по тропе вверх и упираются в завал из камней, в центре которого виднеются грубо сколоченные из досок ворота. Двое мужчин выглянули из-за камней, увидели Идара, поспешно их открывают, скалясь в добродушных улыбках, оглядывают Виктора:- Ещё один раб?

— Ваш потенциальный начальник, — невозмутимо изрекает Идар, — повергая в недоумение охранников.

Виктора втягивают за завал, и он едва не присвистнул от неожиданности и удивления. Перед его взором возникает обширная поверхность, на которой ударными темпами строятся жилища. У склона скалы роется бассейн, куда уже стекает вода из родника, дымятся костры, жарится и коптится рыба, голуби и даже крутится на вертеле настоящая дичь. При внимательном рассмотрении, ею оказалась собака.

— Круто! — не в силах сдержать эмоции, выдыхает Виктор.

— Так может тебе уже и ночь не нужна, чтобы дать мне ответ? Могу хоть сейчас развязать верёвки, — предлагает Идар.

— Голова кругом идёт, надо бы поразмыслить, — действительно задумывается Виктор.

— Как хочешь, — немного разочаровался Идар.

Почти мгновенно появляется Дмитрий Леонидович. Виктор едва узнаёт его, он стал худым, взгляд из покровительственно-ленивого трансформировался в лихорадочно-злой, в руках держит плеть:- Ба, старый знакомый! — радуется он. — Куда его, камни крошить или бассейн рыть? — он с жадным интересом бросает взгляд на автомат, висящий за спиной у Идара.

— Не рви жо…у, он не пленник, а гость. Отведи в грот и охрану выставь. Еды принеси, питья и одеяло. Не вздумай его тронуть и следи, чтобы не убежал, не то женщину отберу и шкуру спущу, ты меня знаешь… Дима.

— Как не знать, пять лет службу у меня исправно нёс, — краснеет от злости бывший босс.

— Не завидуй, это грех, — ласково произносит Идар. — Ничего личного, — добавляет он, — просто ты слабым оказался, а здесь такими быть нельзя, — унижает он его.

Дмитрий Леонидович с ненавистью глянул на Виктора, словно он виновник во всём этом, хлестнул по воздуху плёткой:- Пойдём, гость, — ехидно говорит он и перехватывает верёвку.

— Тебе женщину на ночь дать? — вдогонку предлагает Идар.

— Обойдусь, — скривился Виктор.

— Зря. Тут Эльза мается. Ах да, забыл, что она там со своими козьими сиськами против Анькиного силикона! — взрывается хохотом он.

Неприятно саднит разбитый подбородок, болят рёбра и отбитые внутренние органы, а Дмитрий Леонидович зло тянет за верёвку, сознательно причиняя Виктору немалые страдания. Но Виктор относится к этому философски, этот человек сейчас взвинчен, пожалеть его только можно, ещё неизвестно, кто в лучшем положении он или Дима. Быть управляющим крупной компании и так низко пасть без шансов подняться, Идар уж постарается этого не допустить. Хотя, впору себя пожалеть, будущее расплывчатое.

Виктор взглядом лихорадочно шарит по сторонам, но с огорчением понимает, бежать с закрытого неприступными скалами участка непросто, да и любопытных глаз много.

— Надеюсь, ты недолго будешь в гостях у Идара, — Дмитрий подводит к скале, где чернеет углубление, перегороженное деревянными щитами, брёвнами, каменными глыбами и свистом подзывает одного из своих бывших охранников.

— Так это и есть ваша самая лучшая гостиниц? — хмыкает Виктор.

— Моя мечта её расширить… гости сейчас прибывают… особенно ретивых здесь помещаем. Кстати, для сведения, бежать и не думай, впереди обрыв и сразу море, туда мы скидываем остатки от еды, так что акул там развелось во множестве, да и касатки, иногда, подходят, а я заметил, они не любят людей.