Дмитрий Шидловский - Пророк

— Увольте, дорогой Гоюн, — натянуто улыбнулся я. — Говорить о том, что я мастер, способный управлять народами, это уж слишком большое преувеличение. А уж в пророки мне и совсем не по чину.

— Оставьте, — Гоюн поморщился так, словно я сморозил несусветную глупость. — Вы мастер боевых искусств. Вы мастерски управляетесь с корпорацией. Тот, кто обрел мудрость в малом, тот способен проявить ее в великом. А пророчества... Только для дураков это мистика. Вы должны понимать, что пророчества — это всего лишь плод развитой интуиции, большого опыта и сильного интеллекта. Тот, кто понимает, куда течет река, тот сможет предсказать, и как пройдет ее русло. Не принижайте себя. Вы один из тех мастеров, которые могли бы взвалить на себя груз ответственности за Землю.

— Вместе с вами, я полагаю? — устало спросил я. Гоюн ничего не ответил и лишь насмешливо скривил губы.

— Зачем вы позвали меня? Зачем я вам нужен? — я с трудом скрывал раздражение за показной усталостью.

— Вы знаете, какое влияние я приобрел в мировой экономике, — вместо ответа сказал Гоюн.

— Откуда мне это знать?

— Из результатов расследования, которое вы проводите вместе с полковником Маминым, по личному заданию вашего императора.

Я прикрыл глаза и сделал вид, что не расслышал его слов.

— Я приобрел блокирующий пакет в корпорации «Земля», — спокойно продолжил Гоюн. — Если объединить его с вашим, он станет контрольным. Вместе мы сможем так встряхнуть мир, что он падет к нашим ногам. Пришла пора действовать. Если бы вы были простым толстосумом или обычным отпрыском древнего знатного рода, я бы не стал вести с вами эту беседу, а обвел бы вас вокруг пальца, как обвел десятки других.

— Или убили? — перешел я в контратаку. — Лора Онасис умерла при весьма загадочных обстоятельствах...

— Я лишь следую воле мирового Дао, — Гоюн молитвенно сложил руки. — А всякий, кто идет против мирового Дао, так или иначе уничтожает себя.

— Хватит, — я изо всех сил вцепился руками в края стола. — Чего вы от меня хотите?

— Да вы ведь поняли уже все, — усмехнулся Гоюн. — Я лишь хочу добавить, что мне было бы очень печально вступать в единоборство с таким мастером, как вы. Я бы предпочел сотрудничество с вами. Подумайте, стоит ли защищать мир чванливых индюков и эксплуататоров только потому, что он дает видимость стабильности? Давайте вместе создадим новую реальность, более прекрасную и счастливую. Я не требую от вас немедленного ответа, — добавил он, выдержав многозначительную паузу. — Поживите у меня в поместье. Кристина проводит вас в вашу комнату. Я верю, что мы найдем общий язык.

Я медленно сделал несколько глотков чая, вытер губы салфеткой и поднялся.

— Благодарю вас за приятную беседу и роскошный обед. Был чрезвычайно польщен возможностью познакомиться с вами и взглянуть на ваше поместье. Оно великолепно. Но меня, к сожалению, ждут неотложные дела.

Глаза Гоюна, внезапно ставшие хищными, с новой силой впились в меня. Кажется, он уже решил, что сумел подавить мою волю и может манипулировать мной, как делает это со своими последователями. Не тут-то было. Я умел играть в гляделки и ответил ему таким кинжальным взглядом, что Гоюн от неожиданности сморгнул и отвел глаза.

— Жаль, — произнес Гоюн, растягивая слова. — Очень жаль, что вы так быстро покидаете нас. Я надеюсь, что вы в скором будущем найдете время снова посетить меня или хотя бы связаться со мной по телефону. Люди нашего уровня обязательно должны поддерживать тесный контакт. И помните: тот, кто идет против мирового Дао, теряет все и гибнет.

Я молча поклонился собеседнику, вставив правый кулак в левую ладонь. Он ответил мне тем же.

— Не утруждайте себя проводами, — сказал я. — Я найду выход.

— Надеюсь, что вы так же легко найдете и обратную дорогу в этот дом, — сдержанно улыбнулся Гоюн.

Когда я проходил через центральный холл, из боковой двери ко мне вылетел Андрей.

— Ваша светлость! — вскричал он. — Вы уже уезжаете? Позвольте мне остаться здесь. Меня согласился наставлять учитель девятой степени!

— Оставайся, — бросил я ему, не оборачиваясь. — Расчет получишь по почте.

По дороге в аэропорт я медленно выполнял дыхательные упражнения. Мысли снова обретали ясность и стройность. Я привык спокойно принимать удары и стойко переносить поражения, но удар, нанесенный Гоюном, был слишком силен, а сражение, которое я проиграл сегодня, могло привести к полному разгрому в войне. Конечно, осведомленность Гоюна оказалась полной неожиданностью для меня. Если в самом окружении императора завелся предатель, то на кого можно положиться?

Но не это ошеломило меня больше всего. Я был в растерянности оттого, что не знал, как возражать Гоюну, ведь в глубине души был согласен с большинством сказанного. Воистину, этот человек знал, кому и что говорить!

Я мысленно обратился к прошлому, ко времени ученичества у Ма. В ту пору, проиграв бой более сильному сопернику, я уединялся, собирался с силами, анализировал причины былых неудач, готовился и вновь бросал вызов. Я поступал так до тех пор, пока не превзошел всех живших в доме мастера учеников...

Я печально улыбнулся. Если бы все было так просто! Воистину, прав был наставник, когда говорил: «Ушу — это упрощенная модель жизни». — «Слишком упрощенная», — добавил я про себя.

Как сражаться с противником, который видит тебя насквозь, читает самые сокровенные твои мысли, даже те, которые ты гнал от себя сам? Да и враг ли он? А что если он, напротив, верный союзник? Что если будущее действительно принадлежит таким, как мы?

Мне вдруг захотелось опереться на что-то твердое, прикоснуться к чему-то правдивому, чистому. Но куда пойти, кому доверять? Власть имущим не с кем поговорить по душам, даже браки мы заключаем не по любви, а по расчету. Чувства убиваются в угоду интересам, а я уже и забыл, когда в последний раз разговаривал с кем-то не ради выгоды, а просто потому, что меня интересовал собеседник. Мне было некуда идти.

Некуда?

Неожиданно для себя самого я поднял трубку спутникового телефона, быстро нашел нужный номер в электронном ежедневнике (слава богу, не стер!) и торопливо набрал его. Юля ответила почти сразу.

— Здравствуй, это я, — сказал я почему-то охрипшим голосом.

Последовала длинная пауза.

— Решил вспомнить бедную девушку из провинции? — насмешливо спросила она наконец.

— Юля, ты нужна мне.

Наверное, мой голос звучал как-то странно, потому что она сразу изменила тон.

— С тобой что-нибудь случилось?

— И да, и нет. Ты нужна мне. Пожалуйста, ты можешь приехать?

— Куда? — тут же спросила она.

— У меня есть имение под Москвой. Извини, не хочу называть его. Я говорю по открытой линии. Через двенадцать часов я буду там. За тобой приедет мой шофер.