Звоните Манькову! - Денис Деев

— Так за бугра, по идее, должна братва платить. Чисто из уважухи, — усмехнулся я. — Или я не прав?

От такой перевернутой бандитской логики Толик впал в легкий ступор. Крыть ему было нечем. А я развернулся и не спеша зашагал в сторону автобусной остановки. Мой поникший приятель понуро потащился следом.

* * *

Эх, если бы я только знал, кто поджидает меня возле здания райисполкома, я бы точно не выпендривался с экономией и поймал бы такси.

Когда мы уже подходили к массивным дверям, меня громко окликнули. Я обернулся.

Возле своей приметной желтой «Волги» стоял Степан. Я коротко махнул ему рукой, а затем повернулся к напарнику.

— Значит так, Толик, — скомандовал я. — Иди пока собирай клиентов по коридорам, а я узнаю, что там нужно Степану.

— Так вот с кем у тебя такие «большие дела»? — насмешливо фыркнул Толик, оценивающе глянув на машину. — С таксистом?

— Не суди по одежке, — отрезал я. — Всё, бегом работать!

— Блин, в этой компании реально один я работаю! — недовольно проворчал Толик, нехотя плетясь ко входу в здание.

Проводив его взглядом, я подошел к Степану:

— Привет!

— Здаров, — кивнул он. — Ты же говорил, что целый день на месте будешь? Я уж было уезжать собирался.

— Прости, непредвиденный форс-мажор возник, — развел я руками. — Надо было срочно сгонять в одно место по делам. У тебя какие-то новости?

— У меня… Рудик, — многозначительно ответил Степан.

Он повернулся к своей машине и махнул рукой. Из салона неспешно выбрался весьма важный гражданин лет пятидесяти. Одет он был с явной претензией на криминальный шик: в длинный кожаный плащ и черную широкополую шляпу. Он вальяжной походкой подошел ко мне и протянул холеную руку:

— Здравствуй, дорогой. Говорят, ты «Чайку» продаешь?

— Да, продаю, — кивнул я. — А вы купить хотите? Или просто посмотреть?

— Степан уже посмотрел. Говорит, хорошая, — невозмутимо ответил Рудик. — Я Степану верю. Лично мне «Чайка» не нужна, у меня «Мерседес» есть. И две БМВ.

— Так… а в чем ваш интерес тогда? — не понял я.

— Я — уважаемый человек, других уважаемых людей знаю, — веско произнес Рудик, поправив воротник плаща. — Могу помочь с продажей.

О как! Я, конечно, прекрасно помнил, что в девяностых, когда в помине не было никакого интернета, в одной сделке запросто выстраивалась целая длинная цепочка посредников. Но ладно бы я пытался персидские ковры вагонами продавать… а тут всего одна машина, пускай и элитная.

— А-а-а, так вы перекуп… — протянул я, до конца осознав его роль.

— Зачем так говоришь? — Рудик строго глянул на меня из-под полей шляпы. — Перекуп-мерекуп… Обидные слова говоришь.

— Рудик, не обижайся, — торопливо вмешался Степан. — Олег пацан молодой, еще не знает, что можно серьезным людям говорить, а с чем лучше помолчать.

— Я не пытался вас обидеть, — примирительно сказал я.

В мое родное время слово «перекуп» не было оскорбительным. Обычная профессия. Но я мысленно дал себе обещание — впредь следить за своей речью куда внимательнее. Фильтровать базар. В суровых девяностых народ был гораздо обидчивее, и за лишнее слово можно было легко получить серьезные проблемы.

— Хорошо, что не пытался, — снисходительно кивнул Рудик. — Давай так: я сегодня к тебе покупателя направлю…

— И сколько я вам за это должен буду? — тут же насторожился я.

По неписаным правилам дикого бизнеса тех лет каждый посредник должен был получить свою долю. И то, что этих посредников стало уже двое, мне решительно не нравилось. Десять процентов отстегни Степану, а теперь еще и Рудик сколько-нибудь попросит. Этак дело легко могло дойти до того, что я за свою «ласточку» покупателям еще и должен останусь.

— А ты не переживай, — усмехнулся Рудик. — Твою цену я знаю. Я сверху свою цифру накину, и всё хорошо будет. С покупателя я свою долю сам заберу.

— Отлично, договорились! — обрадовался я такому раскладу.

— Мы еще ни о чем не договорились, — жестко оборвал он мою радость. — Слушай сюда. Сегодня к гаражам люди приедут. К семи часам. Скажут, что от меня. Ты им машину покажешь, документы. Деньги свои возьмешь. И никаких художеств устраивать не будешь.

— Я и не собирался, — спокойно ответил я. — Мне просто тачку продать надо. Без художеств и излишеств.

— Вот теперь договорились, — веско резюмировал Рудик. — В семь часов. И не опаздывай.

Он, больше не прощаясь, развернулся и вальяжно вернулся в салон «Волги». Степан ободряюще посмотрел на меня:

— Не дрейфь, я тоже подъеду. Только и правда — давай без опозданий.

— Буду как штык, — твердо пообещал я, протягивая ему руку.

Степан крепко ответил на рукопожатие и пошел к водительской двери своей машины, а я, переваривая состоявшийся разговор, развернулся и решительно направился на нашу подвальную «базу».

Открыв дверь, я обнаружил, что наш кабинет пуст. Но это было ненадолго — едва я сел за стол, как Толик затащил первого клиента. Точнее, клиентку: высокую манерную даму в длинном пальто и элегантной шляпке.

— Здравствуйте! — произнесла она, присаживаясь напротив.

— Добрый день! — поприветствовал ее я.

Толик тут же растворился за дверью — побежал по коридорам искать следующую добычу.

— У вас что? — деловито поинтересовался я.

— Мне сказали, — переходя на заговорщицкий шепот, начала дама, — что вы можете поспособствовать и открыть ТОО.

— Все верно, — кивнул я. — И шептаться совершенно не надо. У нас всё законно и официально. Вы платите строго по прайс-листу, а мы вам регистрируем юрлицо.

— Да? — неуверенно переспросила она. — Законно?

— Абсолютно.

— А я могу на прайс взглянуть?

«Вот кто меня за язык тянул? — мысленно ругнул я сам себя. — Надо будет либо прайс-лист действительно напечатать, либо перестать болтать лишнее».

— Конечно, можете, — произнес я, лихорадочно стараясь найти выход из ситуации. — А у вас что за род деятельности?

— Чего? — не поняла она.

— Заниматься чем будете? — упростил я вопрос.

— Парфюмерией, — женщина снова перешла на шепот.

— Отлично! Просто великолепно! — с энтузиазмом воскликнул я. — У нас как раз