Фронтир - Михаил Дорохов

— Милорд! Свят! — вдруг раздался молодой зычный голос, — Вы здесь?

— Хенрик! — радостно ответил капитан, — Мы тут!

— Это что ещё за срань⁈ — удивлённо произнёс всё тот же голос со стороны входа в зал, — ТЫ!

Звон меча. Истошный крик бандита. Свист клинка. Крик оборвался на полуноте…

— Ты смотри — какая паскуда! — удивление Хенрика сменилось возмущением.

— К ним пришла подмога! — закричал один из разбойников, — Уходим!

— Куда ты собрался, дерьмо коровье⁈ — не на шутку разошёлся пока невидимый мне из-за алтаря Хенрик.

Тренькнула тетива. Глухой стук.

— А ну иди сюда, ублюдок! — заревел неожиданный союзник.

Я увидел из-за края алтаря, как за спинами разбойников, пытающихся попасть по мне — побежал арбалетчик. На полном ходу его шею разрубило страшным ударом меча. Следом появился громадный детина в простом доспехе «три четверти».

— Хенрик! Убей того долговязого! — заорал Свят, — У стены!

— Да, капитан!

А мы начали теснить разбойников. Молодой помощник тяжело забухал башмаками в сторону колдуна. Чернокнижник явно замешкался. Перед моими глазами пронеслась дымка, словно туча чёрных мух. Ублюдок пытался из последних сил застить нам глаза.

Улучшив момент, я схватил лежащее на полу копьё и метнул его в колдуна. Бросок вышел как попало, но этого хватило, чтобы чернокнижник дёрнулся и отвлёкся. Меч Хенрика наискось перечертил его фигуру и долговязый рухнул на пол.

Разбойники обречённо бились с остервенением, понимая, что никакой пощады не будет.

— Я иду, милорд! — орал во всю лужёную глотку Хенрик, разгоняясь тараном в сторону бандитов.

— Сдохните! — проорал один из разбойников.

Хенрик двумя ударами прикончил одного из разбойников. Первым — отвёл тычок копья, вторым — почти снёс руку, что его держала, и она повисла на лохмотьях. Бандит вытаращил глаза и заверещал.

— У-у-ух! — шумно выдохнул громила в доспехах, и жуткий удар меча упокоил бандита, перерубив ему горло.

Через несколько секунд последний разбойник упал на каменный пол перед алтарем, заливая его кровью из раны. Свят занёс оружие, но я резко крикнул:

— Стой!

Капитан замер, как изваяние. Хенрик повернул на меня башку в здоровом шлеме. В прорези мелькнул удивлённый взгляд.

— Оставьте его. Хочу расспросить этого урода, — выдохнул я, — Свяжите, чтобы не сбежал.

— Хенрик, снаружи есть ещё кто-то? — спросил Свят.

— Нет, только ваши кони стоят там привязанные. Но без сёдел, сумок и прочего… — пожал плечами громила.

— Как ты здесь оказался, Хенрик? — спросил капитан, начиная вязать стонущего раненого, призывающего всех святых себе на помощь.

Парень поднял забрало шлема. На меня взглянули по-детски наивные глаза. Да ему и двадцати лет нет от роду! В памяти Владислава вдруг всплыло, что вот эта бешеная махина — мой простоватый оруженосец. А здоровяк широко по-мальчишески улыбнулся мне и выдал:

— Ну мы ехали с казной и телегами. Вы ж сказали — кати мол вперёд, дорогой Хенрик! Кати в ваше это новое имение — Вальденбург! Пока, значица, вы эти развалины изволите осматривать. Во-о-от! Короче… мы вот едем, едем… и тут волки ка-а-ак завоют! А мне Хельмут и говорит, значит…

— К делу, Хенрик! — прервал я этого «джаггернаута» на минималках.

Тот обиженно засопел и пожал плечами:

— В общем, что-то так бумкнуло, что аж горы тряхнуло. Ну и аккурат в стороне развалин. Я заволновался и говорю Хельмуту: «ты, мол, дальше казну вези и прочая-прочая… А я съезжу и посмотрю — что там барон с капитаном делают?». Приехал сюда, а здесь вон оно как… — Хенрик шмыгнул носом, вытер свой битый-перебитый пятак перчаткой и развёл руками, — И всё. И вот он я тут, милорд!

— Ты, Хенрик — большой молодец! — похвалил я оруженосца, — Вон тот урод — колдун, — я показал на тело чернокнижника, — Он на нас морок наслал, а разбойники схватили.

— Колдун? — вдруг побледнел оруженосец, — И что теперь будет с моим мечом?

— В смысле? — не понял я.

— Ну так он же теперь заражён скверной кровью-то!

— Меч? — уточнил я.

— Ну да, — туповато кивнул оруженосец.

Свят покачал головой и усмехнулся, из-за его шрама усмешка получилась довольно зловещей.

— Меч не человек, Хенрик, он заразиться не может, — веско произнёс я, стремясь уже побыстрее закончить этот разговор.

— Не, ну я подумал просто…

— Меч заржавел? — вдруг нашёлся я.

Детина тут же выхватил клинок из ножен:

— Нет, милорд!

— Вот видишь! Значит, всё в порядке… — успокоил я оруженосца и похлопал его по наплечнику, — Ты сегодня герой, спас нас обоих.

На лице Хенрика появилась блуждающая ухмылка. Моё импровизированное объяснение его устроило, и он не видел, что Свят тихо смеется. Я уже было подумал, что разговор окончен, как вдруг здоровяк задал новый вопрос:

— Так что, теперь отдадим этого колдуна святым отцам? Инквизицию привезём сюда?

Свят тяжело вздохнул, закатывая глаза. Он уже бродил с факелом и осматривал пожитки разбойников.

— Зачем? — начал закипать я.

— Ну судить то надо колдуна за его богомерзкие дела! Допрос учредить надобно! — пояснил оруженосец.

Я посмотрел на переполосованное тело чернокнижника:

— Дорогой мой друг, а как же ВОТ ЭТО будет отвечать на вопросы? — я ткнул пальцем в сторону трупа.

Хенрик задумался. На его лице отразилась работа титанической мысли:

— Хм.

— Понял, да? — поднял я бровь, заглядывая в глаза здоровяку.

— Понял, господин.

— Ну вот и чу́дно! Этого любителя странных шапок и нарядов мы и сами сожжём. Обязательно сожжём! Но потом. Сначала надо понять — что происходит.

— Хенрик, что с твоим доспехом? — вдруг спросил Свят.

Громила повернулся и посмотрел на стальной бок. В нём была небольшая вмятина.

— А! Это тот стрелок попал. Но арбалет у него дерьмовый, и сам он как стрелок — дерьмо. Потому что надо за тетивой следить. Удар слабый был.

— Это хорошо, что он такой раздолбай. С хорошего арбалета нормальный стрелок тебе бы пробил бок, — сурово произнёс капитан.

Хенрик ничего не ответил, только насупился да нахмурился. А я ещё