Диктатор 2 - Руслан Ряфатевич Агишев

— Насколько я понял, Дэвид, тебя направили сюда не просто так. Мне вчера звонили из госдепартамента и попросили создать тебе все условиях для работы. Похоже, никакими региональными вопросами здесь и не пахнет, советник по региональным вопросам, а?

Выдав это, Стюарт понимающе подмигнул ему. Тот в ответ хитро ухмыльнулся. Все и без слов было понятно — в посольство приехал еще один разведчик под прикрытием дипломатической работы.

— Хорошо, работай, Дэвид, не буду тебя отвлекать, — посол встал с кресла, давая понять, что их разговор закончен. — Если что понадобиться, смело обращайся. Я сейчас дам указание Гаррисону, чтобы он оперативно решал все возможные вопросы.

— Благодарю, сэр.

Пожав руку посла, Рольф покинул кабинет, и сразу же направился к себе. Как ему раньше объяснили, одно из помещений на втором этаже было в его полном распоряжении. Ему как раз нужно было место, где можно было привести своим мысли в порядок и наметить план действий.

Взявшийся непонятно откуда, помощник посла тут же вызвался проводить Рольфа. Они поднялись на второй этаж, и почти сразу же остановились у коричневой двери.

— Господин Рольф, все необходимое уже за это дверью.

Тот благодарно кивнул ему, и толкнул дверь.

— Хм, госдепартамент, явно, не экономит на своих людях.

Все, и правда, выглядело самым обычным номером в довольно неплохом отеле. Было тепло, пахло каким-то приятным цветочным ароматом. Ванная сверкала чистотой, на полке были сложены зубная паста и щетка. Висели два полотенца. Спальня «встретила» его аккуратно заправленной кроватью, взбитой подушкой.

— Можно работать, — пробормотал он, вынося свой вердикт.

Сел в кресло у окна, достал блокнот, авторучку, и задумался.

— … К генералу не подобраться, скорее всего, хотя проверить нужно.

Ручка оставила на чистом листе бумаге несколько отметок, выглядевших самой настоящей абракадаброй. Это был немного видоизмененный шифр Цезаря[ii], к которому он пристрастился еще во время обучения в академии ЦРУ. Помнится, тогда одним из заданий на занятиях по криптографии было придумать свой шифр или переделать уже существующий.

— Значит, нужно «качать» других из… этого… как его? ГКЧП.

Его взгляд остекленел. Рольф никогда не жаловался на память, для разведчика со стажем это было бы совершенно непозволительно. И сейчас он мысленно «перебирал» досье на членов ГКЧП. В ЦРУ все они были уже давно изучены вдоль и поперек. Подняты газетные статьи, архивы, опрошены осведомители, сняты сотни часов видео. Словом, нужно было просто выбрать наиболее подходящую персону для вербовки, и эта работа была как раз для него.

— Точно не господин Янаев.

Янаева он отмел сразу же, и без всяких раздумий. По всем писанным и неписанным правилам разведки вербовать такого человека было крайне сложно, практически невозможно. Он был человеком в возрасте, всю сознательную жизнь прожившим в СССР, занимавший ответственные посты в советской системе. Его ценности, принципы были неразрывно связаны со страной, что серьезно сужало круг оснований для вербовки. Нужен был кто-то помоложе, циничнее, кто-то, кто любит хорошо одеваться, носить дорогие часы, обедать в хорошем ресторане, водить иностранную машину.

— Крючков тем более не подойдет, — хмыкнул Рольф, вспоминая главу всесильного Комитета Государственной Безопасности. — Кремень, да и по слухам, одной ногой в могиле. Его точно исключаем. Кто там у нас остается?

Из первого круга оставались двое — министр внутренних дел СССР Пуго и премьер-министр Павлов. Оба были погодки, родились в знаковый для СССР год — 1937 год. Правда, на этом их сходство и заканчивалось. Первый характеризовался как упрямец, не готовый идти на компромиссы, всегда решительно отстаивающий свое мнение. Второй, напротив, был осторожен, в дискуссии всегда готов выслушать мнение оппонента, не склонен к риску.

— Интересно, получается, — задумчиво пробормотал Рольф, машинально выстукивая какую-то мелодию. — Решительный и осторожный… Готовый рисковать и не готовый рисковать… По-хорошему, нужно работать с первым. Больше шансов, что его можно поймать на какой-то ошибке. Но, к сожалению, он не человек с улицы, а целый министр внутренних дел…

Одному и в спешке «разрабатывать» человека, которому подчиняется силовое ведомство такой страны, как Советский Союз, как минимум опрометчиво, а как максимум, глупо и опасно. Ведь, если что-то пойдет не так, то Пуго запросто «подключит» все министерство.

— Значит, остается Павлов. Да, именно Павлов, — несколько раз проговорил Рольф, чувствуя, что другой кандидатуры здесь и сейчас у него нет и не будет. — Итак, что мы знаем о Павлове? Хм…

В карьере Павлова не было ничего секретного, поэтому ЦРУ собрало на него довольно обширный архив. Премьер-министр был экономистом по профессии, защитил кандидатскую по теме, связанной с экономическим планированием развития народного хозяйства. Большая часть его трудового пути была непосредственно связана с финансами. Павлов трудился экономистом, затем старшим экономистом, вырос до начальника финансового управления Министерства строительства РСФСР. Продолжил трудиться в одном из управлений министерства финансов СССР, которое позднее и возглавил. Работал в Госплане, из которого перешел на должность сначала заместителя министра финансов СССР, а потом и самого министра финансов.

— Всегда работал с деньгами, получается, — вкрадчиво проговорил разведчик, понимая, что не ошибся. — А работа с деньгами — это всегда не просто…

Потянулся к своему портфелю, откуда вытащил папку с цветными фотографиями членов ГКЧП, и начал медленно перебирать их. Фото Янаева, Крючкова, Пуго убрал сразу же обратно в папку. На фото генерала Варенникова его взгляд задержался, но потом фото отправилось туда же. Осталось лишь фото, принадлежавшее премьер-министру Павлову.

— Так…

Рольф наклонился, внимательно разглядывая фотографию. Павлов был запечатлен за трибуной Верховного Совета. Лицо полное, нависшие щеки. Высокий лоб, прическа торчащим ежиком. Массивные очки в тяжелой роговой оправе.

— А костюмчик-то непростой. От Франко Литрико[iii], если не ошибаюсь. Италия… И часы… Rado Manhattan[iv], кажется. Точно они.

Через несколько минут образ в его голове окончательно сложился. Рольф довольно причмокнул губами, понимая, что Павлов именно тот человек, который ему и нужен.

— Он!

На родине Рольф повидал немало таких людей. Все они были мужчинами среднего возраста, закончившими престижные вузы. Трудились на хороших должностях в федеральных органах государственной власти, где контролировали серьезные финансовые потоки. Были осторожными, выдержанными, всегда говорили правильные умные слова, но в душе считали себя особой привилегированной кастой, которая любила и умела «хорошо жить». Они носили дорогие костюмы известных брендов ценой в несколько тысяч долларов ичасы известных марок, носили дорогие итальянские или французские туфли. Машина, которой управляли, была, как правило, одной из самых последних